Дракон учебе не помеха - Валентина Третьякова

— Привет, родственнички, — весело сказала она, решительно шагая по двору, по которому гоняли свежевыпавший снег Дональд и Патриция.

Глава 97. Прощание с Олди

При виде племянницы Олди скривились.

— Чего надо? Глаза бы мои тебя не видели… — сказала Патриция.

— Не мешай, бездельница! — крикнул Дональд, толкая к забору груду снега.

Ане-Линде пришлось потратить пару секунд, чтобы переварить это наглое хамство. Она так и не привыкла к тупости Олди. Даже Залан Мор сообразил, кто виноват в его напастях, а этих ничего не брало! Ноль выводов, ноль! Внутри у нее вскипела ярость.

— Вообще-то меня для вас отличные новости. Вы меня больше не увидите, так что мешать я вам не буду. Можете прекратить работу, — с презрением произнесла Линда. Олди остановились и с удивлением посмотрели на снеговые лопаты в своих руках. Еще минуту назад им казалось, что более важного занятия, чем убирать снег, у них в жизни не было. Но сейчас они ощущали лишь усталость, ломоту в спине и руках, и дикое раздражение. А еще любопытство, вызванное словами племянницы.

— Неужели наконец-то сдохнешь? — прищурив глаза, спросила Патриция.

Линда чуть не задохнулась от гнева и непонимания, откуда в этих людях столько злобы? Она сжала кулаки.

— Что. Я. Вам. Сделала? За что вы меня ненавидите?

Олди молча уставились на нее. Дональд подвигал челюстью, пытаясь придумать ответ. Посмотрел на жену.

— Попробовала бы ты мне что-нибудь сделать, мелкая негодяйка, — прошипела Патриция. — Вечно путаешься под ногами…

— То есть вам просто нравилось срывать на мне свое плохое настроение?

— Пшла вон отсюда. Иди подыхать в другое место, — хмыкнула Патриция, и по ее лицу Линда поняла, что попала в цель. Мерзкая тетка самоутверждалась, помыкая племянницей, и дочку свою приучила к тому же.

— Нет. Это вам придется идти в другое место. Чтобы завтра же… Чтобы ноги вашей тут не было, — сказала Линда. Увидела, что Дональд открыл рот и выкрикнула заклинание молчания: — Мьютес конста энти! С сегодняшнего дня меня зовут Линда Окс, приемная дочь ректора Окса и профессора Окс. И поскольку у меня теперь есть родители, опекуны мне больше не нужны. Ах, да… Насчет своей смертельной болезни я соврала. Соврала для того, чтобы дядя Дональд испугался, что в рабство к ростовщику придется идти ему. Чтобы заставить вас работать, а не множить долги! Чтобы отстоять трактир моих родителей! Так что не дождетесь. Жить буду долго и счастливо назло таким мразям, как вы.

По мере того, как она говорила, лица Патриции и Дональда вытягивались. Аня-Линда достала из кармана дневники бедной девчонки, в чье тело она попала и стала зачитывать оттуда целые куски. О том, как Линда переживала, что стала обузой для дяди с тетей. О том, как стала считать себя дурнушкой.

— Вот, что вы со мной сделали. Вы и ваша гадюка Сьюзен. Вы превратили меня в серое забитое существо. По доброте душевной и наивности я верила вашим словам, верила, что это правда. Вы украли у меня возможность учиться в академии, а я была рада, что хоть как-то смогла отплатить вам за вашу… “заботу”. — Последнее слово Аня-Линда буквально выплюнула. Она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и не сорваться. — К счастью… К счастью я поняла, что вы врали. Это не я обуза, не я дурнушка. Это вы — полные мудаки. Да, люди в большинстве своем хорошие. Но иногда встречаются настоящие мрази и садисты. Такие как вы. Я рада, что успела это понять до того, как окончательно превратилась в бессловесное, забитое животное. Теперь все иначе. У меня новая жизнь.

Патриция Олди заткнула уши и хотела сбежать, но Аня-Линда заступила ей дорогу.

— Стоять!

Магия ведьмы-охотницы медвежьими лапами сдавила горло Патриции и дернувшегося вслед за женой Дональда. Они выпучили глаза и открыли рты. Линда слегка ослабила нажим магии и приказала:

— За мной. Хочу быстрее покончить с формальностями и забыть вас, как страшный сон.

Олди с позором съехали на съемную квартиру, но забыть о них не получилось: Сьюзен продолжала оставаться студенткой академии. Узнав, что приключилось с родителями, она подловила Линду, когда та шла в лабораторию одна, без Даймона.

— Ты! Неблагодарная девка, — зашипела она. — Ты должна была оставить “Медовый” нам!

— Схренали? — изумилась Аня-Линда.

— У тебя богатые родители, он тебе не нужен. Напиши отказ…

Линда приподняла бровь.

— Сьюзен, я несовершеннолетняя. Я пока не могу распоряжаться имуществом.

— Значит, летом отпишешь трактир нам. А сейчас мы будем жить там, как жили.

— Что-то еще? — спросила Линда с наивным видом.

— Будете выделять нам деньги на все расходы, — сказала Сьюзен и задрала нос.

Линда зажмурилась и потерла глаза, потом виски, запустила пальцы в волосы. Нет, определенно, к этому нельзя было привыкнуть.

— Сьюзен, чистка картошки не пошла на пользу твоим мозгам. Ты что несешь?

— Ты нам должна. Мы сжалились над тобой…

— Хах… В каком месте проявилась эта жалость? В том, что ты заняла мое место в академии? В том, что я вкалывала забесплатно и ходила в обносках, пока ты красовалась в дорогих нарядах?

Линда замолчала, разглядывая Сьюзен, чье лицо в последнее время напоминало прокисший суп. Его черты не изменились. Те же губы, глаза, брови, нос, но какой же отталкивающей теперь казалась бывшая звезда академии. Она вздохнула и решила дать гадюке последний шанс.

— Знаешь, как говорят: не рой другому яму, сам в нее попадешь. Вы причиняли мне зло, но в результате наказали самих себя. Но вы в силах все изменить. Все в ваших руках. Достаточно перестать винить других и взять на себя ответственность за свои поступки. Всему можно научиться, в том числе жить честно и зарабатывать деньги, как это делают другие горожане. Было бы желание. Передай мои слова своим родителям. Они еще достаточно молоды, чтобы начать другую жизнь.

Линда говорила, но видела, что все ее слова пропадают впустую… “Что ж. Каждый сам звиздец своей судьбы”, — подумала она. Обогнула побагровевшую Сьюзен и продолжила путь в лабораторию. Больше она об этом думать не будет. В конце концов Олди взрослые люди, даже Сьюзен недавно исполнился двадцать один год. Это их жизнь, их судьба. А будут к ней еще лезть, магия Золотого Феникса всегда готова защитить тех, кого несправедливо обижают.

Время шло, Сьюзен периодически кудахтала, шипела или блеяла, а Линда училась. Каждую неделю она сдавала Даймону контрольные, брала дополнительные уроки по