Разлом - Франк Тилье

— Хорошо, — сказал врач. — Я сообщу вам свое решение в понедельник вечером. Если вы передумаете, сообщите мне как можно скорее. Сегодня пятница, у нас мало времени.

Кристиан Спик нервно надел плащ. Его адвокат последовал за ним. Перед тем как выйти, отец бросил на Николя убийственный взгляд. Это был не гнев, а настоящая ненависть.

— Вы убили мою дочь, — прошипел он.

— А вы не убьете моего ребенка.

16

Шарко дождался, пока все лягут спать, и сел за стол в гостиной с стопкой ксерокопий, которые Люси принесла из 36-го в течение дня. Ему нужно было спокойствие, чтобы продолжить изучать лабиринт компьютерных данных, который его ждал. В голове еще гудели последние новости об Одре, ребенке, которого Николя хотел увидеть на свет, и отказе родителей поддерживать жизнь дочери с помощью аппаратов. Один из худших сценариев, которые только можно представить. Тот, кому предстояло принять решение, нес на своих плечах огромную ответственность.

Франк вздохнул и как мог сосредоточился на расследовании. Люси удалось поговорить с лечащим врачом Дотти накануне. Насколько ей было известно, ее пациентка никогда не подвергалась хирургическим операциям, которые могли бы объяснить наличие ее бедренной кости в другом теле. Поэтому возникал вопрос, была ли пересадка сделана при жизни. В противном случае это означало, что кость, по всей логике, была пожертвована науке. В таком случае по процедуре «добровольные» трупы должны были быть лишены костей, органов и кожи, а затем переданы в систему трансплантации. Но и здесь возникла проблема: не было свидетельства о смерти Эммы Дотти. Если она умерла, то администрация об этом не знала.

Шарко ненавидел это ощущение, когда он упирался в стену. Непонимание только разжигало его желание копать дальше. С полудня, благодаря этой бумажной волоките, у него появились зацепки для дальнейших действий. Начать он решил с телефонных счетов, предоставленных мобильным оператором Дотти. Запрос был сделан на период с января по сегодняшний день. Тысячи строк, каждая из которых указывала, был ли это SMS, входящий или исходящий звонок, номер абонента, а также дату и продолжительность разговора.

В первую очередь его интересовала последняя связь Эммы. Шарко выделил соответствующую строку. Она относилась к 10 августа 2021 года. На листе он записал номер мобильного телефона, с которого был сделан звонок в тот день. Он заметил, что этот же номер появлялся в последующие недели в качестве звонящего, и разговор длился около десяти секунд: собеседник, вероятно, оставил сообщения на автоответчике.

10 августа 2021 года, то есть примерно три месяца назад. Это совпадало с показаниями Оппенгеймера и соседки. Три месяца... За это время она, вероятно, умерла. Ее шейка бедренной кости была удалена и пересажена в тело другой женщины. Пересадка, по всей видимости, была сделана примерно в сентябре — не позднее, судя по состоянию кости, по заключению судмедэксперта. Это было слишком обширное место, чтобы надеяться определить, где была сделана операция. Ведь таких операций ежедневно проводились сотни по всей Франции.

Франк продолжил расследование, начатое днем ранее. Дотти, судя по всему, не была поклонницей технологий. С начала года было мало телефонных звонков, и в основном короткие. Было ли это в ее привычках, или тема, над которой она работала, настолько поглощала ее, что она пренебрегала всем остальным? Франк был в отчаянии от огромного количества информации, возможных совпадений и гипотез, которые рождались у него в голове. Телефонные записи были отличным инструментом, но в одиночку, без средств и ресурсов, было невозможно разобраться в этом вихре цифр. Однако до тех пор, пока не будет открыто расследование по делу Дотти, Мортье отказывался, даже несмотря на настойчивые просьбы Люси, привлекать специалистов.

Полицейский хотел только одного: вернуться на службу, чтобы взять дело в свои руки. А пока приходилось обходиться старыми методами и здравым смыслом. Он заинтересовался другими документами. Дотти была подписана на интернет-провайдера, но тот еще не передал адреса сайтов, на которые она заходила через IP-адрес, связанный с ее модемом. Ответ мог прийти через несколько дней или даже недель, в зависимости от доброжелательности собеседника.

К счастью, банк отреагировал быстрее. Франк также имел выписки с текущего счета Эммы с января, а также точные данные о всех ее расходах по карте. Он обнаружил банковские операции до сегодняшнего дня, но это были автоматические списания — страховка, налоги... Шарко не затратил много времени, чтобы найти последнюю запись, свидетельствующую о действиях человека: снятие трехсот евро в банкомате в 11-м округе 7 августа. Затем ничего.

Он налил себе стакан воды, прежде чем вернуться в прошлое, строка за строкой. Довольно быстро он заметил, что каждый месяц, начиная с мая, около 5-го числа, она снимала восемьсот евро, всегда в том же банкомате в 11-м округе. Это была необычная сумма по сравнению с остальными ее расходами. Он записал это на листе, а затем продолжил расследование. Соседка сообщила, что Дотти много путешествовала, но он не нашел никаких следов покупки железнодорожных или авиабилетов. Виноват, наверное, Covid. Зато он заметил немало платежей на заправочных станциях. Поскольку следов аренды не было, это означало, что у Эммы была машина. Шарко написал: - Где ее машина? - После этого его заинтересовала одна деталь: с начала апреля до середины июля Эмма Дотти пять раз расплачивалась на заправке Intermarché Super в Оссоне, всегда около 13 часов. Оссон... Город, о котором полицейский никогда не слышал. Он набрал название на планшете. Это была деревня в Кот-д'Ор, между Дижоном и Безансоном. На экране появилась карта. Только сельская местность, первые подножия гор Юра, вокруг ничего.

Шарко почувствовал соль возбуждения на губах: возможно, это была нить, за которую можно было потянуть. Он поискал другие источники расходов в этом уголке Франции, но ничего особенного не нашел. Точно так же он проверил, есть ли связь с телефонными звонками. Ничего. Черт! Было бы слишком хорошо. На первый взгляд, речь шла только о коротких поездках в Кот-д'Ор, поскольку банковские операции в 11-м округе — покупка продуктов, карта метро... — предшествовали или следовали через несколько дней. Он еще два часа рассматривал другие версии, но в конце концов сдался. Глаза резали, он ничего не видел. Взгляд на часы показал, что уже час ночи.

Однако, укрывшись под одеялом, он не мог заснуть. Его мозг бурлил. Его не