Проделка в Эрмитаже - Александр Давидович Бренер

сто корон,

А у бокала – ножка.

У всех свой собственный удел,

Своя дорожка к раю.

А я к разбору не успел

И просто так гуляю.

«Стоит на улице поэт…»

Стоит на улице поэт

И в ус себе не дует.

Он – гений, а признанья нет,

Никто не публикует.

Он сочинял вчера всю ночь,

Не записав ни строчки:

Он рифмовать совсем не прочь,

Но глупо ставить точки.

Теперь стоит он на углу,

Прищурясь на витрину.

Вдруг смотрит: камень на полу,

И сразу рифма – «кину».

Схватил он камешек и – чик! —

Швырнул его в витринку,

И вся витрина в тот же миг

Готовится в починку.

Бежит по улице поэт,

В уме мелькают строчки:

«Узнает скоро целый свет,

Как нужно ставить точки».

«У царицы Маммалии…»

У царицы Маммалии

Были в детстве сандалии,

Сто сапожек и шлёпанцев тьма,

Сорок тапочек сотканных,

Туфель больше, чем подданных,

И калоши из кожи сома.

Но вся сущность Маммалии

Заключалась в сандалии

(Да не в двух, а лишь в левой одной).

Там на пяточке скошенной

Была дырка горошиной —

Средоточье владычицы той.

Обожали Маммалию

За тончайшую талию,

За крутой государственный труд,

За улыбки балконные

И за страсти бездонные,

Но всему есть предел и капут.

Пало царство Маммалии,

Позабыты регалии,

Имена, городища, дела,

Сам язык и так далее,

Сгнили даже сандалии —

Только дырка осталась цела.

Пляж в Гранвилле

1

Это был песчаный пляж —

Совершеннейшая блажь:

Хочешь ляг, а хочешь ляжь.

Ни законов, ни препон —

Свет открыт со всех сторон!

2

Тут могучий Океан,

Как щенок или пацан,

Был с утра немножко пьян:

То лизал подошвы ног,

То под зад давал пинок.

3

Солнце – рыжий блудодей —

Било хлеще всех дождей,

Извергаясь на людей:

В лоб, в плечо, в бедро, в лобок,

В рот, в ключицу и в пупок.

4

Здесь песок был не простой,

А червонно-золотой

И с алмазною крупой:

Хорошо на нём лежать!

И зачем его стяжать?

5

Тут лежали голышом

И ходили нагишом

В наслаждении большом

Дети, взрослые, божки,

Звери, крабы, корешки.

6

Здесь никто не знал тоски,

Здесь стояли все соски!

И играли взапуски

В городки и в волейбол

Негр, норвежец и монгол.

7

Не имел здесь ни один

Господин пенициллин

При себе. Лишь апельсин

Или фигу, или лук,

Или с рислингом бурдюк.

8

Твёрдо «нет» сказав беде,

Целовались здесь везде,

Ну а трахались в воде,

Чтоб не знать усладе дна

И чтоб гладила волна.

9

Каждый, лишь придя сюда,

Забывал про города,

Про столбы, про провода,

Про TV, про DVD,

Про PC и про CD.

10

Каждый тут же забывал,

Где он раньше прозябал,

Как он прежде увядал.

Жизнь прошедшая – мираж,

Есть и будет только пляж!

11

Так бежал за веком век,

И беспечный человек

Вдалеке от всех аптек

Стал бесстрашен, как абрек,

И древней, чем древний грек.

12

…………………………….

…………………………….

…………………………….

…………………………….

…………………………….

13

…………………………….

…………………………….

…………………………….

…………………………….

…………………………….

14

А потом пришёл сентябрь,

А потом пришёл октябрь,

А потом пришёл ноябрь,

И все греки, как один,

Стали грызть пенициллин.

«Я полагаю, что уже пора…»

Я полагаю, что уже пора

Нам воскресить древнейшее «ура!».

Для этого, читатель дорогой,

Есть способ столь же старый, сколь простой:

Увидеть вещи так, как они есть.

Вот, например: увидеть шерсть как шерсть.

Ну и, конечно, так же поступать:

Потрогать шерсть, погладить, потрепать.

И вслед за тем весь свой восторг излить!

Или щелчком с себя шерстинку сбить.

Ха-ха, хи-хи, хо-хо, хе-хе, ха-ха!

Сорвём с вельмож убитые меха!

«Это совсем не так, это куда веселее…»

Это совсем не так, это куда веселее:

Просто послал всех к чертям и стоишь,

                                                              сатанея.

Перед тобой вся Африка, Гибралтар

                                                          и Евразия,

А прошлая жизнь – то ли дрянь,

                                                  то ли фантазия.

Ну, что предпримешь теперича, браток?

Что пустишь в ход – умишко, нервишки

                                                           или хуёк?

Мир как-то гадко закрыт, а чтобы его

                                                              открыть

Нужно нынче поболе, чем

                                          магелланова прыть.

Для начала попробуй ключ

                          профессора Агамбена, детка,

И погляди, не откроется ль наша клетка.

А потом – тюк-тюк-тюк-тюк – в туман

С сердечком грохочущим, как барабан.

«Мне жить охота бессловесно…»

Мне жить охота бессловесно —

              Совсем как скот.

Теперь давным-давно известно:

              Так жил народ.

Я на практическую шутку

              Весьма горазд.

А песню или прибаутку

              Мне Бог