Перерождение императрицы - Ансия Рете

Ахнула Элиза. Она впервые видела мать, что злилась на отца.

—Может, он не хотел нас расстраивать?

Матильда только громче рассмеялась. Он должен был сказать. Хотя бы знак подать. Из-за его молчания они оказались на улице.

—Это вина Рубелии. Она выгнала меня из дворца, а теперь из поместья.

Элиза ходила по комнате, потирая холодные руки.

—Если бы я только могла убить ее.

—Остановись, — вмешалась Матильда, подзывая дочь. —Есть идея получше.

Элиза приподняла бровь, внимательно слушая мать.

—За брак с графом мне все ещё полагаются выплаты.

Матильда была законной женой графа Грохмата, а потому после его смерти обязана получать содержание. Пусть Рубелия и забрала поместье, она не сможет оспорить закон.

—Мы пойдём в суд и добьемся содержания.

—Получать подачки от Рубелии?

Фыркнула Элиза, натыкаясь на недовольный взгляд матери. Никогда она не станет унижаться перед сестрой. Та разрушила ее жизнь, забрала у нее все.

—Тупица, если эти подачки помогут нам выжить, то так и быть.

—А если суд будет не на нашей стороне?

Рубелия все ещё оставалась императрицей. Кто из судей в здравом уме будет спорить с ней?

—Есть у меня один знакомый, — ухмыльнулась женщина. —Он поможет нам.

* * *

—Разве у Вашего Величества нет работы?

Любопытствовала императрица, наблюдая за мужем. Казалось, он прилип к ней и отказывался покидать. Рубелии нравилось быть рядом с Арнером, но другие не разделяли ее радости.

—У меня одна работа - заботиться о своей жене.

—Арнер, я не шучу. Эверт уже успел высказать свое недовольство.

Император нахмурился. Наставник постоянно делал ему выговор, когда тот забывал про работу. Но что поделать, если мягкие руки Рубелии дарили больше удовольствия, чем бумаги?

—Не могу находиться вдали от тебя.

Он прикрыл глаза, наслаждаясь ее поглаживаниями. Тонкие пальцы цепляли волосы, чуть оттягивая их.

—Скучаешь по мне?

Хитро улыбнулась императрица.

—Очень, но кажется жена не отвечает мне тем же.

Мужчина приподнялся, с вызовом смотря на нее.

—Ты часто покидаешь дворец. Мне стоит ревновать?

Рубелия засмеялась, качая головой.

—Нет никаких оснований для ревности.

—Пусть так, но не переусердствуй. Твое вчерашнее состояние напугало меня.

Арнер вскочил посреди ночи, когда услышал тяжёлое дыхание жены. Она мучилась от боли в животе, не могла подняться. Император хотел позвать лекарей, но Рубелия попросила побыть рядом с ней.

—Мне уже лучше.

—Что лекари говорят?

Настаивал Арнер. Он видел, как девушка избегала его взгляда.

—Зачем дергать занятых людей? Я хорошо себя чувствую, остальное не важно.

Император вздохнул. Наклонившись, он оставил нежный поцелуй на ее лбу.

—Я люблю тебя, Рубелия.

—И я люблю тебя, Арнер. Люблю и не хочу отпускать даже на работу.

—Ты всегда можешь приказать мне остаться с тобой.

Ухмыльнулся мужчина, целуя жену в шею. Ему нравилось, когда она дрожала от его прикосновений.

—Боюсь, твои советники возненавидят меня за это.

Устроили бы они бунт против императрицы, если бы император и дальше прогуливал работу?

Когда Арнер покинул ее, чтобы приступить к работе, Рубелия осталась одна. Она оглядела комнату, тихо вздыхая. Только рядом с мужем императрица могла забыть о проблемах.

—Ваше Величество, может, стоит обратиться к лекарю?

Настаивала няня. Она с сомнением смотрела на женский график императрицы, не понимая, почему у той были резкие перепады.

—Такое случается из-за стресса, няня. Скоро все пройдёт.

Рубелия хотела бы объяснить няне, что сбои в графике у нее остались из прошлой жизни. Несмотря на то, что она вернулась в прошлое, ее тело все равно отвергало идею о беременности.

Это пугало. В прошлом было достаточно одной ночи, чтобы забеременеть, но сейчас...

Что если Рубелия не сможет выносить ребёнка?

По правилам Арнер обязан развестись с ней. Продолжение рода - важнейшая задача императора. Такие примитивные вещи, как любовь, не могут помешать.

—Все готово, няня?

Женщина кивнула, поправляя плащ императрицы. Рубелия улыбалась, спускаясь к карете.

Она несколько дней выслеживала мачеху и сестру, ожидая их шага. Наконец, они показались.

Рубелия с сомнением смотрела на заброшенное здание. Она кинула вопросительный взгляд на Кидрея, но тот только подтвердил верность адреса.

Что Матильда и Элиза забыли здесь?

Рубелия натянула плащ посильнее, входя в здание. Везде пахло плесенью и пылью.

Элиза стояла в углу, покусывая ногти, а Матильда постукивала ногой, ожидая гостя. Наконец, они заметили фигуру в плаще.

Мачеха улыбнулась, подскакивая к гостю.

—Господин Варнг, как я рада, что вы согласились встретиться с нами...

Ее голос затих в конце, когда она увидела лицо вошедшего. Это был не господин Варнг, а ее падчерица - Рубелия.

—Кажется, вы не особо мне рады, баронесса.

Девушка сняла капюшон, зарабатывая удивлённые взгляды.

—Ты! — тыкнула в нее Матильда, отходя назад. —Зачем явилась?

—Я все думала, когда вы сдадитесь. Убежите в тень, где вам и место, и там подохните, как крысы подвальные.

Усмехнулась Рубелия. Она оглядела заброшенное здание с неприязнью.

—Рубелия, довольствуешься нашими страданиями?

Внезапно вмешалась Элиза. Она оттолкнулась от стены, подходя к сестре. Украшения на ее платье ослепляли своей роскошью. Бесит.

—Разве я такой человек? Судя по вашей одежде и украшениям, я ещё пожалела вас.

Матильда прикрыла серьги.

—Зачем вы хотели встретиться с Варнгом? Подать в суд на меня, обвинить в жестокости?

—Мы...мы не планировали это, — заикалась мачеха. — С господином Варнгом мы старые друзья.

—Он так не считает, раз сразу пришёл ко мне.

Видимо, дружба была не особо сильна, раз судебный чиновник не стал помогать падшей графине.

—Чего ты хочешь? Чтобы мы умоляли тебя ради содержания?

Злилась Элиза. Она крепко сжимала кулаки, пытаясь сдержаться. Хотелось вгрызться в шею Рубелии, чтобы она подохла и оставила их в покое.

—Какого содержания, Элиза? — усмехнулась императрица. — Ты все ещё веришь, что тебе что-то принадлежит?

—Говард Грохмат был моим законным мужем. Мне положена часть его имущества.

—Не совсем так, — она цокнула в сторону баронессы. — Ваш брак был заключён с позволения моей матушки при условии, что титул перейдёт мне. Но договор был нарушен, а значит, ваш брак недействителен.

—Что?

Ахнула Матильда, шатаясь. Она не могла поверить, что в одночасье потеряла надежду. Последнее, что у неё осталось.

—Этого не может быть.

Не верила Элиза. Она была дочерью графа, так и должно было остаться. Никак иначе. Рубелия лжет.

—Я, как примерная сестра и дочь, помогу вам.

Видеть их умоляющие лица стоило всех трудов. Они смотрели на Рубелию, словно она была их госпожой.

—Правда? Ты пожалеешь нас?

Воодушевилась Матильда. Она