Джейн из Лантерн-Хилл - Люси Мод Монтгомери

Я согласен с тобой, мама, что он просто пытается нам досадить, но, когда он увидит, что не досадил нам и мы принимаем его выходку со спокойствием, думаю, больше он нас не побеспокоит.

Джейн поднялась к себе в комнату и осталась совсем одна. Полными безнадежности глазами она оглядела великолепную, огромную, недружелюбную спальню. Она посмотрела в зеркало и в отражении увидела себя стоящей в другой тусклой, недружелюбной комнате.

– Бог, – отчетливо и выразительно проговорила Джейн, – бесполезный.

Глава 10

– Думаю, у твоих родителей все могло бы получиться, если бы не ты, – заметила Филлис.

Джейн вздрогнула. Она не знала, что Филлис осведомлена об ее отце. Но, очевидно, все были об этом осведомлены лучше ее. Она не хотела разговаривать о нем, но Филлис настаивала.

– Я не понимаю, – отозвалась несчастная Джейн, – чем я так могла повлиять.

– Мама говорит, твой отец ревновал, потому что тетя Робин слишком тебя любила.

Это, подумала Джейн, уже совсем другая история, чем та, что рассказывала Агнес Рипли. Агнес говорила, что мать не хотела ее. И кому же доверять? Может, они обе не знают. Как бы то ни было, версия Филлис понравилась Джейн больше. Слишком ужасно было думать, что ты никогда не должна была рождаться… что твоя мать не радовалась твоему рождению.

– Мама говорит, – продолжила Филлис, видя, что Джейн нечего сказать, – что, если бы вы жили в Штатах, тетя Робин легко получила бы развод, но в Канаде с этим сложнее.

– А что такое развод? – спросила Джейн, вспомнив, что Агнес Рипли упоминала это слово.

Филлис снисходительно рассмеялась.

– Виктория, ты совсем ничего не знаешь? Развод – это когда люди перестают быть мужем и женой.

– Люди могут перестать быть мужем и женой?

– Конечно, глупышка. Мама считает, твоей матери стоит съездить в Штаты и развестись, но папа говорит, что в Канаде развод признают недействительным, да и Кеннеди не верят в разводы. Папа говорит, что бабушка тоже будет против из страха, что тетя Робин выйдет замуж за кого-нибудь еще.

– Если… если мама разведется с ним, тогда он перестанет быть моим папой? – с надеждой спросила Джейн.

Филлис заколебалась.

– Думаю, не будет никакой разницы. Но если она выйдет замуж за кого-то еще, он станет твоим отчимом.

Джейн не хотелось иметь отчима ровно так же, как и отца. Но она снова промолчала, и Филлис осталась недовольна.

– Как тебе перспектива ехать на Остров Принца Эдуарда, Виктория?

Джейн не собиралась раскрывать душу перед снисходительной Филлис.

– Я ничего о нем не знаю, – коротко ответила она.

– Зато я знаю, – важно отозвалась Филлис. – Мы были там летом два года назад. И жили в большом отеле на северном побережье. Довольно милое местечко. Думаю, тебе понравится – для разнообразия.

Джейн знала, что возненавидит его. Она попыталась перевести разговор, но Филлис вознамерилась выжать из этой темы все, что можно.

– Думаешь, поладишь с отцом?

– Я не знаю.

– Он любит умных людей, а ты ведь не очень умная, да?

Джейн не нравилось, когда ее заставляли чувствовать себя ничтожеством. А Филлис всегда заставляла ее чувствовать себя так… когда не заставляла чувствовать себя тенью. Злиться на нее было бессмысленно. Филлис никогда не злилась. Филлис, говорили все вокруг, – такой милый ребенок… с чудесным характером. Она просто оставалась снисходительной. Джейн иногда казалось, что, поссорься они хоть раз как следует, Филлис понравилась бы ей куда больше. Джейн знала, как переживает мама из-за того, что у нее почти нет подруг-ровесниц.

– Между прочим, – продолжила Филлис, – это была одна из причин… тетя Робин думала, что недостаточно умна для него.

Червячок зашевелился.

– Я не собираюсь больше говорить о матери… или о нем, – отчетливо проговорила Джейн.

Филлис слегка насупилась, и вечер провалился. Джейн радовалась больше, чем когда-либо, когда Фрэнк приехал забрать ее домой.

В шестидесятом доме об отъезде Джейн почти не говорили. Как быстро летели дни! Джейн хотелось их удержать. Однажды, еще в далеком детстве, она спросила у матери: «Мама, мы можем как-нибудь остановить время?»

Джейн вспомнила, что мама тогда вздохнула и ответила: «Мы никогда не можем его остановить, милая».

И теперь время безжалостно мчалось вперед… тик-так, тик-так… восход, закат, все ближе и ближе к тому дню, когда ее оторвут от мамы. Это произойдет в начале июня – школа Святой Агаты отпускала учениц на каникулы раньше прочих школ. В конце мая бабушка поехала с Джейн в Мальборо и купила ей красивую одежду – гораздо лучше той, что была у нее прежде. В другой ситуации Джейн бы понравилось новое голубое пальто и изящная шляпка того же цвета с небольшим алым бантом… и прекрасное белое платье с расшитыми красным петлями и элегантным поясом в тон. Даже у Филлис такого не было. Но теперь это ее не волновало.

– Не думаю, что там ей пригодится парадная одежда, – заметила мама.

– Она должна быть одета надлежащим образом, – не согласилась бабушка. – Я не допущу, чтобы ему пришлось покупать ей одежду. И Ирен Фрейзер не сможет ни в чем нас обвинить. Полагаю, у него имеется какая-то лачуга, раз он послал за ней. Виктория, тебе кто-нибудь говорил, что невежливо целиком намазывать маслом весь кусок хлеба зараз? И как считаешь, тебе удастся хоть раз поесть так, чтобы у тебя с колен не сползала салфетка?

Теперь Джейн боялась приемов пищи сильнее, чем прежде. Озабоченность предстоящим путешествием делала ее неловкой, и бабушка отчитывала ее за все подряд. Ей хотелось, чтобы можно было вовсе не подходить к столу, но, увы, нельзя прожить совсем без еды. А Джейн жила почти без еды. У нее пропал аппетит, и она заметно похудела. Училась она без какой-либо страсти, и ее едва перевели в третий класс, тогда как Филлис закончила учебный год с отличием.

– Как и ожидалось, – сказала бабушка.

Джоди попыталась ее поддержать.

– Это же ненадолго. Всего на три месяца, Джейн.

Три месяца вдали от любимой мамы и в присутствии ненавистного отца казались Джейн вечностью.

– Ты же будешь мне писать, Джейн? И я тоже буду, если смогу достать марки. У меня есть десять центов, которые мне дал мистер Рэнсом. На три марки точно хватит.

– Я буду часто тебе писать, Джоди. А маме мне можно писать только раз в месяц. И никогда не упоминать его.

– Твоя мама так сказала?

– Нет, конечно, нет! Бабушка. Как будто мне захочется его упоминать.

– Я нашла Остров Принца Эдуарда на карте, – сказала Джоди, глядя на нее сочувствующими бархатно-карими глазами. – Вокруг