Опасная Химия - Ольга Дашкова

– Нет, нельзя, – отвечаю тихо, но строго.

– А я все равно сяду, – он ставит поднос напротив меня и садится.

Наглец.

– Я сказала – нельзя.

– А я не услышал.

Он начинает есть, как будто ничего не произошло. Вокруг нас разрастается круг любопытных взглядов. Мелисса со своей компанией откровенно пялится в нашу сторону. Данил тоже смотрит, и в его взгляде читается что-то нехорошее.

Именно этого я и боялась.

– Черный, уйди. Немедленно.

– Нет.

– Почему?

– Потому что мне здесь нравится.

Он смотрит на меня поверх своей тарелки. В его глазах играют какие-то искорки. Тот же взгляд, что был вчера в кафе.

И от него снова становится тепло внутри. Проклятье.

– Те парни, с которыми я дрался, – говорит он, понизив голос, – они тебя не беспокоят?

– А зачем тебя это беспокоит?

– Просто интересно. Они выглядели так, будто знают тебя давно.

– Знает, – коротко отвечаю. – И что?

– Не приставали?

Смотрю на него внимательнее. В его вопросе есть что-то большее, чем простое любопытство. Что-то похожее на… заботу?

Нет. Это мне кажется.

– Не приставали. А если бы приставали – это не твое дело.

– Мое, – спокойно отвечает он.

– С чего бы?

– Просто мое.

Какая наглость.

– Слушай, Черный, – наклоняюсь я к нему через стол, – не нужно больше приезжать в наш район. Не нужно за меня заступаться. Не нужно ко мне лезть. У нас нет и не может быть ничего общего.

– Может быть, – возражает он.

– Не может. Мы из разных миров.

– Миры можно менять.

– Нельзя. Они даны нам от рождения.

Никита откидывается на спинку стула, продолжая смотреть на меня.

– А если я не хочу принимать свой мир?

– Тогда это твои проблемы. Но меня в них не втягивай.

– Поздно.

– Что поздно?

– Уже втянул.

Что он имеет в виду?

Но спросить не успеваю. К нашему столику подходят Данил с двумя приятелями. У всех троих недовольные лица.

– Ну что, новенький, – говорит Данил, облокотившись на стол, – решил нашу серую мышку отличницу охмурить?

– А тебя это касается? – отвечает Никита, не поднимая глаз от тарелки.

– Еще как касается. Аня – наша одноклассница. Мы за нее в ответе.

– Сам за себя отвечай.

Сейчас начнется.

– Черный, не надо, – шепчу я.

Но он даже не смотрит в мою сторону. Вся его фигура напряжена, он готов к бою.

– Ты чего такой дерзкий? – спрашивает один из приятелей Данилы. – Думаешь, если у тебя богатый папочка, то тебе все можно?

– Думаю, идиотов нужно ставить на место, – отвечает Никита.

Данил краснеет:

– Кого ты назвал идиотом?

– Угадай с трех раз.

Господи, ну зачем он это делает?

Встаю из-за стола:

– Все, я ухожу.

– Стой, – Никита встает следом. – Я с тобой.

– Нет, ты останешься и будешь разбираться со своими проблемами.

– Мои проблемы теперь и твои проблемы.

Что за чушь он несет?

– У нас нет и не будет ничего общего.

Беру поднос и иду к окошку, чтобы сдать посуду. За спиной слышу, как Данил что-то говорит Никите, а тот отвечает ему в своей обычной манере – коротко и резко.

Зачем я позволила ему сесть за мой стол? Зачем я сразу не ушла?

Глава 9 Никита

Еще одни семь дней в новой школе пролетела как один день. Каждое утро я просыпался с мыслью об Ане. Каждый вечер я засыпал с мыслями о ней. И каждый раз, когда я предлагал подвезти ее после уроков, я получал вежливый, но твердый отказ.

Но я не сдаюсь.

Впервые в жизни я встретил девушку, которая не пытается мне понравиться. Она не строит глазки, не хихикает над каждой моей фразой, не восхищается моей машиной или дорогой одеждой.

Аня смотрит на меня так, будто видит насквозь. И это одновременно пугает и притягивает.

Она – первый человек, ради которого я хочу стать лучше.

Все эти дни я старался. Не опаздывал на уроки, отвечал на вопросы учителей, не конфликтовал с Данилом и его компанией. Отец даже удивился, когда завуч не позвонила ему с жалобами.

Месяц без скандалов, – говорил он. Пока получается.

Но главное – я каждый день видел Анну. Наблюдал за ней на уроках, пытался поймать ее взгляд в коридоре, садился рядом в столовой, несмотря на ее возражения. И с каждым днем понимал, что влюбляюсь все сильнее.

Я влюбляюсь в девушку, которая живет в трущобах и работает уборщицей.

Какая ирония. Отец всю жизнь внушал мне, что нужно общаться только с «подходящими» людьми. А я, кажется, на самом деле первый раз влюбился в обычную девчонку с окраины.

И мне плевать на мнение отца.

Небо с утра было затянуто тучами. К обеду начался дождь – не обычная осенняя морось, а настоящий ливень. Вода лилась с неба стеной, превращая школьный двор в озеро.

После последнего урока я стою на парковке под навесом и смотрю на это безобразие. Через дорогу, у автобусной остановки, под маленьким козырьком толпится народ. Среди них я вижу знакомую фигуру.

Аня.

Она стоит с краю, пропуская вперед остальных. На ней легкая куртка, явно не подходящая для такого дождя. Волосы уже промокли, хотя она и пытается спрятаться под капюшоном.

Сейчас или никогда.

Сажусь в машину и подъезжаю к остановке. Опускаю стекло:

– Аня! Садись, промокнешь до нитки!

Она оборачивается, видит меня и качает головой:

– Спасибо, но нет.

– Да ты посмотри на эту погоду! – кричу, перекрикивая шум дождя. – Автобус может и не прийти!

– Придет, – упрямо отвечает она, но я вижу, что она дрожит от холода.

В этот момент подъезжает автобус, но он битком набит. Люди толкаются, пытаясь протиснуться внутрь. Аня пытается забраться в автобус, но ее вежливо, но настойчиво выталкивают обратно.

– Следующий через полчаса, много аварий! – кричит водитель и захлопывает двери.

Аня остается стоять под дождем. Теперь она промокла совсем, вода стекает по волосам. Выхожу из машины, подбегаю к ней:

– Хватит упрямиться! Ты же простудишься!

– Мне не нужна твоя помощь, – отвечает, но губы у нее уже синеют от холода.

– Нужна. И ты это знаешь.

Беру ее за руку, веду к машине. На этот раз она не сопротивляется. Быстро открываю дверцу, помогаю сесть, сам запрыгиваю за руль.

В салоне сразу становится тихо – дождь барабанит по крыше, но уже не так громко. Включаю печку на полную.

Трогаюсь с места, адрес я знаю.

Какое-то время едем молча. Аня сидит, обхватив себя руками, смотрит в окно. Печка постепенно прогревает салон, но она все