Жестокие сердца - Ева Эшвуд

– Прости. В последнее время я стала уставать намного быстрее.

– Никто тебя не винит. Это было настоящее безумие.

– Да. Но я думаю, это еще из-за ребенка.

Она кладет руку на живот, и я вспоминаю, что она беременна. Иногда об этом легко забыть, так как живот еще не округлился, но вот эта поза, с рукой на животе, явно об этом напоминает.

И не буду врать – мысль о ее кругленьком животике чертовски меня заводит.

Но с другой стороны, осознание того, что Трой – отец, все еще приводит меня в ярость. По крайней мере, его больше нет в живых, чтобы все испортить или использовать этого ребенка в качестве рычага давления. На данный момент то, что происходит, – это наилучший вариант развития событий.

Когда я смотрю на Уиллоу, то молча даю себе клятву любить этого ребенка до безумия, в качестве дополнительного «да пошел ты» Трою. Мы позаботимся о том, чтобы этот малыш не был похож на него, и будем относиться к нему или к ней лучше, чем Трой когда-либо смог бы. Учитывая, что люди из его мира, похоже, думают о своих детях исключительно как о разменной монете и шахматных фигурах, которые можно передвигать, это будет не так уж трудно.

– Ладно, пошли, – говорю я Уиллоу.

Она смотрит на меня в замешательстве.

– Куда?

Вместо ответа я поднимаю ее с дивана, подхватываю на руки и несу в спальню.

– Господи. – Она визжит, почти смеясь, и хлопает меня по плечам. – Я слишком тяжелая. И вполне могу идти сама.

– Нет, ты легкая. И да, знаю, что можешь, – отвечаю я. – Но я хочу нести тебя. Позволь.

Уиллоу слегка краснеет, но не спорит, вместо этого прижимается ко мне, и мы направляемся в спальню. Эта комната не такая классная, как та, что в пентхаусе, да и кровать определенно не такая большая, но это не помешает нам всем устроиться на ней, чтобы спать с нашей девочкой.

Я опускаю Уиллоу на пол, наблюдая, как она снимает обувь и переодевается в пижаму. Быстренько заскочив в маленькую грязноватую ванную, чтобы освежиться, она наконец ложится в постель. Я укрываю ее одеялом и наклоняюсь, чтобы поцеловать в лоб.

– Вы присоединитесь ко мне? – спрашивает она, глядя на меня с надеждой в глазах.

– Да, обязательно. Но сначала надо хотя бы начать разрабатывать план по устранению Оливии. Чем скорее мы найдем возможность сделать свой ход, тем лучше.

Уиллоу начинает приподниматься на локтях, пытаясь встать.

– Тогда я должна быть там и планировать вместе с вами, – протестует она. – Я хочу помочь.

– Ты выполнила свою часть работы на сегодня. Теперь тебе нужно отдохнуть.

– Я даже ничего не сделала.

– Конечно, сделала. Ты заставила Гейджа выслушать тебя и предоставить нам необходимую информацию, к тому же твой разговор с Джоной определенно помог склонить чашу весов в пользу того, чтобы он нам помог. Без тебя мы, скорее всего, не смогли бы уговорить их.

Она поджимает губы, и мне хочется стереть это выражение с ее лица поцелуями.

– Наверное, да. Просто мне кажется неправильным валяться в постели, пока вы делаете всю работу.

– Думаю, скажу за всех нас, что мы бы предпочли, чтобы ты отдыхала, а не переживала из-за этого. Все в порядке, ангел.

Она морщится, но в конце концов ложится обратно, сворачиваясь калачиком на кровати. Улыбаясь, я поворачиваюсь, чтобы уйти, но Уиллоу ловит меня за руку, прежде чем я успеваю это сделать.

– Что такое?

– Я… ты помнишь, Мэлис как-то сказал, что мне не обязательно убивать Оливию? Что вы, ребята, сделаете это, чтобы мне не пришлось?

– Да, помню. А что?

– А это плохо, что я вроде как хочу сама это сделать? – шепчет она.

Я усмехаюсь, качая головой.

– Я определенно не тот человек, которого надо о таком спрашивать, учитывая, что я помог братьям убить нашего отца. Но не думаю, что это плохо. Просто ты человек, а люди сложные существа. Ты просто пытаешься вновь обрести силу. Оливия снова и снова заставляла тебя проходить через ад, и нет ничего плохого в том, чтобы желать покончить с этим собственноручно. Ты так долго держала свое сердце открытым, и я горжусь тобой, но иногда можно и закрыть его. Отгородиться от людей, которые могут проникнуть внутрь и причинить тебе боль.

Уиллоу кивает, подавляя очередной зевок.

– Спасибо, Рэнсом.

– Обращайся, красавица.

Я наклоняюсь и целую ее еще раз, а после оставляю отдыхать и иду вместе с братьями составлять план действий.

* * *

В течение следующих нескольких дней мы работаем на полную катушку.

Несколько раз пересекаемся с Джоной и каждую свободную минуту планируем, как расправиться с Оливией. Подыскиваем идеальное окно, узнаем о ее передвижениях, распорядке дня.

И это нелегко. Вику удалось применить свои хакерские навыки и выяснить кое-что. Он наблюдал за ней через камеры, нашел ее имя в списках гостей на различных предстоящих мероприятиях, но этого недостаточно. У Оливии по-прежнему куча ресурсов, а еще телохранители. Это, конечно, усложняет задачу.

Но Вик никогда не сдается. Особенно если дело касается Уиллоу.

У него есть несколько идей, и он отрабатывает их по крупицам. Пытается выяснить, что у нее на уме, а также детали по поводу ее охраны. Сколько у нее людей, кто куда с ней ездит, на какой машине и так далее.

Уиллоу все еще борется с утренней тошнотой, и каждый раз, когда ее тошнит по утрам, это вызывает у нее множество противоречивых, странных эмоций. Но по крайней мере один из нас всегда рядом, чтобы подержать ей волосы, погладить по плечам и выслушать все, что она захочет сказать. Кажется, это помогает.

Возможно, в какой-то мере помогает и то, что у нас сейчас ужасно много других проблем. Они немного отвлекают ее от беременности. Все эти планирования и прочее.

Одним вечером мы вчетвером собираемся в маленькой гостиной, чтобы поработать. Вик весь в своем ноутбуке, пальцы шустро порхают по клавиатуре.

Мэлис сидит за другим ноутбуком, проверяет инфу, которую ему подкидывает Вик, делает всякие перекрестные ссылки и прочее дерьмо. В общем, служит еще одной парой глаз.

Мы с Уиллоу скрупулезно сверяем древний, как дерьмо мамонта, календарь, пытаясь составить визуальную схему передвижений Оливии, чтобы подгадать время, когда ее можно будет застать врасплох.

Мы все сосредоточены на своих задачах. И так с тех пор, как мы встретились с Джоной в тот первый раз. Последние несколько дней над нами будто повисла туча, полная неотложных дел, и это давит на