Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Вот и знакомый двор.

Знакомые и любимые лица, улыбки, приветствия... вообще-то так поступать не принято! Но графиню Иртон обнимали и целовали. Искренне радовались, что она вернулась. И Лиля думала, что в ее жизни все правильно.

Она — дома.

Этот дом она построила для себя сама. Вкалывала, не жалея сил и времени, работала, выбирала наилучшие варианты — и вот результат! Как там писал автор?

Тот, кто строит, тот чего-нибудь да стоит?1

А что строить?

Свою жизнь, жизнь своих родных и близких...

Джерисону пришлось отлучиться, его ждали при дворе. Ричард задумал какую-то игру, но Лиля не была против.

Пусть.

Если это нанесет ущерб Энтору — отлично! При одной |      мысли об авестерском короле, у нее кулаки сжимались!

[      Он, все — он!

I      Может, его хотя бы понос прохватит? Ну, хоть помеч

тать!

В замке все было спокойно и уютно. Миранда улыбалась мастерицам, здоровалась, расточала улыбки... особенно уделила внимание симпатичной малышке в желтом платьице.

— Мам, это Ида!

I      — Замечательно, — согласилась Лиля.

|      — Она здесь живет и учится. А я надеюсь, что дядя Ганц

'      ее удочерит... она умничка и очень нам помогла.

— В чем?

Н      1 Б. Заходер. Строители. — Прим. авт.

388

Миранда замялась.

Не то, чтобы она собиралась все скрыть от Лилиан — просто к слову не пришлось. Не успела!

Но-

Лиля прищурилась и посмотрела на дочь.

— Это проблема?

— Нет, это была проблема. А сейчас она уже решена.

— Расскажешь потом?

— Обещаю, — с чистой душой сказала Миранда.

Конечно, папа просил никому не говорить. Но это же не кто-то!

Это —мама!

Если ей не доверять, то как на свете жить? Обязательно расскажет, по дороге домой.

❖ ❖ >!<

Горацио Альден с полным правом мог бы сказать, что жизнь его пуста и грустна.

Увы...

После исчезновения Лилиан Иртон его величество Ричард весьма и весьма прогневался. И... устроил несчастному послу настоящую пытку.

Нет, речь не о визите жуткого незнакомца, при мысли о котором Горацио до сих пор едва сдерживал дрожь.

Речь о другом.

Посольство — это приличное шпионское гнездо. И хороший посол обязан снабжать своего короля всеми новостями. Собирать слухи, сплетни, плести интриги, шпионить, а иногда и пакостить.

Часто.

Ричард это тоже понимал. И устроил несчастному полную изоляцию.

Хочешь?

Ходи и общайся. Но за тобой будут ходить люди Ганца Тримейна! За тобой, за твоими слугами, друзьями, за всеми обитателями посольства, даже за последним кухонным мальчишкой — и то! На рынок его сопровождать будут!

Ричард не ущемлял посла ни в чем, не ограничивал, но сопровождали несчастного Альдена даже в отхожее место. Даже на балу за ним кто-то да следовал!

Не жизнь, а издевательство!

И от аудиенции у его величества Горацио не ждал ничего хорошего. Наверняка какую-нибудь гадость придумают.

Но — пришел, поклонился, выполнил весь предписанный церемониал, все, как положено...

— Ваше величество...

Ричард буквально светился. Джерисон Иртон, который стоял рядом с троном, тоже улыбался. В голову Альдена закралось страшное подозрение...

— Я прошу тебя написать моему венценосному брату, — улыбнулся его величество. Вид у него при этом был самый злопакостный.

— Ваше величество, я счастлив буду выполнить любое ваше приказание.

— Чудесно. Напиши моему венценосному брату о нашем счастье! Супруга его сиятельства вернулась из Ирто- на, и привезла с собой детей.

Альден едва зубами не скрипнул.

Это что? Издевательство?

Хотя он это прекрасно и так понимал. Да, издевательство. А Лиля могла бы добавить — уае ушНз, горе побежденным. Хльден понимал это, но что оставалось послу? Только улыбаться.

— Я счастлив поздравить вас, граф! Рождение... сына?

— У меня сын, — согласился Джерисон.

— Это счастье, — с чувством сказал Альден.

— Да, моя супруга уезжала в Иртон, чтобы родить малыша не в городе. У меня замечательный второй сын, Ганц Иртон, — Джерисон почти скалился.

Альден поклонился еще раз.

— Граф, примите мои поздравления.

Действительно, неординарная женщина. Весьма и весьма. Не просто вернулась — с сыном.

— Между прочим, во время своего отсутствия в столице, ее сиятельство познакомилась с весьма интересной дамой.

— Дамой, ваше величество?

А это к чему? Мало ли кто и с кем знакомится?

— Ее имя — Сандрина Алиэлла Аделин Раштер, — четко произнес Ричард. — Надеюсь, вы об этом также напишете моему венценосному брату.

Граф Альден едва плечами не пожал.

Раштер?

Раштер... да, он слышал про это. Герцог Раштер был сожжен по обвинению в колдовстве. Но... при чем это здесь и сейчас? И почему так злорадно улыбается его величество? Словно знает... нечто плохое?

Не понять...

Но дипломата это не остановило.

Поклон, улыбка...

— Ваше величество, ваше слово — закон для меня. Ваш приказ — счастье для меня.

Ричард благосклонно кивнул.

— Не разочаруйте нас, граф. Не разочаруйте...

* * *

-ЧТО!?

Лилю аж затрясло от новостей.

Джолиэтт...

И... нет, не могла Лиля себе такое представить. Просто не могла!

Она же ее подростком помнит! Веселым и любопытным, добрым и ласковым... вот, как Мири!

Чудовищно.

А еще...

— Джес рискнул втянуть тебя в это безумие?

Миранда опустила глаза.

— Мама, так получилось.

— Я ему... я ему голову оторву! — зло прошипела Лиля. Вот так, уедешь ненадолго! — подвергать моего ребенка такой опасности!

Миранда с иронией посмотрела на мать.

— Мама, я и его ребенок — тоже.

— Поэтому надо оторвать ему голову дважды, — не поддалась Лилиан. — Рассказывай! В подробностях!

Миранда вздохнула. Но когда Лиля приходила в такое настроение, с ней лучше было не спорить. И она принялась выдавать информацию.

Лиля слушала.

И ей становилось жутко. Не от ситуации, а от шуток судьбы. Какая же это страшная игра — жизнь.

Некогда граф Иртон отдал жизнь за своего короля, забирая с собой его старшего сына.

Сейчас тяжелое решение принял Джерисон.

А если вспомнить еще Ричарда, который наверняка знал про Питера и Амалию...

Не от Иртонов ли Джолиэтт унаследовала свое... безумие? безумие ли это?

Сложно сказать... наверное, с этим, как с квашеной рыбой. В Швеции ее едят. Но попробуй, скушай протухшую селедку? Вряд ли ты будешь счастлив...

А шведы едят.

Привыкли...

Они нормальны? Да более чем!

Джолиэтт... кто толкнул ее на эту дорогу?

Кто?!

Почему так получается?

Лиля не знала, но всем существом ощущала некую страшную симметрию... Она никогда не скажет об