Адмирал моего сердца, или Жена по договору - Дарья Коваль

Мужчина в синем мундире снова кивнул, принимая информацию к сведению. Но то он.

— Вопрос жизни и смерти? — скептически хмыкнул Элай.

— Любую служанку из местной обслуги? — ошалела я.

И ошалела ещё больше, когда ответом мне стало:

— Основным критериям к отбору по найму обслуги служит отсутствие личных привязанностей, способствующее готовности служить в любое время суток, поэтому воспитанницы из сиротских приютов превосходные кандидатуры. И так уж вышло, что эти приюты построены благотворительным фондом нашей семьи.

Вездесущность моей свекрови только что обрела новые, гораздо более пугающие масштабы!..

Отправленный донести весть офицер ушёл выполнять своё поручение. Я же тихо шалела и обречённо проникалась своим новым, совершенно удручающим открытием. А Зои добавила, но уже не для меня, отвечая на вопрос капитана Леджера:

— Так будет быстрее. Мы же не хотим окончательно застрять здесь, если мама сейчас находится, к примеру, на другом конце Градиньяна?

Мужчина кивнул, признавая её правоту. Все умолкли. А пока мы ждали возвращения покинувшего нас офицера, я всё больше погружалась в тревожные мысли. Всё бы ничего, но голова кружилась сильнее, а слабость накатывала волнами, словно прибой у берега. Тёмный легион по-прежнему стоял неподвижной стеной перед дверями в мои новые покои (будь они прокляты!), и каждый раз, когда я бросала взгляд на призрачных воинов, их доспехи зловеще поблескивали в тусклом свете магических ламп. А может это всё мне казалось на фоне эмоционального переизбытка и истощения сил. В любом случае, я потеряла времени счёт. Вернулась к реальности лишь после того, как капитан Леджер заметил:

— Я правильно понял, не только вторгнувшийся в ваши дворцовые покои лорд Грейстоун, но и другие, прибывшие вместе с баронессой лорды, появились в этой части дворца также до того, как вы призвали Тёмный легион? — посмотрел на меня.

— Угу, — подтвердила я уныло.

— Они что, тоже кастра… э-ээ… лакеи? — заинтересовался ещё один из офицеров моего адмирала.

Судя по скептицизму на лице молодого зеленоглазого мужчины, и сам в подобное ни капельки не верил.

— Врун жуткий этот их местный привратник, который вас с нами сразу не пустил, — подтвердила я всё так же уныло.

И вот уж чего не ожидала, так это услышать в ответ:

— Ну почему же, — произнёс зеленоглазый с плохо скрываемой злостью. — Просто не все следуют традициям.

— Но ничего, — добавил угрюмо Элай. — Мы это исправим.

И если я на это сдержанно улыбнулась, прекрасно уловив скрытый смысл, то Зои, сложив руки на груди, хмуро и даже капельку воинственно произнесла:

— Какое бы наказание им ни вменила Её величество за свершённый проступок, ни одно не сравнится с тем, что было бы в случае, если бы баронессе удалось осуществить свой план.

— А причём тут Её величество? — фальшиво удивился Элай.

Удивилась уже по-настоящему и та, кому он это сказал. Но никак иначе отреагировать девушка не успела. Воздух завибрировал и замерцал. Легион мгновенно пришёл в состояние боевой готовности. Тенебрисы тоже замерли, будто приготовившись наброситься в любой момент на возникшую опасность. Сама опасность, к слову, не заставила себя ждать. Реальность исказилась, коридорный полумрак разбило слепящей вспышкой из золотистого сияния. Сияние закружилось в круговорот. А в самом его эпицентре возникла леди Эсма Арвейн собственной персоной. Хотя нет, не совсем собственной. Астральная проекция свекрови выглядела до того впечатляюще, что вполне реально было принять её за живую и реальную версию из крови и плоти.

— Мама, — радостно выдохнула Зои.

Леди Эсма оглядела всех нас с присущей ей толикой высокомерия, её взгляд на мгновение задержался на командире Тёмного легиона, затем переместился на меня. В её глазах промелькнуло что-то похожее то ли на насмешку, то ли на одобрение — разобрать я не успела, эмоция быстро исчезла за привычной маской холодности. А в довершение всё перекрыло, полное пренебрежения и сарказма:

— И в чём же, интересно знать, заключается этот ваш названный вопрос “жизни и смерти”, раз уж никто из вас на самом деле не умирает, а некоторые, если и умерли, то давным давно, и их это вполне устраивает? — строго посмотрела она на дочь.

Притом посмотрела так, что сразу понятно: на самом деле ей вовсе не интересно. Да и вообще не явилась бы, если бы не Зои. Хотя это зацепило только меня одну. Все офицеры моего мужа вытянулись в единый строй с каменными выражениями на лицах.

— Мама, ситуация действительно серьёзная, — прокомментировала младшая леди Арвейн.

Свекровь мигом сконцентрировалась обратно на мне, и я невольно выпрямилась под тяжестью этого взгляда. Хорошо, смотрела она на меня недолго. Вернула всё своё внимание дочери, едва та продолжила речь. К тому же Зои не стала ходить вокруг да около. Выложила всё и сразу. Напрямую. И от себя ещё попутно впечатлений добавила:

— Это и есть так называемая всеобщая благодарность за спасение тысячи двухсот пятидесяти душ ограбленного и потопленного пиратами лайнера? Или один только император и брат осознают, сколь великую помощь оказала наша Сиенна? А ведь могла бы и не предпринимать ничего, оставить их всех там умирать! — громко возмутилась девушка, заодно удивив меня своими численными познаниями. — Байо, Райхштадт, даже Клод, Бекка, Изабель и Розали! Да что там они, Её величество туда же! Нас не было бы здесь, не пригласи она сегодня Сиенну во дворец. Не удивлюсь, если точно зная, что брата в это время не будет рядом, учитывая, что сейчас он где-то вне Градиньяна вместе с Его величеством. Теперь вообще все леди империи против нас? И не только леди, но и некоторые из лордов. Кто ещё, даже страшно предположить! — продолжила в сердцах всё с тем же неприкрытым возмущением. — И это мы только-только приехали в столицу. А что будет к концу недели? Нам теперь постоянно ходить и оглядываться? Или навечно изолироваться на Крез-д'Ор? Эта неуравновешенная Амалия ведь и чего похуже вытворить может. У неё, похоже, совсем нет никаких личных границ, раз она на такое осмелилась. Луиза и вовсе сдержанностью никогда не отличалась. Да на фоне этих двух фурий даже ситуация с кронпринцем Арденны больше не кажется такой уж и тягостной. А что будет, когда Аэдан обо всём узнает, с его-то нетерпимостью к любому виду коварства и интриг? — припечатала она в конце своей пламенной речи.

Как по мне, про спасение лайнера и кронпринца Арденны явно лишнее. Но в целом я была искренне благодарна за столь пламенную речь. Речь, на которую свекровь… поморщилась. Двумя пальцами потёрла виски. Кажется, не у меня одной на фоне происходящего разыгралась