Спасите злодейку! Или как никого не убить, став принцессой - Мира-Мария Куприянова

«Например о том, что ты загнешься к утру, если не найдешь в себе сил на ваше Святое прощение. Или о том, что смерть твоей любимой, возможно, поможет тебе самому избежать плахи? Ты же понял уже, что раскрыт. Знаешь, что обыск в твоей берлоге не оставил для меня тайн. Так воспользуйся этим! Сделай эту игру хоть немного интереснее... Хотя, нет. Лучше просто тихо сдохни. Сделай одолжение.»

— Например о том, что принять облик- это одно. А вот владеть при этом полярной магией немного другое, не правда ли? А ведь мистрель не раз демонтировала нам и Свет и Тьму, в зависимости от выбранного облика. А еще о том, что умерла, судя по всему, не только Светлая принцесса. Или я ошибаюсь? — продолжил добивать оппонента принц.

Веслей напрягся, силясь осознать сказанное. А Тард снова едва сдержал улыбку. Идиот. Так влюбиться, что теперь не иметь сил собрать ошметки тлеющего мозга?

— Не ошибаетесь, — сглотнув, кивнула незнакомка несколькими напряженными минутами позже- Ее Величество тоже мертва. И к ее смерти я также практически не причастна.

— Как интересно, — тонко улыбнулся Дистард- Смотри, Нис, перед нами уникальная мистрель, способная принимать Свет и Тьму по своем желанию. Занявшая место правительницы Криалии. И (о, Святое Писание!) при этом не имеющая отношения к гибели предыдущих правителей. Чудо, не так ли? Надеюсь, ты проникся?

— Однако, Венец Криалии меня принимает, — чуть помолчав, аккуратно произнесла девушка- Значит перед вами именно законная правительница.

— Помнится, это называется узурпаторство, — ласково подсказал принц, буквально плавясь от удовольствия наблюдать тягучую ненависть бастарда.

«Смотри, Нис. Как красиво звучит, не так ли? Наверное, в твоей голове это слово звучало иначе, когда вы с принцессой готовили переворот в Мирхе? А когда ты тщательнейшим образом расписывал пытки и последующее убийство королевы Сильвии, это разве не так же жестоко смотрелось на бумаге? А, прости. Это же разные вещи! Ведь одно дело драгоценная Кристабель. И совсем другое никому не нужная Темная!»

«Моя Темная!»- тут же поправило его сердце.

Но принц лишь железной хваткой придушил говорливый орган. Не сейчас. Не время. Не теперь.

Пока что- только стратегия и тщательно продуманный ход. Если рассчитает все правильно- то "шах". И предвкушение победы.

А месть… это чуть позже.

— Не исключено, — не стала спорить женщина- Но, повторюсь, Венец принимает меня. Значит принимает и законность моей претензии на трон. А то, что я не Сильвия и не Кристабель… Что это меняет?

— Что..?! — почти задохнулся Дионис, бросая горький взгляд на принца в поиске поддержки.

«Расчитываешь и на мою ярость? На всплеск моей Тьмы? На несдержанность? Зря, Веслей. Зря!»

— И правда, ничего, — тихо мурлыкнул принц, аккуратно усаживаясь в кресло у камина.

«А теперь нажмем чуть сильнее, бастард. Примерно, как грубой кожей перчаток по моим изрезанным вашими наемниками рукам, помнишь?»

И Дистард аккуратно стянул с рук набившие оскомину кожаные перчатки. А затем, любуясь алыми полосами плохо заживших ран, исполосовавших его кисти, не повышая голоса произнес:

— Веслей, верните мое кольцо. Мне оно теперь понадобится. А Вы… мистрель, надеюсь, не забыли, что у нас с Вами есть некая договоренность? Спешу уверить Вас, что она в силе. Каждая из них, если быть более точным.

Глава 37

Крисильвия Игоревна Серая

Что должна думать героиня, которая только что пошла ва-банк и раскрыла карты? Наверное, радоваться, как-то. Или… ну, не знаю, готовиться сделать свой следующих ход. А я… Я просто кусала губы и мяла пальцами подол.

В голове билась лишь одна единственная мысль: " Зачем, нафиг, я вообще это сделала?!"

Нет, если отринуть истерику, то я понимала зачем.

Время иссякало. Не то, чтобы я безоговорочно доверяла птице. Но то, что магии в кулоне все меньше я и так прекрасно видела по всем внешним признакам. Такими темпами, еще несколько дней- и, возможно, я уже не смогу по первому своему слову менять облик. В каком положении я окажусь, не сумев однажды своевременно из принцессы стать королевой, и обратно? Хуже нет, чем выкручиваться из ситуации. Куда правильнее заранее ситуацию выкрутить так, чтобы выходить из нее было комфортно.

И, поскольку, в исходных условиях продолжать терпеливо ждать, пока мужчины раскроются передо мной во всей своей интриганской красе я не могла (попросту, рисковала не успеть застать финал их искрометного выступления, так сказать) то, героев моего романа стоило поторопить. Спровоцировать. Заставить открыть и свои карты. И по фактам уже выбрать, кого считать своим союзником. Дать каждому из них выбор стать врагом, или другом.

Что я, собственно, только что весьма талантливо и сделала.

Только вот к результатам я оказалась, судя по всему, несколько не готова.

Нет, оно понятно, что в лицо узреть, как тебя долго и упорно водили за нос- то еще удовольствие. Но на то они и сильные мужчины, чтобы с честью справиться с шоком и начать думать. Думать, я сказала! А не тупо скандалить, обвинять друг друга во всем подряд. И вести себя не лучше базарных баб в воскресный день!

— Это какая еще у тебя может быть договоренность с принцессой? — прищуривая голубые глаза, шипел блондин.

И там, в глубокой лазури его глаз я без усилий видела и боль, и скорбь. И настоящую, ничем не прикрытую злобу. Такую нетипичную для Светлых!

Не понаслышке зная, как терзают темные эмоции носителей Света, я с немым сочувствием смотрела, как до побелевших костяшек сжимаются его кулаки. Как сужается в точку темный зрачок и бледнеют губы.

Злость? Лишь отражение горя.

Боль? Именно она. Ему было очень больно. И эта боль диктовала свои условия.

В памяти без спросу всплывали его нежные, сладкие слова, адресованные не мне. Горячие поцелуи, жадный трепет рук. Дарованные принцессе. Ворованные мной незаконно, когда предназначались совершенно другой женщине. Той, что навсегда растворилась где-то вне этого мира. Развеялась серым пеплом. Умерла. И чью утрату от сейчас пытается оставить «за скобками» этого скандала, доигрывая свою партию до