Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

Аня немного нерешительно кивнула, затем она и Фрэнк ушли, покачав головой Бэнни.

Я подождал, пока за ними закроется дверь, и встретил взгляд своего лучшего друга, подняв подбородок.

— Выкладывай, — сказал он, его выражение лица потемнело.

— Тебе захочется набить мне морду, — предупредил я его, и его поза напряглась, но он лишь дернул подбородком, чтобы я продолжал. Я смочил губы, мой пульс участился в предвкушении того, что будет дальше, но я приму это, как и обещал. — Я и Аня... ну, нет простого способа сказать это, так что... я трахнул ее.

Бэнни моргнул, как будто слова не были вычислены, и его рука сжалась в кулак.

— Повтори еще раз?

— Ты слышал меня, Батч. Я трахнул ее. Я знаю, что это делает меня настоящим королевским мудаком, и я знаю, что ты будешь меня за это ненавидеть, но... я не собираюсь оставлять все как есть. Она мне нравится. Я не знаю, что в ней такого, но она мне чертовски нравится, и я хочу ее, и теперь, когда я попробовал, я знаю, что это еще не конец.

— Ты был прав, — рычал Бэнни. — Я набью тебе морду.

Он бросился на меня, и я позволил ему нанести первый удар, даже не пытаясь блокировать его, агония пронзила мою челюсть, когда моя голова отлетела в сторону за полсекунды до того, как он врезался в меня, и мы оба рухнули на землю.

Я заслужил это, но я не собирался просто позволить ему пинать меня, как маленькую сучку.

Я выругался, когда его кулаки врезались в меня снова и снова, и я начал отбиваться, мы вдвоем катались по твердому полу и пачкали его кровью друг друга, позволяя этому дикому, собственническому дерьму разыгрываться в танце кулаков и ярости.

Я не был уверен, как долго мы боролись, прежде чем он взял верх, повалил меня на пол и заорал мне в лицо, когда его черные волосы рассыпались по лбу, а его руки сомкнулись вокруг моего горла.

— Она моя гребаная жена! — кричал он, его глаза были дикими.

— Я знаю, — задохнулся я, и он застыл на месте, встретившись с моим взглядом, между нами проскочила жестокая, первобытная вещь, когда мы просто смотрели друг на друга, оба желая обладать ею и ни один из нас не хотел отступать.

— Что теперь? — потребовал он, внезапно ослабив свою хватку на моем горле и сев прямо, оттолкнувшись от меня. Однако он продолжал держать свой вес на моей груди, и я мог только кашлять, глядя на него.

— Я не хочу забирать ее у тебя, — сказал я, видя в нем пустоту, образовавшуюся после тюрьмы, и зная, что она делает что-то, чтобы заполнить ее для него, даже продолжая ненавидеть его. Но в том-то и дело, что она даже не ненавидела его — это Дэнни заслужил ее ненависть, и я знал, что изменения в нем после их свадьбы сбили ее с толку, но это было потому, что Бэнни был другим мужчиной, которого она явно жаждала, если судить по тому, сколько раз я слушал, как она кончала для него.

— Больше ты ее не трахнешь, — прорычал он, проводя рукой по лицу, пытаясь загнать свой гнев, потребность в котором немного умерила наша драка.

— Я же сказал тебе, — начал я. — Я не могу этого обещать. Я…

— Дай мне, блядь, закончить, Черч, честное слово, я всегда говорил, что ты не знаешь, когда нужно заткнуться.

На это я выгнул бровь, почувствовав жжение от пореза, когда кровь потекла по моему лбу.

— Тогда продолжай.

— Ты больше не трахнешь ее — пока меня не будет рядом.

— Что? — спросил я, нуждаясь в чертовом разъяснении.

— Ты не глухой, Черч. Если ты собираешься трахнуть мою жену, то будешь делать это открыто, без подлостей и всякой ерунды. Если это, блядь, больно, то это моя проблема, а если окажется, что мне это нравится... что ж, тогда нам понадобится новый разговор на эту тему. Договорились?

Я задумалася над этим, подняв руку, чтобы смахнуть кровь со лба. Это было не совсем нормальный способ делать вещи, но опять же, мы никогда не были теми, кого можно назвать нормальными.

— Не могу сказать, что мне было противно смотреть, как она кончила для тебя на заднем сиденье моей машины, — признался я, и он развратно ухмыльнулся, от чего у меня кровь забурлила. — Если честно, с тех пор я не раз возбуждался от одной мысли об этом.

Бэнни плюнул в ладонь, прежде чем протянуть руку мне, и я посмотрел ему в глаза, прежде чем тоже плюнуть в свои.

— Одно условие, — сказал я, прежде чем мы успели пожать друг другу руки. — Ты должен быть тем, кто ей это скажет. Ты ее муж, это правильно, что это исходит от тебя. Но если она в деле … — Я позволил намеку повиснуть, и он мрачно улыбнулся.

— Будет сделано. — Он хлопнул своей рукой по моей, затем встал, поднимая меня на ноги.

— Так что случилось с Дэнни? — спросил я, когда мы разошлись, и я вытер руку о джинсы, чувствуя, что в кармане все еще лежит комок трусиков Ани, и решил, что буду более чем счастлив сохранить это маленькое воспоминание.

— Оказывается, наши проблемы гораздо хуже, чем мы думали, — вздохнув, сказал Бэнни. — Мой засранец—брат уже много лет работает со Свечником — он ведет с ним бизнес, получает долю от секс—торговли и позволяет ему толкать свои сомнительные наркотики на наших улицах.

— Блядь, — вздохнул я, мой разум вихрем пронесся от этой информации, пока я пытался понять, как, черт возьми, мы собираемся исправить этот беспорядок.

— Мои мысли в точности, — ответил Бэнни. — Блядь.

АНЯ

Фрэнк молча вел меня за руку по тротуару, поворачивая налево и направо по нескольким узким улочкам, пока не остановил меня перед фургоном с гамбургерами. Только вместо обычного фургона это был переделанный синий VW Campervan. Вокруг него сгрудились хипстеры, но они отступили со своими электрическими скутерами, когда Фрэнк пробился в первые ряды и заказал для меня