Немое кино: Магия кинематографа в буквах и картинках - Кирилл Леонидович Горячок

Однако фильм произвел фурор и в парижском театре «Олимпия» шел без перерыва несколько месяцев. В копиях он разошелся по другим странам, оказавшись в Америке, Германии, Италии, и везде его ждал триумф. Но популярность породила и огромное число подражателей. Из-за того, что в ранние годы кинематографа фактически не существовало авторского права и защиты от пиратства, «Путешествие на Луну» тиражировали нелегально. Часто его переснимали или перемонтировали другие люди, выдавая за свое детище. В итоге сам Мельес не получил никакой прибыли от своей картины, которая была чуть ли не самой востребованной и известной в первые годы существования кино. Но он утешался тем, что открыл миру космос и научил людей мечтать.

При создании фильма режиссер руководствовался словами своего главного героя Барбенфуиса: «Тяжелый труд побеждает все». «Путешествие на Луну» было самым сложным в производстве фильмом Мельеса. Работа продолжалась три месяца. Режиссер собрал у себя в студии большую команду, в которую входили два оператора, артисты разных парижских театров, художники и ремесленники. Вместе они устанавливали декорации с механическими устройствами и пиротехникой, делали костюмы инопланетян из картона и придумывали трюки.

Во время съемок Мельес использовал свой любимый прием «стоп-моушн»: съемка останавливается и возобновляется только после того, как перед объективом камеры что-то меняется. Это создавало эффект волшебного преображения, магического фокуса. В «Путешествии на Луну» таким способом сняты, например, взрывающиеся под ударами зонтика астронома селениты. Режиссер также часто применял метод многократной экспозиции: так, благодаря ему удалось снять падение космической капсулы в океан в финале фильма.

Кабирия

Джованни Пастроне

Молодой человек из крохотного итальянского городка Асти мучительно искал свое призвание. Он пробовал себя в музыке, играл на скрипке в разных оркестрах, подрабатывал бухгалтером, учил иностранные языки. Но душа его требовала чего-то большего. В 1905 году судьба привела Джованни Пастроне в Турин, где он нашел работу на местной киностудии «Росси и компания». Здесь он осознал, что его страсть – кино. Спустя несколько лет 28-летний Пастроне уже был совладельцем продюсерской компании «Итала фильм» и самостоятельно поставил получасовое «Падение Трои». Он задал новый тренд на масштабные исторические полотна и на несколько лет вывел итальянское кино в лидеры мирового кинопроката. Несмотря на большой успех, в 1920-е годы Пастроне ушел из кинематографа. Он продал процветающую студию и больше никогда не возвращался на съемочную площадку. Посвятив себя медицине, он написал множество научных статей, а свою деятельность в кино считал просто удачным бизнесом. Тем не менее сегодня Пастроне считается одним из родоначальников итальянского кино и жанра пеплум – исторического эпоса.

Сделать прошлое снова великим

Сюжетно «Кабирия» мало отличалась от множества других современных ей фильмов. История разворачивалась вокруг похищения и спасения молодой девушки и включала в себя сражения, переодевания, дворцовые интриги и предательства. Все это зрители раннего кинематографа видели не раз. Однако вымышленный сюжет о римлянке, попавшей в плен к карфагенянам, разворачивался на фоне исторических событий с реальными деятелями той эпохи, вроде полководца Сципиона Африканского. Режиссер придал фильму небывалый размах и стремился воссоздать на экране реалистическое полотно эпохи Пунических войн. Для своего времени «Кабирия» стала одним из самых дорогостоящих кинопроектов: он обошелся Пастроне в 50 тысяч лир (сегодня это около 300 тысяч долларов). На площадке были возведены грандиозные декорации, собрана огромная массовка с уникальными костюмами и реквизитом, а также привезены настоящие индийские слоны для батальных сцен. Картина завораживала языческими ритуалами, древней архитектурой, битвами на суше и на воде. Огромное впечатление на публику произвела сцена жертвоприношения богу Молоху, в которой карфагенские жрецы бросали младенцев в бушующее пламя.

Не только для забавы

Джованни Пастроне подчеркивал, что «Кабирия» не была просто развлекательным фильмом – она также демонстрировала возможности кинематографа просвещать и одухотворять публику. В основу сюжета легли исторические труды Тита Ливия, а также известные романы «Саламбо» Гюстава Флобера и «Карфаген в огне» Эмилио Сальгари. К созданию картины режиссер привлек писателя Габриеле Д’Аннунцио, который написал поэтические титры между сценами (интертитры), придумал имена главным героям и название «Кабирия».

Пастроне пригласил Д’Аннунцио, чтобы прежде всего заинтересовать итальянскую богему и политическую элиту. Представителя этих кругов в основном презирали кино, считая его мещанским досугом. Участие известного писателя ассоциировалось с высоким искусством, к тому же фильм затрагивал важные для итальянцев исторические темы: героизм, мужественность и самопожертвование. Рекламный ход Пастроне сработал, однако имя Д’Аннунцио на афише «Кабирии» заставило многих поверить, что тот его и срежиссировал.

Историческая сенсация

«Кабирия» стала хитом мирового проката. Общие сборы составили более 1 миллиона итальянских лир (около 6 миллионов долларов сегодня). Картина пользовалась особенной популярностью в Америке. Это был первый иностранный фильм, показанный в Белом доме. На просмотре летом 1914 года собрались президент США Вудро Вильсон, его жена и действующий кабинет правительства. Голливудские режиссеры Дэвид Гриффит и Сесил Демилль были ошеломлены возможностями и методами, которые продемонстрировал им итальянец Пастроне. Фильм заложил основы жанра пеплум и любого исторического эпоса, а сцену с поедающим детей Молохом не раз цитировали разные режиссеры, в том числе Фриц Ланг в знаменитом «Метрополисе». В 2006 году отреставрированную «Кабирию» показали на Каннском кинофестивале. Фильм презентовал Мартин Скорсезе, назвавший его одним из важнейших в истории.

Поражала «Кабирия» и техническим совершенством. В раннем кино камера, как правило, была статичной и действие фильма происходило строго в заданных рамках. Пастроне же хотел придать сюжету объема: показать различные нюансы на поле боя, привлечь внимание зрителя к каким-либо деталям или персонажам. Для этого он заставил камеру двигаться, посадив оператора в вагонетку, которая перемещалась по заранее сконструированным рельсам. В особо острые моменты камера приближалась к объекту съемки и отдалялась от него, погружая зрителя в гущу событий без применения монтажа. Этот прием – следящий кадр – долгое время называли «кадром “Кабирии”», и многие режиссеры заимствовали его у Пастроне.

Сломанные побеги

Дэвид Гриффит

Один из ключевых режиссеров мирового кино родился в бедной