Первый закон Шурупчика - Алиса Стрельцова

– Вы еще меня обсуждали.

Верхушки Шуркиных ушей загорелись, как лампочки у аварийного выхода:

– Не обсуждали мы вовсе!

– У меня на такое нюх… Спиной чувствую, когда про меня говорят, – ответила Маринка и отъехала назад к шкафу.

– Я, наверное, пойду, – сказал Шурупчик и положил на кушетку пакет со льдом, – мне уже лучше…

– Да не волнуйся ты, все так делают! – Маринка со звоном закрыла стеклянную дверцу. – Я уже привыкла.

Ее спина выпрямилась, ладони впились в кожаные ручки. Девочка застыла на месте.

Плачет, что ли?

Шурка поерзал, пленка на кушетке громко зашуршала.

– Может, это из-за твоей челки? – вслух предположил он. – Меня бы отец за такое наголо остриг! Я как-то хотел виски выбрить и хвостик отрастить, как у Базина, это пацан из нашего класса, так он такой скандал закатил! Военный он у меня, с ним не поспоришь…

– Меня мама тоже отругала! – Маринка повернулась к Шурупчику лицом. Совершенно сухой глаз вынырнул из-под челки-занавески. – Два дня злилась! Потом привыкла. – Девчонка улыбнулась.

А она ничего, симпатичная вроде, если без помады и улыбается…

В кабинет влетела запыхавшаяся медсестра.

– Здравствуйте! – выпалил Шурупчик и вскочил с кушетки.

– Тебе чего, мальчик?

– Я… вот… палец повредил.

Медсестра скользнула взглядом по Шурке и направилась к стеклянному шкафу.

– Мам, я уже приложила лед! – вмешалась в разговор Маринка.

– Вот и хорошо! Давай посмотрим, что тут у нас? – Медсестра подсела к Шурке.

– Дверью прищемил! – снова вмешалась Маринка.

Шурупчик отвернулся к стене, чтобы не смотреть.

– Ага, гематома, синяк то есть… Переломов нет! Жить будешь. Сейчас запишем тебя в журнал и отпустим. Как, говоришь, тебя зовут?

– Добрынин Александр Сергеевич! Шестой «Б», – с достоинством ответил Шурупчик.

– Александр… отчество не обязательно, – улыбнулась женщина. – Будем знакомы: Светлана Тимофеевна, ваша новая медсестра. Я вижу, ты уже подружился с Мариной? В новой школе ей друзья не помешают…

– Ну мам! – возмутилась девчонка. – Я же просто лед достала.

Во влип!

Шурка деликатно кивнул.

Школьный звонок, как всегда, пришелся кстати. Шурупчик вежливо попрощался и поспешил в кабинет технологии за вещами.

* * *

После уроков Шурка с Мишкой отправились на набережную поглазеть на ледоход. День выдался солнечный. Пекло́ как летом!

Всю дорогу Мишка рассказывал про гироскутер, который ему подарил отец. И как он гонял на нем весь вечер по двору.

– Мощный, с автобалансом! У Грини из соседнего подъезда только до пяти километров в час разгоняется, а мой…

Почему кому-то ничего, а другим – всё и сразу? Вот Мишка, например. Везунчик по жизни! Во-первых, он один в семье, и любое его желание родители выполняют наперегонки. Во-вторых, его отец – бизнесмен, а не какой-нибудь военный. В-третьих, у него есть собака, и не просто собака, а выставочный питбуль. Чего еще желать в этой жизни? Разве что гироскутер.

И в школе его все любят! Лилька в столовке к нему сама подсаживается. Вон вчера на день рождения пригласила. А со мной даже не здоровается! Стоит ему улыбнуться, учителя всегда оценки на балл выше ставят. Я, конечно, не могу так выпрашивать, но… И что в нем такого? Мы похожи, как близнецы, разнояйцевые, конечно. Правда, у меня чуб всё время торчит, а у него аккуратно зализан. Ростом он немного выше, да и в плечах шире. И еще подбородок у него… М-м-м… как это? Волевой, вот! Но разве это главное?

Шурупчик согнулся под тяжестью рюкзака и глядел на мелькающие перед ним подошвы новеньких Мишкиных кроссовок. Зажатая в руке Шуркина ветровка волочилась по пыльному асфальту.

– А я вчера компас нашел. Старинный, – вдруг выпалил он. – Хочешь, покажу?

– Хм, компас? – Мишка равнодушно пожал плечами.

– Магнитный, с солнечными часами. Смотри! – Шурка вынул коробочку из кармана и протянул другу.

– Ну и рухлядь! У меня в айфоне тоже компас есть, широту, долготу и даже высоту над уровнем моря показывает.

– Прикинь, мой без батарейки работать может!

– Ну и что с того?

– А то, что твой айфон в лесу через сутки отрубится, а мой компас нет!

– Так я не в лесу живу, а в центре города. У меня нет проблем с зарядкой. – Мишка метким ударом пнул попавшую под ноги жестяную банку из-под газировки.

– Балда ты, Шест! Айфон в любом магазине купить можно, а эта штука раритетная.

– Чего? – Мишка прищурил глаза.

Банка с грохотом докатилась до мусорного бака и звякнула о его край.

– Единственная в своем роде! И еще волшебная! – Шурка поднял банку и закинул в бак.

– Дурак ты, Шуруп! «Волшебная!» Ты еще скажи – крестраж[1]! – Мишка громко рассмеялся.

Шурупчик наклонился к другу и сказал почти шепотом:

– Может, и крестраж! Сегодня по дороге в школу он вдруг засветился радугой, завибрировал, стрелка задергалась и повела меня куда-то.

– И куда ж она тебя повела? – Мишка тоже перешел на шепот.

– Не знаю. Отвлекся на одну бабулю, компас и погас…

– Перегрелся ты, Шуруп, на солнце, вот и померещилось! – прозвенел Шест так громко, что даже прохожие обернулись. – Компас твой бестолковый, а стрелка просто реагировала на магнитное поле от посторонних предметов.

– Каких таких предметов? – Шурка рассердился и даже покраснел от злости.

– От домов, машин и даже от колодцев! У воды тоже, между прочим, есть магнитное поле. Я сам видел, когда у нас на даче воду под землей двумя металлическими проволочками искали.

Проволочками, значит?

Шуркины руки налились свинцом, захотелось этому задаваке Мишке хорошенько врезать. Он даже кулаки сжал. Но компас вдруг снова завибрировал. Шурупчик уже было хотел предъявить Мишке неопровержимое доказательство, но за спиной что-то зашуршало, и острые когти впились ему в правое плечо…

– Сова! – заорал Мишка.

Шурупчик замер с компасом в руках. Если бы он мог, то ввинтился бы в землю от пережитого ужаса.

– Сова? Здесь? Откуда?

Действительно, сова! Вот вцепилась-то! Башкой вертит, моргает стеклянными черно-желтыми глазами, словно задвижками на иллюминаторе.

Из оцепенения Шурку вывел хриплый мужской голос:

– Репа! Ты совсем ошалела? Кому сказал, иди сюда!

Шурка взмахнул рукой, пытаясь спугнуть птицу. Сова равнодушно моргнула, выдернула клювом коробочку из Шуркиных рук и взмыла с добычей вверх. Не пролетев и метра, она выронила компас и стремительно рухнула на тротуарную плитку, неестественно заломив пестрые крылья. Хозяин подошел ближе, поднял трепыхающуюся сову, смотал привязанную к ноге птицы веревку.

– Почему Репа? – спросил Мишка.

– Репу любит, зараза! Не хотите сфотографироваться? – обратился он к Мишке и громко шмыгнул красным бесформенным носом в синих прожилках.

– Зачем вы так? Ей же больно. Вон у нее крыло повисло, – сказал Шурка, подбирая компас.

– Прикидывается она. Хитрая, бестия! – Мужик прищурился и косо посмотрел на птицу.

– Ну вот, Шуруп,