Познание абсолюта в средневековом арабо-мусульманском рационализме - Валерий Семенович Хазиев

работать. Требования ислама для богатых и для бедных оказываются разными. Даже страх нравственного суда уже неэффективен. Опять-таки возвращаемся к крамольной и грешной мысли о враждебности власти с ее экономическими и политическими целями стремлению отдельного человека к абсолютному совершенству. Государство стремится превратить верующего в «раба божьего», чтобы он сам контролировал свою роль «раба государства». В руках государства вера становится инструментом манипуляции сознанием (душой) индивидуального человека. Ответственность человека перед Богом государство стремится превратить в ответственность перед властью. Но власть Всевышнего и власть государства – не одно и то же. Для верующего человека это очевидно. Поэтому государство стремится придать этой ответственности нравственный характер, а не политический или юридический. Перед Богом ответ будет держать каждый.

Речь идет о тех же категориях «абсолют – истина». Аллах един и неделим. Он один. Мир, сотворенный им (Универсум), множественен. Но в каждой частичке, элементе, фрагменте и т. д. Универсума «сидит» Абсолют как их сущность, как некое абсолютно инвариантное начало начал. Бесконечное многообразие свойств, признаков, качеств, функций и т. д. существования через соответствие этой сущности (спрятанной внутри абсолюта) приобретает свою истинность. Вспомним: онтологическая истинность вещи определяется через соответствие существования вещи своей сущности. В обществе то же самое: если существование чего-либо соответствует своей сущности, оно онтологически истинно. Аналогичную ситуацию наблюдаем и с человеком: с его отдельными чувствами, мыслями, словами и делами. Об онтологической истинности мы говорили в другой работе[31], здесь эти детали повторять не будем. Отметим лишь, что пара «Абсолют – истина» присутствует везде, где мы хотим понять сущность человека и того общества, где он по воле случая родился и сформировался. И какое бы учение ислама мы ни рассматривали, везде обнаружим эти категории как ключевые, образующие ядро соответствия существования вещи ее собственной сущности. Через эти категории проходит путь определения соответствия всего человеческого закону Творения и Творца. Это константный признак. Можно сказать, фатальный. Только через абсолютную истину, или истину Абсолюта, идет путь человека к самосовершенствованию. Это и есть истинный джихад. Коль скоро мы произнесли слово «фатальный», остановимся на нем подробнее. Представление, что в исламе судьба человека фатально предопределена волей Всевышнего, не совсем корректно и требует серьезного уточнения, ибо подспудно содержит мысль, что судьба представляет собой одну прямую и непрерывную нить. Но даже первое знакомство с исламом свидетельствует совсем о другом. Опять-таки мы возвращаемся к идее Абсолюта. Аллах един, целостен и неразрывен с тварным миром. Поэтому все, что происходит с человеком в этом земном мире, неразрывно связано с волей Господа. И мысли, и слова, и дела, и чувства – все может быть изменено по воле самого человека. И в этом суть ответственности человека перед Богом, ибо, что бы ни выбрал человек, какой бы путь ни избрал, все совершится в масштабах Абсолюта. Тварный мир (Универсум) включает в себя все: и потенциальный (возможный) мир, и реальный (действительный, совершившийся). В масштабах Универсума блуждает человек с помощью своего ума и души. Бытие человека в любом из вариантов остается в бесконечном пространстве Абсолюта, или абсолютного пространства. Конечное пространство и время жизни человека – лишь фрагмент бесконечности времени и пространства Абсолюта. Именно в этом смысле «все предопределено». Добро и зло, истина и ложь в судьбе человека – результат его собственного выбора, но в зоне Абсолюта, то есть вечности и бесконечности бытия. Онтологические премудрости конечной жизни человека – лишь часть его абсолютной онтологии.

Не станем подробно останавливаться на вопросах «продолжается ли познание человеческой душой истин Абсолюта после земной смерти? Является ли познание таким же вечным, как и бытие? Или суд Божий определяет состояние бытия души (ад или рай) и завершает познавательные усилия бессмертной души? После Страшного (Последнего) суда душа человека уже ничего не может изменить, поэтому ей и нечего познавать, и она впадает в состояние гносеологического абсолютного нуля, полного познавательного безделья?». В исламе есть варианты ответов, порой не только софистических, но и казуистических, и на эти вопросы. Фатализм в выше уточненном смысле просматривается и здесь. «Где бы вы ни были, захватит вас смерть, если бы вы были даже в воздвигнутых башнях. И если постигнет их хорошее, они говорят: “Это – от Аллаха”, а когда постигнет их дурное, они говорят: “Это – от тебя”. Скажи: “Всё – от Аллаха”» (4:80); «…положись на Аллаха» (4:83); «Аллах над всякой вещью мощен!» (4:87); «Ведь если кого Аллах сбил, для того не найдешь дороги!» (4:90); «А если бы Аллах хотел, Он дал бы им власть над вами» (4:92); «Аллаху принадлежит то, что на небесах, и то, что на земле» (4:125). Фатализм в исламе – не произвол Абсолюта, а онтологический и гносеологический абсолютный масштаб. Если уж говорить на языке житейском, воля Аллаха – не приказ без права выбора, а забота отца. Родитель нянчится со свободой воли порой не очень умного и не очень доброго в своем выборе ребенка. Фатализм в том, что Аллах не покидает своего ребенка ни на миг, не оставляет его на произвол судьбы даже в мелочах, охраняя и предупреждая об ответственности за все им творимое. «Знает Он, что на суше и на море лист падает только с Его ведома, и нет во мраке земли, нет свежего или сухого, чего не было бы в книге ясной» (6:59).

В Коране много айатов о свободной воле (4:21, 59, 60, 67, 69, 78, 80 и т. д.; 5:18, 39, 53, 75 и т. д.; 7:21, 22), из которых становится ясно, что земное конечное бытие и познание человеком добра и зла, истины и лжи, красоты и уродства – все остается в масштабах Абсолюта.

Бог везде и всегда с человеком. Абсолют не есть нечто вне человека. Человек всегда присутствует в Абсолюте как его неотъемлемая часть. Было бы вопиющим прегрешением представлять дело так, что Аллах, сидя на троне, со стороны управляет людьми как марионетками. Он есть во всех случаях абсолютное последнее прибежище человека. Куда бы человек ни направился, он всегда наталкивается тут и там на вечные и бесконечные истины бытия и познания, т. е. на Абсолют. Диалектика необходимости и свободы очевидна. Можно поиграть словами, утверждая, что человек всегда свободен в рамках абсолютной необходимости или что человек совершает все по необходимости в масштабах абсолютной свободы. Человек пребывает всегда в Абсолюте, в пределах бытия и мудрости Аллаха. В этом он свободен и все делает по необходимости – просто потому, что ничего иного, кроме Абсолюта, нет.

И свобода выбора человека остается к сказанном выше контексте: нет ни