Мой темный принц - Паркер С. Хантингтон

Я любил брата. Правда любил. Ради него поставил собственную жизнь на паузу и, не задумываясь, сделал бы это снова. Но мне не понравилось, что он попросил сохранить их встречи в тайне – а я не сомневался, что это его инициатива. Этот придурок родился, чтобы выводить меня из себя.

Ближе к шести часам, когда я обычно возвращался домой, я вышел из крыла Себа с комом в горле. Мне хотелось разорвать что-нибудь в клочья. Выплеснуть на кого-нибудь свою злость. И расплакаться от облегчения. Себастиан способен быть счастливым. Способен снова стать человеком. Просто было нужно, чтобы кто-то вытащил его из скорлупы.

Во мне бушевал водоворот эмоций. Едва ступив на ковер в своем кабинете, я склонился над мусорным ведром, поддавшись рвотным позывам. Ничего не вышло. Я плюхнулся на задницу, опустил голову и издал дикий рык.

Любовь всей моей жизни исцеляла моего брата. Но у нее были свои цели, работа и жизнь в Лос-Анджелесе. Если она уедет… Я ударил кулаком по столу и разбил костяшки, сколов кусок плотного дерева.

На этот раз она никуда не уйдет.

Глава 75

= Брайар =

Даллас Коста: Я все не могу поверить, что он КУПИЛ ЦЕЛЫЙ ДОМ НА ВАШЕ ПЕРВОЕ СВИДАНИЕ.

Брайар Ауэр: Если честно, много лет назад я и правда отдалась за несколько спешно выпитых бокалов.

Брайар Ауэр: Но ему удалось воссоздать идеальную детскую комнату, которой у меня никогда не было. Приятный жест, если подумать.

Фэрроу Баллантайн-Сан: Боюсь, в таких обстоятельствах даже я бы сдалась.

Даллас Коста: СДАЛАСЬ?

Даллас Коста: Да я бы всю жизнь посвятила тому, чтобы стать его личным оригами.

Фэрроу Баллантайн-Сан: @BriarAuer, что будешь делать, когда придет время возвращаться к работе в Лос-Анджелесе?

Даллас Коста: Да. Ты говорила, что расторгла контракт с той актрисой, но тебе все равно придется работать с ее партнером.

Брайар Ауэр: Я полечу домой. Я должна. Не могу снова посвятить свою жизнь Оливеру.

Брайар Ауэр: Может, у нас получится поддерживать отношения на расстоянии.

Даллас Коста: В прошлый раз не получилось.

Фэрроу Баллантайн-Сан: Я очень плохо знаю Оливера, но даже мне понятно, что он из тех парней, кто придерживается принципа «все или ничего».

Брайар Ауэр: Что ж, тогда ему придется остаться ни с чем.

Брайар Ауэр: Потому что я не могу снова отказаться от себя ради кого-то.

Глава 76

= Оливер =

– Охренеть. Не могу поверить, что скоро снова увижу Феликса и Агнес. – Брайар отстегнула ремень безопасности и одернула платье.

Пусть одергивает, сколько хочет, я все равно знал, что моя сперма текла по ее бедрам из-под трусиков.

– Следи за языком в их присутствии. – Я вышел из машины и обошел ее, чтобы открыть своей невесте дверь. – Они все такие же высокомерные.

Она взяла мою руку и потянулась с улыбкой.

– Просишь меня, чтобы хорошо себя вела?

– Только в этот раз. – Я чмокнул ее в губы. – И только с ними. В любое другое время хочу видеть твою версию без фильтров.

Мы взялись за руки и пошли к парадной двери родительского поместья в Оксфорде [49]с видом на озеро. Громадина в две тысячи триста квадратных метров расположилась на зеленых лугах площадью в одиннадцать акров.

Они перебрались сюда после несчастного случая в надежде заманить Себастиана в уединенное место.

Пока не поняли, что не могут смотреть ему в лицо.

Гравий хрустел под каблуками Брайар, пока мы спешили к ступеням крыльца.

– У меня дурное предчувствие.

– Дурное предчувствие? Они тебя обожают. – И я, по всей видимости, тоже. – И безумно хотели увидеть снова с тех пор, как прочли тот разворот в «Нью-Йорк Таймс». Вы все еще не встретились только потому, что я не хотел ни с кем тебя делить.

– А теперь что? Устал от меня?

– Никогда. – Я крепче сжал ее руку. – Просто научился лучше делать вид, будто контролирую свою одержимость тобой, чтобы меня не отправили в сумасшедший дом.

Я решил не выражать недовольство ни Брайар, ни Себастиану из-за того, что они скрывали от меня свою дружбу. Не хотел им мешать.

Очевидно, что от их общения был толк.

Я скорее отрежу себе яичко, чем помешаю успехам брата.

Сбоку располагался дверной звонок, но я, даже не взглянув на него, распахнул двери и прошел в дом.

По обеим сторонам мраморной прихожей тянулись изогнутые лестницы. Из гостиной доносились приглушенные голоса. Звон бокалов. Громкий смех.

Шепот сливался воедино, явно исходя не только от моих мамы и папы.

Брайар посмотрела на меня, нахмурив брови.

– Не знала, что у твоих родителей гости.

– Для меня это тоже новость. – Я положил руку ей на плечо. – Не волнуйся. Уйдем пораньше, если тебе не понравится.

Она поморщилась, но все равно кивнула. Я едва сдержался от желания унести ее обратно в машину, ведь знал, что она пойдет на крайние меры, например оставит меня без секса, если я дам ей опозориться перед моими родителями.

Мы пошли к источнику смеха, взявшись за руки, и остановились на пороге открытой гостиной.

В креслах рядом с моими родителями расположились двое гостей с бокалами шампанского и закусками.

Брайар зажала рот рукой, подавляя вздох.

Пара обернулась посмотреть на нас с беззаботными широкими улыбками.

Джейсон и Филомена Ауэр.

Филомена встала первой.

– Ну, здравствуй, любимая дочь.

Глава 77

= Брайар =

Они устроили мне засаду. Кто бы сомневался. Чтобы уважать мои границы, нужно признавать их существование, а для этого – признать, что существую и я сама. А они, похоже, делали это, только когда им что-то от меня нужно.

Если они хотели подняться за мой счет, то им ничего не светит. У Брайар Роуз подкосились бы колени. Я, однако же, твердо стояла на ногах. Я вздернула подбородок и смерила взглядом Джейсона, который встал рядом с Филоменой.

В то время как Феликс и Агнес старели красиво, моих так называемых родителей время не пощадило. От паутины морщин лицо Джейсона стало похоже на старую карту. В его некогда темных волосах появилась седина. Глаза Филомены, как всегда холодные и расчетливые, смотрели из-под нависших век, оценивая близость между мной и Оливером.

– Дорогая. – Филомена первой пришла в себя, подошла ко мне и обняла за плечи. – Мы так давно не виделись. – От нее разило отчаянием и Chanel No. 5, ароматом, который я когда-то страстно желала,