Заклинание красной нити - Ким Херён

– Не мое имя? Нет… Меня зовут…

– Так сказано в дневнике. Раньше ты была доброй девочкой и дарила любовь, а не пожирала ее. Ты можешь больше никого не обижать.

– Я… дарила… любовь?..

Красные нити, обмотанные вокруг тела Эджури, вдруг ослабли и упали на пол. Тхэгён протянул ей дневник. Эджури читала страницу за страницей.

Меня называют Эджури. Это значит, что я дарю любовь.

Когда я вырасту, хочу делиться любовью с другими.

Я буду добрым человеком, который помогает людям в трудных ситуациях.

Эджури плакала, читая свой дневник.

– Я вспомнила… Я хотела помогать людям… Поэтому изо всех сил старалась сделать все, что могла…

От Эджури исходил слабый свет, и, казалось, сияло само ее сердце. Она открыла вложенное в дневник письмо и прочитала его. Из ее глаз снова хлынули слезы.

– Когда родители внезапно погибли в аварии, я возненавидела все вокруг… Раз у меня больше не было любящих близких, я решила, что больше никто в мире меня не полюбит. Тогда я отдалилась от друзей… Я ненавидела все… И постепенно возненавидела даже саму себя… Перестала себя любить…

Из глаз Эджури снова хлынули слезы.

– Спасибо, ребята… Вы нашли то, что я забыла… Большое спасибо… Правда…

Свет, исходивший от Эджури, становился все ярче и ярче. Он разделился на мелкие искорки, которые мерцали, как звезды. Наконец, когда последняя звездочка исчезла, Фео проснулась и потянулась.

– Ух, как я выспалась!

– Глава, ты очнулась?! Какое облегчение! Мы так рады!

– М? В чем дело? Что-то случилось?

– Случилось, конечно! Ты хоть знаешь, как мы настрадались, пытаясь победить Эджури, пока ты спала?

Фео лишь промолчала в ответ.

И тут…

– Ах вы, негодники! Вы до сих пор не разошлись по домам?!

Сторож резко распахнул дверь. А затем, увидев беспорядок в классе, удивился и недовольно спросил:

– Э-это еще что такое? Кто это натворил?

– А… Долго объяснять…

– Дяденька, извините. Сегодня днем мы все уберем.

Фео, Тхэгён и остальные ребята выбежали из класса мимо разгневанного сторожа.

Небо, которое только что было темным, постепенно светлело – близился рассвет.

– Кстати, глава, а почему Эджури все время отбрасывало, когда она пыталась съесть тебя? Ты, случайно, не знаешь?

– Эджури отбрасывало? Может, из-за этого?

Фео достала что-то из кармана. Это оказался барьерный амулет.

– Я положила его в карман на всякий случай.

– Да-а, крутая у нас глава! Так ты все спланировала?

Ребята восхитились тщательной подготовкой Фео и похвалили ее.

– Но, глава, чье имя ты написала на бумажке для заклинания красной нити? – спросил Тхэгён, не в силах сдержать любопытство.

– Ого! Уже столько времени? Мне надо домой. Увидимся утром в школе.

Внезапный вопрос Тхэгёна смутил Фео, и она быстро убежала. Остальные тоже разошлись по домам, боясь, что родители будут ругаться.

* * *

Придя домой, Фео достала из кармана листок бумаги, перевязанный красной нитью, развязала узелок и развернула листок.

Ом Тхэгён.

На бумажке красовалось имя Тхэгёна. Когда Фео посмотрела на него, ее губы расплылись в улыбке.

Глава 2

Послушай мою песню

– Хёнджу, ты не идешь домой?

– Иди без меня. Я еще немного порепетирую.

– Ладно, тогда я пошла. Не забудь запереть дверь в кабинет музыки. Глава клуба сказал, что в прошлый раз кто-то ее не закрыл.

Хёнджу, проводив подругу, сосредоточилась на репетиции. Когда она взглянула на часы, вздрогнула:

– Уже так поздно? Родители, наверное, волнуются.

Хёнджу прибрала ноты и выключила в кабинете музыки свет. В коридоре было темно, но ее это не пугало: она часто оставалась в школе допоздна из-за репетиций. Хёнджу шла по коридору, напевая под нос песню, которую исполняла сегодня в классе музыки. На следующей неделе пройдет хоровой конкурс, поэтому ей приходилось репетировать до поздней ночи.

– Люблю осеннее небо, кажущееся выше обычного. Куда я отправлюсь сегодня? Чем я займусь? – напевала она.

– Помни меня.

– Сажусь у окна и смотрю в небо.

– Запомни меня.

– Полное любви.

– Послушай мою песню! Послушай мой голос! Запомни меня!

Хёнджу замерла и оглянулась. Ее окружала лишь темнота.

– Мне показалось?

Когда Хёнджу собиралась снова пойти вперед, она ясно услышала песню:

– Я взлечу высоко, как птица! Расправлю крылья и полечу высоко-высоко!

Хёнджу снова оглянулась. Позади никого не было.

– Дам волю мечтам! Взлечу высоко, в страну грез!

Казалось, песню напевали прямо на уши Хёнджу.

– К-кто это?

Хёнджу в замешательстве огляделась, но увидела лишь темный коридор. Вдруг… его заполнила песня.

– Запомни меня! Запомни мою песню!

– А-а-а-а-а-а!

Завуч поблагодарил клуб экзорцизма за то, что они разобрались с заклинанием красной нити, и пообещал, что постарается убедить директора вернуть их клубу официальный статус.

Фео, выйдя из кабинета завуча в хорошем настроении, столкнулась в коридоре с президентом школьного совета. Она быстро поздоровалась с ним и поспешила дальше, как вдруг он ее остановил:

– Глава клуба экзорцизма, подожди.

– Что? В чем дело?..

– Слышал от завуча, что ваш клуб раскрыл дело о заклинании красной нити.

«Ого… Но почему президент школьного совета вдруг заговорил об этом? Неужели собирается нас похвалить?»

Президент школьного совета был невысокого мнения о клубе экзорцизма. Фео посмотрела на него взглядом, полным надежды.

– Не зазнавайтесь. Вы всего лишь развеяли ерундовый слух. Если вы решили, что совершили что-то значительное из-за того, что вас похвалил завуч, то глубоко ошибаетесь. Запомни: клуб экзорцизма – один из самых проблемных, за которыми внимательно следят в школе. Если хотите, чтобы школьный совет вам помогал, лучше особо не хвастаться.

Президент школьного совета бросил на Фео сердитый взгляд и прошел мимо. Она так и осталась стоять на месте, дрожа от гнева, не в силах ничего сказать – так сильно ее ошарашили слова президента. Там ее и обнаружил Тхэгён.

– Фео, куда ты ходила?

– А-а-а-а! Как же бесит этот президент школьного совета! Решил угрожать клубу экзорцизма?! Вот же!

Когда Фео внезапно разразилась гневной тирадой, Тхэгён, не имевший ни малейшего понятия, что произошло, просто растерянно на нее смотрел. Фео созвала клуб экзорцизма, сказав, что так продолжаться не может.

– Что такое истинный экзорцизм?

Вопрос привел ребят в замешательство.

Они никогда не задумывались о чем-то столь философском и фундаментальном. Глядя на их растерянные лица, Фео задала другой вопрос:

– Что оказалось важнее всего в деле с призраком Эджури?

– То, что нам пришлось действовать ночью? – неуверенно проговорил Джонгю.

На это с досадой ответил Минук:

– Призраки появляются ночью, поэтому и изгонять