Татарские народные сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

Богатую свадьбу сыграли. Сорок дней, сорок ночей пировали. И я там был. Народ ел-пил, а я губы облизывал. Кто видел, тот сам знает, а кто не видел – тому молва донесла. Но вот кончилась свадьба и стали молодые вместе жить.

Много ли, мало ли времени прошло, и вот однажды отправился молодой падишах осматривать свои владения. Долго путешествовал он, много мест объехал и очутился у стен незнакомого ему города. Только въехал в ворота, как на голову ему накинули мешок, повалили, связали, бросили в арбу и повезли неведомо куда. А когда привезли и сняли мешок, увидел падишах, что стоит он в огромной комнате. И там кроме него полным-полно людей, и все без одежды, почти голые. Увидев это, ужаснулся падишах: «О Аллах, что за чудеса? В какую беду я попал и что со мной здесь сделают?» – подумал он и от страха потерял дар речи. И пока сидел он, окаменевший от испуга, подошел к нему человек и резко сказал:

– Ну, что ты глаза вытаращил? Здесь тебе одежда не понадобится, – снял с него все и унес.

Только закрылась за ним дверь, падишаха окружили эти голые люди и стали расспрашивать: кто он такой, откуда и как попал в руки этих злодеев. Тут падишах очнулся – к нему вернулся разум и способность говорить.

– Что это за страна, что это за люди и где это мы находимся? – спросил он.

– В таком-то мы городе, – ответили они. – Как и тебя, нас схватили, сюда вот загнали. А что делать с нами будут, и сами не знаем. Каждый день выбирают из нас по сто человек. Из тех, кого увели, еще никто не вернулся обратно…

В то время, пока они так разговаривали, открылась железная дверь и вошли стражники с саблями и кинжалами за поясом. Выбрали они из голого народа несколько человек. Среди них оказался и наш падишах. Ведут их стражники по темному подземному ходу, и на каждом шагу попадаются им истлевшие кости людей, замученных здесь голодом и непосильной работой. Увидев это, падишах испугался еще больше. Но, преодолев страх, он обратился к одному из слуг с просьбой:

– Отведите меня к вашему хозяину. У меня к нему есть важное дело.

Тот в ответ только усмехнулся:

– Мы и без хозяина знаем, как твой жир порастрясти да семь потов из тебя выжать.

– Напрасно смеешься, – ответил падишах, – я могу принести вам куда больше пользы, чем вы думаете…

Услышав слово «польза», разбойник перестал смеяться.

– Что же ты умеешь делать? – спросил он недоверчиво.

– Я могу ткать дорогие ковры. За них во дворце падишаха дадут вам большие деньги.

Тогда нашего пленника отвели в ту комнату, где находился главный разбойник. Тут падишах и рассказал ему о своем искусстве. Понравилась главарю эта затея. Приказал он слугам одеть пленника, отвести в одну из комнат и велел ему начать там работу. Того одели, отвели куда надо, дали все необходимое. И начал падишах ткать ковер.

Ровно через месяц первый ковер был готов. И получился он таким богатым, нарядным и красивым, что разбойники тут же понесли его продавать во дворец, а ткачу приказали начать новый.

…Пусть пока они в пути, падишах пусть узоры ткет, а мы с вами перенесемся во дворец.

Никому не сказала жена падишаха об исчезновении мужа. Облачившись в его одежды, надев корону, стала она вместо него править страной. По прошествии двух месяцев со дня отъезда падишаха подходят ко дворцу торговцы коврами и предлагают ковер невиданной красоты. Придворные глаз от него отвести не могут, но денег, чтобы купить его, у них не хватает. Весть о чудесном ковре доходит до жены падишаха, и велит она принести ковер к ней. С первого взгляда узнает она работу своего мужа. Потому что в узоре из цветов и трав незаметно для постороннего взгляда выткал он свое имя. Жена падишаха дает цену, запрошенную купцами, и говорит:

– Если будут у вас такие же ковры, несите их мне.

Два года провел падишах в заточении, и за это время через разбойников переслал жене десять ковров, на которых скрытыми знаками сообщил ей о своих злоключениях. Так жена падишаха узнала, где и в чьих руках ее муж.

Когда принесли последний, десятый ковер, жена падишаха приказала взять торговцев под стражу и снарядить тысячное войско. Сказано – сделано. Вот торговцы брошены в темницу и войско к походу готово.

Оседлав белого коня, жена падишаха во главе войска направилась в город, где томился ее муж. Жители того города с большими почестями встретили ее, но никто не знал, зачем она пожаловала к ним, да еще с таким огромным войском. А она не теряя времени направилась к дому, указанному мужем. Это был дом городского правителя. Жена падишаха приказала схватить хозяина и всех его слуг. Дом обыскали, и в темных подвалах нашли горы костей замученных пленников, из сараев извлекли груды награбленной одежды, а в одной из комнат обнаружили обросшего бородой, изнуренного работой падишаха.

Жена падишаха сразу узнала своего мужа и, не подавая виду, приказала посадить его на коня и проводить во дворец.

Тем временем в одном из амбаров обнаружили несметное количество золота и серебра, награбленного правителем и его разбойниками. Все только диву давались, особенно жители города.

– Ну и разбойник, ну и кровопийца, – причитали они, – а мы-то считали его святым человеком.

Жена падишаха распорядилась выстроить в один ряд правителя и его шайку и привести сюда всех узников.

– Пусть каждый из вас, – сказала она, – сам рассчитается со своими мучителями.

Так узники, а потом и жители города расправились с разбойниками. А жена падишаха раздала людям награбленное богатство и вслед за мужем отправилась во дворец. Там она отмыла его в бане, приказала сбрить с него усы и бороду и одела в падишахские одежды.

– Вот, муж мой, – молвила она ему, – то, что ты падишах, не уберегло тебя от беды, а твое умение спасло от верной смерти. Потому и говорят, что с ремеслом не пропадешь, а без ремесла и дня не проживешь.

Падишах оценил мудрость своей жены и поблагодарил ее. С той поры стали они жить счастливо, в мире и согласии.

На том и сказке конец. Сам не видел, но что от людей слышал – слово в слово пересказал.

Правда спасает, а неправда подводит

Рассказывают, что в одном падишахстве были воры, которые всех людей держали в страхе. И так ловко они орудовали, что их никто не