Хроника пикирующего аппаратчика или история одного цеха - Алексей Макаров

В раздевалке аппаратчики Волчок и Полчок. О том, что мы вчетвером должны сделать, сообщает корявая запись Каракульки: «Смене «Г» сделать в ночь три загрузки 5312-Т и реакторах 8/1, 8/2, 8/3 по рецептуре...» Дальше идет перечисление компонентов. Каракулька-технолог. Надежда Борисовна. Женщина пенсионного возраста, с таким выражением лица, как будто она перекатывает за щеками по карамельке и боится их случайно проглотить. В общении дружелюбна, пока дело не коснется вопроса ответственности -тутона способна мгновенно переходить на истеричные нотки, хамить, угрожать, громко кричать достаточно неприятным визгливым голосом, взывая к выполнению рабочими и мастерами своих должностных обязанностей, в которые, по ее мнению, входит практически всё, на что может быть способен человек. На самом деле, конечно же, она просто хочет скинуть с

себя ответственность и прикрыть свою старую задницу технолога, обвинив всех нижестоящих. Чтоб Рашидыч не осерчал. Не усомнился в ее компетентности. А поводы докопаться до нас у нее всегда есть. Сейчас наверно она уже дома нянчится с внуками, поэтому не сможет увидеть, как Полчок вытаскивает из шкафчика пакет с несколькими баллонами пива. В чайной кружке с надписью «С 23-м февраля!», подаренной в прошлом году женщинами цеха, уже оседает пена. Он еще в трусах, не успел переодеться. Довольно сверкая лысиной, 40-летний Полчок прикуривает и, посмеиваясь, обращается к Женьку, которого мы с Айратом прозвали Волчком.

Волчок-Женёк Григорьев. Насмешливый крокодил с наколками из армии. Любит хохотнуть, сверкнув несколькими пустотами от зубов. Уже за тридцать. Живет недалеко от завода и ходит на работу пешком. Нездоровый роман с алкоголем, затянувшийся на долгие заводские годы, медленно, но верно разрушает его брак. В его рассказах присутствует жена с маленькой дочкой в ореоле недовольства его загулами. На фотографии с экрана его заляпанного телефона его жена выглядит весьма прилично, даже слишком для такой обстановки, для такого Волчка. Волчок служил. На флоте. Что составило одно из крупнейших государств на карте его биографии и часто всплывает в его воспоминаниях. Там он видел другие страны, других людей, другие отношения между людьми и другие виды фауны. Видел огромных крабов. Потом он осел здесь.

Волчок рыскает между деревянными шкафами, чьи хозяева уже безмятежно спят перед утренней сменой и пальцем поддевает дверцы - насколько фанера, зажатая замком,

поддастся, раскрыв щель, достаточную, чтобы туда проскользнула рука до изгиба локтя и смогла нашарить чужие ценности. На полке пальцы его могут нащупать в коробочке чайные пакетики «Принцессы Гиты», которую Айрат в предосторожности задвинул подальше к стенке. Пальцы вытянут пару пакетиков, уронив коробку набок. И когда на неё падет дневной свет, то коробочка увидит в отрытой дверце расстроенное лицо Айрата, заметившего вторжение. Пальцы могут выдернуть несколько печенек из пакета Лузги или выковырять пару сигарет из пачки припрятанного на утро «Винстона» Лейли.

Кто-то, как и Волчок, свой шкафчик не закрывает, но это, верней всего, такие же щипачи. Например, Славка Побрас. Напрасно Волчок каждый раз в надежде распахивает его сиротливый шкаф - на полке лишь пара толстых учебников с институтских времен по ПАХТ (Процессы и аппараты химических технологий) - со времен, когда Побрас заканчивал Химико-Технологический и начал подрабатывать мастером в этом цеху.

Волчок рыскает, Полчок полуодобрительно, полуосуждающе комментирует его рейд. Волчок похохатывает. Полчок думает: «Не было бы сегодня меня, он бы залез в мой шкаф». Затем Волчок приносит на стол бутылку.

-Давай, студент, за первую смену, - подтягивают Ленара в свой обряд.

Посидели, параллельно собираясь и одеваясь. Зазвонил рабочий старый телефон на столе с журналами. Полчок пошел брать. Это Рашидыч не спит и из дома беспокоится, приступили ли к загрузкам.

Напялив робы, выходим вереницей из раздевалки. Волчок

щелчком отправляет бычок через приоткрытое окно раздевалки с решеткой в ночной сугроб. Всем хочется как можно скорее закончить загрузки и вернуться к начатому.

Технология неказиста. В реактора заливается поочередно согласно рецептуре: вода, кислота, моноэтаноламин (МЭА), метанол. После добавления к кислоте МЭА, температура подскакивает и надо ждать часок, пока реактор охладится.

Все тут приноровлены и подобно матросам снуют по лестницам вверх-вниз. Вот Волчок схватил тележку и побежал к печке. Печка хранит в себе МЭА...

МЭА-тутошние броды называют его именно так: «мэ-а» -моноэтаноламин. Воняющая аммиаком вязкая маслянистая жидкость. «Моноэтаноламин способен вызвать раздражение слизистых оболочек, токсичен для сердечно-сосудистой системы, почек, желудочно-кишечного тракта», - студенты уже успели вычитать в интернете про это вещество. Хранится он в железных синих бочках, на которых бродами белой краской накарябано: «МЭА».

В камере обогрева - или печке - бочки с МЭА греются. Печка -это кирпичная каморка стремя секциями и соответственно с тремя дверцами. Дверцы закрываются снаружи вращающимися запорными винтами, сверху и снизу. Кое-где осталось по одному запору - обычно нижние открывают, сбивая сапогом. Внутри печи невыразимый дух аммиака и склизь подтаявшего МЭА, пол печки в виде валиков, чтобы бочки можно было перемещать, скатывая. Потолок и стены оббиты теплоизоляцией и покрыты слоем фольги. Всё и вся измазано липким маслянистым. Среди бродов к МЭА относятся с суеверным страхом. Когда-то давно проникла информация, что он вызывает импотенцию. Но так как страх суеверный, то

респиратор при вхождении в печку все равно не надевают. Волчок занырнул в душную камеру, задержав дыхание. Привинтил крышечку бочки, вытянул ее наружу и поддел на тележку. Попёр, сморщившись...

Полчок сдвинул на щитке под реакторами ручку выключателя. Зажужжал насос. Забирая воду из огромной емкости-бочки. Полчок полез наверх и кинул шланг, из которого уже выходили первые плевки воды, в горловину реактора 8/1. Счетчик начал медленно ползти, отщелкивая десятки литров. Захотелось что-то сделать, чем-то помочь этим сосредоточенно снующим парням. Студенту и мне велели поднимать оэдф и нтф. Броды называют их: «О-э-дэ-эф» и «Эн-тэ-эф». Порошкообразные кислоты. Хранятся они в мешках на улице. Два рядом стоящих поддона. Таскаем холодные закоченевшие мешки к подъемнику-я, обняв, а Ленар, кинув на плечо. Выпитое разгоняло, приглушало грохот цеха, мешки один за другим падали на железный лист...

- Ты считаешь? - спросил Ленар, вытирая тыльной стороной перчатки взмокший под шапкой лоб.

Я на какое-то время вдруг завис, почёсывая затылок. Вроде считал, до какого-то момента, потом видимо задумался о чем-то... Он вздыхает.

Начинаем перелопачивать наваленное, отсчитывая снизу. Наверху уже маячит рожа Полчка - Всё??

-Да-а-а 11 - крик тонет в звоне работающего под боком маленького комара-насоса, засасывающего воду.

Полчок нажимает кнопку, и погрузчик