Взвейтесь кострами - Алина Игоревна Потехина

— Я его видела. — едва слышно прошептала я. — Охранника.

— Когда? — хором спросили дети.

— Сегодня. После того, как ты ушла. — ответила я, глядя на Настю. — Я смотрела на бабу Люсю и деда Сёму, когда увидела его. Но они, будто бы его не заметили.

— Может быть такое, что его, как и детей, видим только мы? — спросил Вовка в полной тишине.

Мы переглянулись. Мишка почесал ранку на коленке, которая уже покрылась корочкой.

— Значит остаётся два варианта. — сказал мальчик. — Либо мы действительно появились на фотографиях, которые хранились в лагере, либо некто сфотографировал нас и подкинул фотографии сюда.

— Миш, кое-что не укладывается в твою версию. — сказала Настя. — Когда мы вылезали из окна нас, конечно, могли сфоткать, но для других фотографий мы не позировали.

— Фотошоп? — неуверенно протянула я.

— Слишком сложно. — ответил Мишка. — За ночь такое не сделаешь. Это же надо ещё где-то распечатать было.

— Согласен. — кивнул Вовка. — А распечатать можно только в городе.

— Значит всё-таки проклятье? — обречённо спросила Настя.

— Похоже на то. — ответила я.

В шалаше наступила тягостная тишина. Мы в сотый раз пересматривали фотографии и нервно косились на стол, под которым скрывался вход в подземелье.

— Интересно, куда всё-таки ведёт та дверь? — прервал тишину Вовка. — Вчера вся лестница инеем покрылась.

— А говорят, что чем глубже под землю, тем теплее. — проворчала Настя.

— И всё-таки? — не унимался младший из братьев.

— Ну, вскрыть её мы не сможем. — пожала плечами я. — Может попробовать постучать?

— А может не надо? — подруга хмуро обвела нас взглядом. — Вам не кажется, что мы и так увязли в этой истории по самые уши?

— Ну раз уже увязли, так чего терять тогда? — улыбнулся Вовка. — Хуже-то уже точно не будет.

— Как знать. — ответил Мишка. — Не зря же говорили, будто здесь дети пропадают. Может мы следующие.

От его слов стало страшно. Появившееся было любопытство уступило место холодной обречённости.

— Но мы ещё не пропали. — сказала я. — Значит сможем всё изменить.

— Предупреждён, значит вооружён! — поднял указательный палец вверх Вовка.

— А делать-то что будем? — поинтересовалась Настя.

— Пойдём в лагерь. — констатировал Мишка.

— Зачем? — удивилась подруга.

— Смотреть другие фотографии. — догадалась я.

— Когда? — Вовка встал и размял спину.

— Сейчас. — ответил Мишка и тоже встал.

Но стоило ему подняться, как раздался грохот, от которого заложило уши. Я закричала, втянув голову в плечи. Рядом так же вскрикнула Настя. Даже мальчишки испуганно вздрогнули. Стоило грохоту стихнуть, как по шалашу ударило. Он скрипнул, просел, но выдержал. Мишка поднялся по земляным ступеням и выглянул на улицу.

— Гроза и град. — сказал он, повернувшись к нам.

— Надо домой. — Настя выглянула наружу. — Родители искать будут.

Мы схватились за телефоны, но связи не было. Вспышка небесного огня ослепила, и мы юркнули обратно под ненадёжную крышу шалаша.

— Подождём пока град не закончится. — предложил Мишка.

Мы снова сели на плед, сгрудились плотнее — ощутимо потянуло холодом снизу. Стали прислушиваться к непогоде, да к скрипу шалаша над головой. На улице потемнело, будто подступили вечерние сумерки. Выл ветер, рядом с шалашом что-то упало. «Надеюсь, это ветка ветка» — подумала я. Мы прижались друг к другу вплотную. Никто не признавался, но всем было страшно. Природа бесновалась, играла могучим ветром, и даже не замечала крошечный шалаш с четырьмя детьми, спрятавшимися в нём.

На улице послышались тяжёлые шаги.

Я обратилась в слух. Показалось или нет? «Скорее всего показалось.» — попыталась успокоиться я, как вдруг снова услышала шаги. Град сменился дождём и звуки снаружи стали слышнее.

— Идёт кто-то. — подтвердил мои мысли Вовка.

— А если это охранник? — сжала мою руку холодными пальцами Настя.

Мишка хмуро посмотрел на подругу, после чего взял с пола камень и подошёл к входу.

Шаги приближались. Теперь сомнений ни у кого не было. Мишка напрягся, Вовка встал рядом с ним, а мы с Настей подобрались готовые в любую минуту броситься в драку.

Хрустнула ветка. Чья-то рука легла на полиэтиленовый полог. Время остановилось. Я сжала зубы, готовая закричать или заплакать. Медленно, словно во сне полог отодвинулся. Проём занял тёмный силуэт с какой-то палкой.

Мишка двинулся вперёд, но тут же остановился, как вкопанный.

— Здравствуйте. — вежливо поздоровался он.

— Ну что, застряли? — весело улыбнулся мой папа. — По домам?

Я выдохнула. На глазах появились слёзы, а Настька даже засмеялась от облегчения. Папа принёс огромный пляжный зонт, под которым мы все с лёгкостью уместились. Конечно, идти впятером под одним зонтом было неудобно, но очень весело. То кто-то кому-то наступал на ногу, то Вовка вытолкнул Мишку под дождь, а Мишка набрал в ладонь воду, стекающую с края зонта, и вылил Вовке за шиворот, то Настя споткнулась и едва не улетела носом в лужу, то папа начинал раскручивать зонт, разбрасывая веер из капель.

Сначала мы проводили Настю, затем мальчишек и только прийдя домой, я вспомнила, что мы так и не успели договориться когда пойдём в лагерь, чтобы найти остальные фотографии.

Я посмотрела на телефон, но связи всё ещё не было. Не появилась она и к ночи. Дождь с наступлением темноты стал тише и даже как будто ласковей. Я поднялась к себе и долго смотрела на лагерь, в котором горели окна и снова играла музыка, но теперь другая. Песни были мне совсем незнакомыми и показалось, что доносились они не из колонок как раньше. Подумав, я решила, что это живая музыка. Что прямо сейчас в лагере кто-то играет на гитаре и поёт старые-старые песни.

— В каком же году вы исчезли? — спросила я вслух, но никто мне не ответил.

Глава 12. Почти попались

На следующий день сразу после завтрака мы собрались в шалаше. План был прост — пробраться в лагерь по подземному ходу, снова залезть в музей и просмотреть все фотографии какие найдём. В случае надобности забрать их с собой.