Вселенная ужасов Влада Райбера - Влад Райбер

Повзрослев, я наконец перестал винить себя в случившемся. Понял, что всё равно бы мама отказалась от меня и поводом мог стать любой проступок. Она просто не справлялась со своей ролью.

Хоть я это и осознал, глубокая обида никуда не делась. Даже когда мне принесли вести о смерти матери, разум истолковал это как ещё одно предательство. Во мне перемешались скорбь и злость. Как она могла умереть, так ничего и не объяснив?

Мама скончалась из-за преждевременного старения сердца. Оказывается, бывает, что отдельные органы увядают быстрее самого человека.

Но я хотя бы не остался без наследства – спустя много лет можно было съехать от бабушки и вернуться домой.

Я ещё только учился на втором курсе университета, а у меня уже появилась своя квартира.

Разбирая старый шкаф, я вдруг нашел знакомую вещицу. Тот самый диаскоп в виде избушки. Он был склеен из кусочков. Мама так и не выбросила его. Хранила сувенир все эти годы.

Я вертел домик в руках, разглядывал трещины, аккуратно промазанные клеем, и думал: «Какие чувства заставили маму починить эту игрушку? Там ведь мой портрет. Разве она меня любила? Она же от меня избавилась!»

А ещё я вспомнил, почему разбил эту штуку. Мне показалось что-то ужасное. И этот детский страх до сих пор был со мной, поэтому я долго не решался снова заглянуть в линзу. Почему-то казалось, что это обязательно надо сделать. Негоже взрослому человеку бояться куска пластика. Что там внутри? Только плёночный кадр, мой детский портрет.

Я поднёс диаскоп к зрачку, а там оказалось всё то же землистое лицо, подсвеченное снизу! Улыбка во весь рот, глаза чуть ли не выпадали из черепа. Эта физиономия напугала меня в детстве. Она снилась мне в кошмарах!

Я бросил диаскоп на пол и стал топтать ботинком, пока от него не остались мелкие осколки да кусочек цветной плёнки в пластиковой рамке. На снимке был мальчик с глупой стрижкой под горшок. Всего лишь маленький я…

Осколки… да и фотография тоже… полетели в мусор. Сколько боли мне принёс этот домик. А должен был, наоборот, радовать или навевать сладкую грусть по минувшему детству.

Невозможно было объяснить увиденное. Чьё это лицо? Для чего мама хранила что-то настолько страшное? Даже если у неё были ответы – она унесла их с собой в могилу. Мне оставалось лишь попытаться забыть обо всём этом.

Но это было только начало. Первая ночь в теперь уже моей квартире обернулась кошмаром, от которого нельзя проснуться.

Мне снилось что-то невидимое. Это были не картинки, не образы, а чувства. Тягучее напряжение, тревога, ожидание, словно вот-вот произойдёт что-то плохое.

Я ощущал, как сжималось сердце, будто кто-то касался его пальцами, а оно трепетало в испуге.

Во сне я слышал скрип дверцы шкафа и твёрдый стук обуви. Кто-то надвигался из маминой комнаты. Шёл прямо к моей кровати, и… я проснулся!

Ночь. В квартире стояла тишина. Осознав, что это был только сон, потянулся к телефону и посмотрел на время. Двадцать минут четвёртого. Ещё спать да спать.

Откинув телефон, собирался уже уронить голову на подушку и вдруг увидел над собой его. Этот мужчина был высокий и прямой, как столб. Он смотрел на меня сверху и улыбался, открыв рот. Его руки утопали в длинных рукавах чёрного пиджака. Такой же чёрный галстук выделялся на белой рубашке.

Мой крик чуть не разорвал горло. Это лицо! То самое лицо! Не в линзе диаскопа, не во сне, а прямо передо мной наяву.

Я в одно мгновение вскочил с кровати и ударил кулаком по выключателю. Вспыхнул свет – но в комнате оказалось пусто. Куда он мог спрятаться? Исчез?!

Я держался за выключатель, боясь снова оказаться в темноте и увидеть его…

Не знаю, как утром смог заставить себя пойти на пары. Наверное, просто по инерции. Отчего-то мёрзли руки, пальцы не слушались. Я не сделал ни единой записи.

А ещё на меня почему-то поглядывала Вика. Самая холодная и закрытая студентка в нашей группе. Она была красавицей, но, кажется, волновалась из-за своего левого глаза и постоянно прятала его в волосах.

Этот глаз у неё был причудливый – зрачок и радужка закрыты светлым пятном. Я всегда подозревал, что это печать слепоты, но никогда и не думал интересоваться.

Вика ни с кем не разговаривала и не дружила, а только приходила на занятия.

После третьей пары она подошла ко мне и сказала:

– Угостишь меня кофе.

Это был не вопрос, а скорее приказ. Пусть Вика подчас пугала меня своим мрачным видом, но её прелестная внешность мгновенно очаровывала. Поэтому я принял желаемое за действительное и решил, что это такой способ пофлиртовать.

– А с чего это вдруг? – спросил игривым тоном.

Я надеялся увидеть смущённую улыбку, но Вика оставалась холодна.

– Это меньшее, что ты можешь для меня сделать за свою спасённую жизнь.

Её здоровый карий глаз так и сиял, в бледном мутном зрачке тоже что-то подрагивало. Казалось, он был чужим и существовал отдельно от неё.

Мы пришли в парк. Я купил Вике капучино, а себе воды. Сердце и так бешено колотилось в груди. Мы нашли скамейку в безлюдном месте.

– Хочешь спросить про глаз? – Вика откинула прядь с лица.

– Мне как-то неудобно… – признался я.

– Всё в порядке. Эта трагедия случилась уже давно. В детстве я попала в аварию вместе с дедушкой. Он погиб, а у меня пострадал только глаз. Я им вижу! Но не окружающий мир, а то, что вне его.

Мутный глаз Вики двигался, как здоровый.

– На что ты намекаешь? – спросил я, вспомнив о произошедшем ночью.

– Зачем прикидываешься? – Она сощурилась, глядя мне за плечо. – Ты уже догадался! По твоему виду понятно, что ты о нём знаешь. Он ходит у тебя за спиной.

Я оглянулся – позади никого.

– Кто он?

– Злая сущность. Они всегда выглядят несуразно: слишком высокие и тонкие или, наоборот, сплющенные. Их внешность сильно отличается от большинства людей, и они часто носят похоронную одежду. Твой тоже как из гроба. Высокий и улыбается вот так…

Вика широко раскрыла свои и без того огромные глаза, приоткрыла рот и натянуто улыбнулась. Она изображала то лицо!

Больше я не сомневался в её словах:

– Ты его видишь?

– С самого утра. Ты пришёл с ним сегодня. Знаешь, где его подцепил?

И я рассказал Вике всю свою историю, с самого детства. Про диаскоп, который нашёл в шкафу;