Попаданка. Переполох в школе Эттерфилда - Яна Сандерс

уже давно грезила об этом мужчине, о том, как меня укроет своим пологом неудержимая волна, настоящее стихийное бедствие, которое разрушит всё, но, прежде чем разрушить, подарит нам обоим секунды сладостного забытья.

Мы не должны были. И часть меня протестовала, взывая к разуму. Требовалось остановить руки, которые обнимали, не встречая препятствий, губы, которые были уже совсем близко. Но я не могла. Не находила сил на сопротивление. Потому что их больше не осталось.

— Я люблю тебя, Линда, — сказал он, укладывая меня на мох. — И тебе не удастся сбежать от этой любви.

То, что было дальше, до сих пор кажется мне сладостным сновидением. Потому что реальность никогда ещё не была такой. Она дурманила кровь, не позволяя разуму прорваться сквозь пьянящую толщу совершенно неведомых мне прежде чувств.

Я всегда считала, что настолько безудержной страсть бывает только в кино и книгах. Но в минуты близости то, что я видела и о чём читала, происходило со мной. Моё тело, казалось, рассыплется на множество искр, от всех тех ощущений, которые дарил мне Винсент. И даже когда объятия его и поцелуи утратили нежность, а движения стали грубыми и нетерпеливыми, меня это не напугало. Наоборот. Мне хотелось именно так. Пылко, безудержно, как в последний раз. И я отвечала мужчине тем же, оставляя ссадины от ногтей на широкой спине и укусы на тонких губах.

Когда всё закончилось, и Винсент, тяжело дыша, прильнул к моей груди, оставив напоследок обжигающий отпечаток губ на дрожащей ключице, я запустила пальцы в его спутанные волосы, теснее прижалась к мужчине и подумала, как хорошо. Хорошо, что сейчас темно, и никто не увидит моё перепачканное мхом платье.

Глава 62

Винсент нёс меня к лодке, разрезая ногами толщу воды, и я доверчиво прижималась к нему. С опустевшего после ливня неба за нами наблюдала луна, отражаясь россыпью бликов на спокойной глади озера. Будто и не было ничего: ни воды, обрушившейся на мир и затопившей округу, ни бури, случившейся чуть позже между мной и мужчиной, чьё тепло я ощущала, не желая расставаться. Думать о том, что завтра я уеду, хотелось меньше всего. Но это должно было случиться как можно скорее.

Предсказание, в котором я не сомневалась больше ни минуты, сбылось. Мы познали друг друга, нарушили запрет. И теперь избежать жертвы Винсента любой ценой было главной моей целью. Но как легко мне было думать об отъезде ещё вчера, настолько же тяжело стало теперь.

Давно уже требовалось сознаться самой себе. Я люблю Винсента. Ведь если бы не любила, не допустила бы того, что случилось в пещере.

Он аккуратно усадил меня в лодку к Реджинальду, и на миг рука его задержалась на моей талии.

— Я скоро приеду за вами, милорд, — проговорил Браун, берясь за вёсла. — Детей уже отвезли по домам, и падре ждёт вас. Но если прикажете, я пошлю кого-нибудь за экипажем.

— Это лишнее, господин Браун. Вы и без того потрудились сегодня. Отвезите мисс Петерсон и идите домой. Я вернусь своим ходом.

— Вы уверены? По скалам небезопасно передвигаться без помощи. Они слишком сырые.

— Ничего. В этих горах я провёл всё детство, и, будьте спокойны, знаю здесь все лазейки и выберусь без потерь. Мисс Петерсон, напомните, когда вы собирались уезжать?

Тон его показался мне насмешливым. Обернувшись к мужчине, стоявшему у меня за спиной, ответила:

— Завтра вечером, — и добавила, немного смутившись, — милорд.

— Неужели вы уже всё решили?

На его едва различимый смешок ответила, как могла твёрдо:

— Так будет лучше для всех.

— Не беспокойтесь, господин Хальт, — сказал Реджинальд. — Я буду сопровождать мисс Петерсон и мисс Нордок.

— Что ж, — Винсент улыбнулся, и в темноте улыбка его сверкнула лунным отблеском, — поступки ваши, мистер Браун, доказывают, что я могу доверять вам, как самому себе, и девушки в надёжных руках. А теперь прощайте, мисс Петерсон. И счастливого пути.

Я не успела зардеться от его проникновенного тона. В следующую секунду Винсент с лёгкостью профессионального гребца вошёл в воду и спешно поплыл к противоположному берегу, обдав меня несколькими каплями, одна из которых упала на грудь, а другая — на губы, воскрешая воспоминание прожитого.

Ощутив лёгкий приступ головокружения, я коснулась висков и потёрла их. А следом плавно закачалась лодка, увозя меня из этого рая, где я впервые в жизни в полной мере ощутила себя любимой и желанной.

Вскоре мы миновали озеро. Реджинальд помог мне спуститься, и только когда я устроилась в телеге падре, поняла, как устала. Глаза предательски слипались, и качка по тряской дороге лишь усугубляла дремотное состояние.

В сознании роилось множество мыслей вперемежку со смутными зачатками сновидений, которые то и дело прорывались в разум. Сидевшая рядом Люси, позволив моей голове опуститься на её мягкое плечо, что-то бормотала, тихо посмеиваясь и вынимая травинки из моих волос. Я не чувствовала с её стороны осуждения. Как раз наоборот. Подруга знала, что так будет. Так и случилось.

Домой вернулась без сил. И, стараясь не думать о последнем рабочем дне в школе Эттерфилд, упала на постель. Предварительно стащив с себя перепачканное платье, разумеется.

Утро следующего дня отчасти повторило моё первое утро в Эттерфилд. Я снова проспала, чему даже не удивилась. И руки Люси с уже знакомой ловкостью, вычёсывали теперь остатки сухой травы из моих волос.

Я восседала на скрипучем стуле посреди комнаты в одной лишь сорочке, тогда как Николетта стояла возле окна напротив. И неясно было, от какого из моих признаний лицо её вытягивалось больше.

— То есть Клара — бывшая любовница Герхарда? — переспросила она, не поверив с первого раза. — Та самая Доротея Спрингс?

— И у них был ребёнок от этой связи.

— Но если она уехала сразу же после скандала, как могила несчастного оказалась здесь?

— Не знаю. Возможно, она уехала не слишком далеко. Чтобы быть рядом с Герхардом.

Я пожала плечами и тут же поморщилась от боли, когда Люси потянула за волосы.

— Прости, дорогая, — сказала она с усмешкой. — Мой тебе совет: в следующий раз стели что-нибудь, когда решишь уединиться с возлюбленным на лоне природы.

Ники покачала головой.

— Подумать только, — сказала она. — Ты и лорд Винсент.

— Уж кто бы говорил, — Люси готовилась рассмеяться и едва не выронила шпильки, которые