Красная папка. Шрамы, которые дают крылья - Рекс Огл

Я никогда раньше не жил в доме. Даже если потребуется потрудиться, ничего страшного. Я могу покрасить дом как внутри, так и снаружи. Сэм может обработать газон химикатами, которые есть у него на работе. Мама умеет убирать, так что она может сделать интерьер по-настоящему уютным.

У нас был бы маленький дворик, там мог бы играть Форд. Может быть, мы могли бы завести собаку. Я мог бы приглашать друзей и не стесняться тараканов или жутких соседей. Может быть, мы бы даже купили мебель.

– Мы действительно переезжаем в новый дом?

– Он не новый, но для нас он будет новым.

– Ничего, что не новый.

У меня голова идет кругом, я хочу знать все подробности.

– Когда это случилось? Почему ты мне не сказала?

– Потому что это не твое дело. Нам нужны были перемены. Перемены – это хорошо, правда?

Я киваю, бегу в свою комнату и начинаю собирать вещи, размышляя о нашем новом доме. На все у меня уходит не больше двадцати минут. После этого я помогаю маме собрать остальное. Мы относим все это вниз и загружаем в кузов рабочего грузовика Сэма. Вот в чем прелесть отсутствия мебели – переезжать просто.

Я подбегаю к Бенни и Брэду и прощаюсь с ними. Внимательно записываю их номер телефона, чтобы звонить им. Мы еще можем тусоваться, ведь Сэм и их отец – собутыльники. Я подумываю о том, не сбегать ли к Лиаму и сообщить ему новости, но мама говорит, что у нас нет времени. Мы с Лиамом все равно больше не общаемся. Может быть, все изменится, когда я буду жить в доме. Мы можем играть в футбол на заднем дворе. Или перед домом.

Я чувствую такую легкость, радость и тепло. Какое-то время я не могу найти этому названия, а потом понимаю, что я просто по-настоящему счастлив. Не только за себя, но и за всю мою семью. Уверен, даже мама будет счастливее. Я с нетерпением жду чего-то нового.

Когда мы ужинаем в «Макдоналдсе», я смеюсь над всем подряд.

– А у нас с Фордом будут свои комнаты? – интересуюсь я.

– Нет, – говорит мама. – Там две комнаты и ванная.

Похоже на нашу квартиру, но это нормально. Дом лучше, чем квартира, потому что это значит, что у тебя больше денег. К тому же у нас будет двор.

– Можно мне покрасить свою комнату?

– Как хочешь, – говорит мама, – только если заплатишь за краску.

– Круто! Какого цвета ты хочешь стены в нашей комнате? – спрашиваю я у Форда.

– Челный! – отвечает он.

– Черный? Как пещера? Было бы круто.

– Ты не покрасишь комнату в черный цвет, – говорит мама.

– Розовый? – спрашивает Форд.

– Нет, – ворчит Сэм. – Р-р-розовый – д-девчачий ц-вет.

Я понимаю, что все это время Сэм молчал. Мама тоже выглядит недовольной, но она всегда недовольна.

– Почему вы двое не радуетесь? Разве ты не рада? – интересуюсь я.

Мама пожимает плечами.

Я прикидываю, не спросить ли, где они взяли деньги на дом, но знаю, что на людях о деньгах лучше не говорить. Это щекотливая тема. Мы явно будем снимать, а не покупать. Это дешевле.

– Значит, завтра, когда мы переедем, первым делом я… – начинает мама.

– Завтра? Мы никуда не едем сегодня вечером? – перебиваю я.

– Нет. Завтра.

– Где же мы будем спать сегодня?

– В машине и грузовике, – отвечает мама как ни в чем не бывало.

– Что?! – вскрикиваю я, совершенно сбитый с толку.

– Это всего на одну ночь.

– Почему бы нам просто не переночевать на новом месте?

– Оно будет готово только завтра в полдень.

– А мы не можем снять мотель?

– Нет. Снять мотель, чтобы просто поспать, – пустая трата денег. Мы все равно потратили все на новое жилье. Не веди себя как ребенок из-за одного вечера. Сделаем вид, что это поход.

– Ты же ненавидишь походы! И вообще, сейчас декабрь! На улице холодно!

– А ты не будешь спать на улице. Поспишь в своем спальном мешке в машине.

– Где мне принять душ перед школой? – спрашиваю я срывающимся голосом.

– Можешь один раз пропустить душ. Ничего страшного, если от тебя будет немного вонять.

– Не хочу я, чтобы от меня воняло!

Сэм смахивает со стола картошку фри. Она разлетается по всему полу. Другие семьи смотрят на нас.

– З-з-заткнитесь! О-о-оба! Н-ни с-слова!

Я так погружен в свои мысли, что до сих пор не заметил, что Сэм не просто молчалив, он зол. Он избегает смотреть мне в глаза. Он злится из-за того, что мы ночуем в машинах, или тут что-то другое?

Теперь я думаю о сломанном замке и той приклеенной записке на двери, которую я никогда не видел.

Возможно, не мы решили съехать столь внезапно.

Может быть, нам пришлось это сделать.

– Нас что, выгнали из «Виста Нуэва»? – спрашиваю я тихо.

Сэм швыряет в меня остатками своего бургера, они попадают мне в грудь. Кетчуп и горчица забрызгивают мою рубашку.

– Ч-ч-ч-черт возьми! – вскрикивает Сэм и бросается к своему грузовику. Через окно я вижу, как он его пинает. Мама сердито смотрит на меня.

– Посмотри, что ты наделал. Доволен?

Я не доволен, но и не вижу в этом ничего особенного. Значит, нас выгнали? По крайней мере, мы переезжаем в новый (ну, для нас новый) дом. Это хорошо, правда?

В ту ночь Сэм спит в кабине своего служебного грузовика. Мама и Форд – там же. Я ночую в маминой машине, один, на водительском сиденье. Пассажирское завалено коробками, а на заднем так много всего, что я не могу откинуться. Руль мешает устроиться поудобнее. Прямо надо мной горит уличный фонарь, отражаясь от ветрового стекла. Я всю ночь ворочаюсь с боку на бок и не могу уснуть. Когда я наконец встаю, шея ужасно болит.

Мы возвращаемся в «Макдоналдс» позавтракать. Мне очень нравятся их завтраки, особенно картофельные оладьи. Я стараюсь сосредоточиться на том, какие они вкусные, хрустящие и жирные, и думаю, что сегодня вечером буду спать в новой комнате в новом доме. Интересно, окно будет выходить на фасад, заднюю часть или на боковую сторону? Честно говоря, мне все равно.

Мы собираемся подписать бумаги и получить ключи. А потом сможем пойти посмотреть новое жилье. После того как я получу ключ и узнаю, где мы живем, я смогу пойти в школу пешком. Я очень рад, что теперь она так близко от дома.

После завтрака мы едем по обсаженным деревьями улицам нашего нового района. Я все пытаюсь угадать, какой дом наш.