Сказочная география - Наталья Александровна Иванова

Вокруг Африки через мыс Доброй Надежды? Нельзя.

Этот путь в 1498 году открыл Васко да Гама. Мало того, что он считался очень долгим, так ещё и испанские суда не имели права ходить по нему. Ведь Васко да Гама – португалец, значит, и путь вокруг Африки теперь тоже принадлежал португальскому королю.

Интересно: две морские державы того времени (Испания и Португалия) сильно враждовали между собой за водные пространства. Чтобы хоть как-то усмирить эту вражду, папа римский (глава католической церкви и правитель государства Ватикан) нашёл следующее решение. Он разделил земной шар на две равные половины, словно разрезав яблоко пополам.

Восточное полушарие досталось Португалии.

Западное полушарие досталось Испании.

Подумать только! Португалии досталась и Африка, и Азия, и все богатые пряностями острова, сама Индия – мечта любого мореплавателя и торговца!

А Испании осталось довольствоваться только что открытой Америкой и огромным неизведанным океаном.

Но каждый король считал себя обделённым. Поэтому лютая ненависть и грабежи судов на морских просторах между двумя государствами от такой делёжки вовсе не сократились, а только усилились.

Наконец в один прекрасный день к испанскому королю заявился капитан португальского флота (Магеллан) с утверждением, что знает новый путь в Индию! Магеллан убедил короля также и в том, что только ему известен маршрут сквозь Большую землю, ранее считавшуюся непроходимой для судов (Южная Америка). О наличии пролива Магеллан осведомлён якобы благодаря старинной карте, известной только ему одному. Пройдя через этот тайный пролив и подобравшись к самым богатым пряностями островам – Молуккским – испанцы смогут стать их хозяевами по праву завоевания.

Этот день настал

20 сентября 1519 года пять кораблей: «Сан-Антонио», «Тринидад», «Консепсьон», «Виктория» и «Сантьяго» отправляются в первое в истории человечества кругосветное путешествие.

Оказалось, что ещё на материке король Испании Карл V назначил офицера Хуана де Картахену своим представителем и тайно снабдил властью, практически равной власти самого капитана!

Разгорелся нешуточный скандал!

В то время как суда две недели следовали на юг и только от африканской Сьерра-Леоне взяли курс на запад, Картахена демонстративно игнорировал распорядок капитана, не появлялся на собраниях, даже пытался давать указания, всячески демонстрируя недовольство выбранным курсом.

Магеллан терпеть такое не желал! Он арестовал Картахену и передал его под стражу испанским капитанам под обещание держать того и не выпускать.

Наконец корабли подошли к тому самому заветному проливу, который Магеллан считал проходом через американский континент в океан. Они исследовали устье реки Ла-Плата, но так и не нашли пролив. Пришлось снова продолжить движение на юг. На пути каравану кораблей попались ещё три залива. Но и из них, к сожалению, ни один не оказался проливом! Полный разочарования Магеллан продолжил идти на юг. На пятидесятой широте корабли плыли уже среди льдов и стужи. Терпение матросов было на исходе. В их воображении представлялись экзотические острова, тропические фрукты и жара. На деле же? Холод, неприступный материк, не пускающий их из Атлантического океана в Тихий, и хмурый капитан, не отвечающий на вопросы.

Зреет бунт

Почуяв неладное, Магеллан решил подстраховаться и назначил капитаном «Сан-Антонио» своего племянника – Мескиту. Но мятежники в лице трёх капитанов и десятка матросов вступили в открытое противостояние и однажды ночью захватили «Сан-Антонио» и самого Мескиту.

Три из пяти кораблей экспедиции оказались в руках заговорщиков. Кто-то откровенно вступил в перепалку с Магелланом, а кто-то старался не привлекать к себе лишнего внимания. Вдруг свергнуть капитана не выйдет – тогда можно будет выйти из тени и вернуть себе имя преданного адмиралу человека. Одним из таких бунтовщиков был Хуан Себастьян Элькано. Именно под его командованием было завершено это плавание. Но пока история ещё только начиналась.

План Магеллана

Чтобы спасти экспедицию, Магеллан решился на безумный поступок. Он отправил на корабль «Виктория» судью Гомеса де Эспиносу и пятерых матросов. Представить только: шесть против шестидесяти!

Пришли. Судья зачитал капитану «Виктории» письмо Магеллана с просьбой пожаловать на флагманский (главный) корабль для переговоров. Капитана это предложение рассмешило: «Отправиться в логово к врагу, чтобы быть арестованным?!» И пока тот размышлял, как бы едко ответить Магеллану в письме, судья Гомес де Эспиноса резко достал нож и поразил им капитана «Виктории». За ножи схватились и прибывшие с судьёй пятеро матросов. Всё произошло молниеносно. Экипаж в замешательстве не знал, как реагировать: сражаться или сдаваться? Воспользовавшись этим моментом, хитрая шестёрка взяла управление «Викторией» на себя, и вот судно уже подходит к флагманскому кораблю.

Так под властью Магеллана оказались уже три корабля: «Тринидад», «Виктория» и «Сантьяго».

Как вернуть ещё два вновь под своё командование? Магеллан изобретателен. Он перекрыл мятежникам выход из залива, в котором на тот момент находился весь караван экспедиции, своими тремя кораблями. «Сан-Антонио» и «Консепсьон» оказались заблокированными в морском заливе на юге Аргентины.

Что же делать? Или сдаваться, или сражаться! Сражаться матросы были не настроены. Поэтому большинство обречённо подчинились воле ступившего на палубу адмирала. Капитанов арестовали и заковали в цепи.

Главного заговорщика Хуана де Картахену вместе с его пособником, поднимавшим матросов на бунт, Магеллан высадил на пустынном берегу Патагонии. Никому до сих пор не известна их судьба. Да и могла ли она быть завидной с запасами еды на несколько дней в неизведанной местности?

Зимовка

Казалось бы, несчастья должны были закончиться. Но поднялась сильнейшая буря, во время которой потерпел крушение один из пяти кораблей. Экспедиции пришлось остаться на зимовку в том самом заливе, где ещё недавно разгорался мятеж против Магеллана. Долгая, в изматывающем ожидании зимовка.

Наконец наступила долгожданная весна. Суда отремонтировали. Отступили прежде сковывавшие корабли льды. Команда была в предвкушении удачного пути.

Вдруг на берегу появился человек небывало высокого роста. Волосы и лицо его были измазаны краской. Одежда его – шкуры и перья животных. Кто это? Вот появился ещё один, и ещё. Целая группа мужчин и женщин. Морякам-европейцам не сравниться с ними ростом. Матросы достигали разве что до пояса этим долгоногим. Именно так их и прозвали (патагонцы – долгоногие), а землю – Патагонией.

Снова в путь

Но пора было в путь, и 26 августа корабли наконец отправились в заветном южном направлении. Снова на поиски морского прохода из Атлантического океана сквозь Южную Америку в Тихий океан. 21 октября в дневнике Магеллана появилась запись: «Перед нами высокие белые скалы, разбросанные на большом расстоянии одна от другой. Между ними глубокий залив. Далее виднеются высокие горы, покрытые снегом». Магеллан тогда мог подумать, что это и был тот самый заветный пролив! Тот, наличие которого якобы было известно только ему. Тот, через который он обещал королю Испании провести свою экспедицию. Тот, который он ищет вот уже целый год!

Вот он! Магелланов