Проделка в Эрмитаже - Александр Давидович Бренер

class="v">Но проклятый бог – молчок.

Словно кто-то в перебранке

Пальцем тычет мне под пуп,

Палачи со всей Лубянки

Волокут живой мой труп.

А кишка моя слепая

Прозревает от толчков

И, весь ужас постигая,

Разрывается без слов.

А слова – «корова», «мама»,

«Мудрость», «бунт», «экстаз», «любовь», —

Как расстрелянные, в яму —

Бух! – и вытекла вся кровь.

Тьма! Каюк! Капут! Расплата!

А за что? Да всё равно.

Но вот тут-то и тогда-то

Мне обкакаться дано.

Кто-то скажет: это – шизо.

Кто-то: нет, иконоклазм.

Спазм меня пронзает снизу,

Сублимируясь в оргазм.

Не слепая, но прямая

Чуть не выпала кишка.

Но теперь я твёрдо знаю:

Не совсем она тонка.

В результате – экскременты.

Их хочу я срифмовать

С жизненным экспериментом

И опять пойти плясать.

Чучело лисёнка в Notting Hill

Жил лисёнок в Лондоне,

Моложавый лис.

Королевский подданный?

Поди-ка разберись.

Утром он залез под мост

И закрыл глаза,

Но заметил, что от звёзд

Спрятаться нельзя.

Звёздочки на тучах,

Звёздочки в траве,

Звёздочки на сучьях,

Звёзды в голове.

Днём он от прохожих

Спрятался за box

И читал на рожах:

“Smells like fucking fox”.

Он в Гайд-парке вечером

Утку с хрустом съел.

Возмущались сеттеры:

Как он это смел?

В ту же ночь, как loser, он

Прямо в Notting Hill

Бак с пахучим мусором

С шумом перерыл.

Быстро и нахрапчато

Прибыл Скотланд-Ярд,

Но лисёнок лапчатый

Был изрядно smart.

Он в витрину кинулся,

Распушил бока,

Чучелом прикинулся,

Задал храпака.

Но проснуться на утро

Не хватило сил.

Так он и остался тут,

Так он и застыл.

Звёздочки сирени,

Звёзды в небесах,

В глубине Вселенной

И в его глазах.

«Я в стихах мечтаю сбиться…»

Я в стихах мечтаю сбиться

На язык, присущий птицам.

Фью-фью-фью и чик-чирик —

Вот заоблачный язык.

Га-га-га и кар-кар-кар —

Вот божественный словарь.

Только стыдно щебетать,

Не умеючи летать.

«Место действия: Париж…»

Место действия: Париж.

У меня в кармане шиш.

Захожу в ночной кабак,

Пью у стойки арманьяк.

Говорю: «Мерси, месьё».

Он мне чек под нос – и всё!

Говорю: «Пардон, гарсон!»

У него стал грубый тон.

Повернулся я к дверям,

Он в плечо меня – бам-бам!

Рассмеялся я в дверях,

Он меня по уху – бах!

Я стою на рю Бальзак,

Потирая свой синяк,

И смакую редкий факт —

Непосредственный контакт.

Сон про салон

Я видел, как Андре Бретон

Вошёл в салон без панталон

И тут же в обморок упал,

Чем учинил двойной скандал.

И сразу же Робер Деснос

Всех дам стал целовать взасос,

А всем мужчинам лить шартрез

В штанов интимнейший разрез.

А добрый Феликс Фенеон

Приставил к жопе телефон

И стал звонить в Консъержери,

Чтоб пукнуть в трубку раза три.

А старый Франсуа Рабле

Разделся прямо на столе

И, в соус окунув свой срам,

Стал предлагать его гостям.

Соскучившись, Артюр Краван

В сортире зарядил наган,

Вернулся в зал, нажал курок —

И полетел говна кусок.

А бесноватый Шарль Бодлер

С окна сорвал кусок портьер,

Чтоб тёмную устроить тем,

Кто очумел уже совсем.

И, хохоча, Артюр Рембо

Перевернул на них трюмо,

И звонкий водопад зеркал

На всех собравшихся упал.

Но бледный граф Лотреамон

Вдруг закричал: «Всё это сон!»

И я очнулся весь в поту

И с кислым привкусом во рту.

The Heart of Darkness

Что такое сердце тьмы?

Это люди, это мы

В пене ежедневности,

В злобе злободневности.

Что такое сердце тьмы?

Это бесы, это мы

С рожками короткими,

С ножами, сковородками.

Что такое сердце тьмы?

Это трупы, это мы

С мненьями текучими,

Со страхами вонючими.

Что такое сердце тьмы?

Это пешки, это мы

С головами смирными

Под ферзями жирными.

Что такое сердце тьмы?

Это нелюдь, это мы

С жестами послушными,

С ужасами скучными.

Как сбежать из сердца тьмы?

Снова сделаться детьми!

Дикими и страстными

С жестами опасными!

Проделка, совершенная мной в Эрмитаже в 1994 году

1

Знаменитый Эрмитаж!

Жил здесь самодержец наш

И его семейка,

Но судьба – злодейка.

Самодержец был убит —

Эрмитаж для всех открыт.

Заплати рублишко

И смотри, парнишка:

Самый главный наш музей —

Всей культуры мавзолей.

2

Вот вхожу я в Эрмитаж,

На второй бегу этаж.

Сколько тут народу

В мокрую погоду…

Попадаю в тронный зал —

Здесь