С задержкой - Франк Тилье

— Наш убийца неорганизован, — подтвердил Шарко. — И, похоже, у него не все дома. Однако я не понимаю, как Дени Лиенар мог стать случайной жертвой. У него фальшивая личность, он скрывается, не оставляет отпечатков пальцев... Я по-прежнему убежден, что он был лично выбран.

Он подумал несколько секунд и продолжил:

— Знаешь, это напоминает мне историю о женщине, которая села на поезд в Париже, чтобы поехать с дочерью на северное побережье. Это было семь или восемь лет назад.

Ты помнишь?

— В общем-то... Это не в Берк-сюр-Мер?

— Да, точно. В тот день она сняла номер в отеле, оставила своего младенца на пляже во время прилива, спокойно легла спать и на следующий день снова села на поезд, как ни в чем не бывало. В свободном падении, если использовать твои слова. Она будет говорить о колдовстве, рассказывать, что ее рукой руководила магия. Она бредила, была под влиянием голосов, но, несмотря на все это, в ее безумии был определенный замысел. Она заранее забронировала номер в отеле, купила билеты на поезд и прекрасно знала, к чему приведет ее поступок, когда она бросила свою дочь на произвол волн. Именно поэтому она и оказалась за решеткой. Она, безусловно, была сумасшедшей, по крайней мере частично, но ее ответственность не была поставлена под сомнение.

Был ли это тот тип человека, с которым им приходилось иметь дело? Погруженные в свои догадки, Франк и Николя допили кофе и вернулись к технику. Он не терял времени. Как только они устроились, он запустил новое видео.

— Не пришлось долго искать, чтобы найти следы вашего парня. Смотрите... Вот наш трамвай, три остановки дальше, станция Villetaneuse-Université. Четыре человека выбегают из вагона, по всей видимости, испуганные кем-то внутри. И среди этих беглецов есть он.

Он указал на крепкого мужчину в яркой шапке.

— На нем нет обуви, и очевидно, что он не наш убийца.

— Он украл его ботинки, — ответил Шарко. — Не верю...

Франк без труда представил себе ужас, который охватил пассажиров вагона. Возможно, этот тип размахивал окровавленным отверткой и угрожал пассажирам, требуя отдать ему обувь. Кто бы не подчинился в таких обстоятельствах? Кто осмелился бы вмешаться? Полицейский переключился на другое окно. Там было видно, как их цель выскочил из трамвая, как только открылись двери, засунув руки в карманы пальто.

— А вот он, уже в обуви, в Эпине-Вильтенузе. Он единственный, кто вышел из трамвая в этот момент, несомненно, он напугал всех. Однако я не знаю, ему повезло или он специально так поступил, но мы все еще не видим его лица. Он держит голову опущенной, нос уткнувшись в одежду. Короче говоря, из-за этого, его шапки, капюшона и грязных от погоды объективов, его, к сожалению, невозможно опознать.

Он прокрутил отрывок до конца, а затем вывел на экран карту линии.

— После этого мы теряем его след, и у нас есть два варианта. Первый: Эпине-Вильтанез был его настоящей остановкой, потому что он живет в этом районе или припарковал машину поблизости. Второй: это была просто остановка...

Он указал на экран.

— Смотрите, есть пересадка на линию H, которая обслуживает Северный вокзал с одной стороны и Крейль или Люзарш с другой.

Это Transilien, значит, обслуживает SNCF. Я больше ничего не могу для вас сделать. Думаю, вам нужно поехать на станцию Épinay. — Понятно, — вздохнул Шарко. — Но я еще буду нуждаться в вашей помощи.

Возможно, этот человек проехал по тому же маршруту ранее в обратном направлении, чтобы совершить преступление. У нас нет данных, чтобы дать вам точные указания, но, скорее всего, нужно искать в промежутке от одного до четырех часов до его возвращения, если мы хотим рассмотреть все варианты. То есть в воскресенье 15-го, скажем, с 17 до 21 часа. И если ничего не найдете, прошу вас вернуться еще дальше в прошлое. В любом случае, извлеките все, что можно использовать. Офицер из Бастиона заберет файлы, как только они будут готовы. Не нужно говорить, что это срочно?

Агент заверил его, что все сделает, затем встал и протянул им руку.

Затем их проводили до выхода. На улице Шарко ответил на звонок, обменялся несколькими словами с собеседником и, выглядя довольным, повесил трубку. — Похоже, все складывается неплохо. По словам Люси, кровь на ботинках, найденных под кустами, принадлежит жертве.

И самое главное, что на пижаме поддельного Дени Лиенара найдено много чужого ДНК. Техники из лаборатории обнаружили его в слюне, убийца, должно быть, плевался или пускал слюни, когда бил.

— Он числится в базе FNAEG?

— Не стоит слишком надеяться...

Они объехали Лионский вокзал и направились к подземной парковке.

— Я хочу, чтобы ты поехал в Эпине, — внезапно сказал Франк. — Приезжай на вокзал, просмотри записи, а я займусь тем, чтобы передать их в следствие. Если ничего не найдется, обратимся в муниципальную полицию, чтобы проверить городские камеры.

Свяжись также с диспетчерскими службами 17 и 18 в этом районе, посмотри, не было ли там беспорядков в ночь на воскресенье 15-го. Я узнаю в Вильтенаузе. Парень, у которого украли ботинки, может, подал заявление и дал описание того типа. В худшем случае, учитывая беспорядок в вагоне, многие люди наверняка вызвали полицию...

Шарко отступил назад, когда они расстались. Он помахал Николя в знак приветствия.

— Если мы его поймаем, с ДНК, ему конец.

31

Запертая в своем кабинете, с наушниками на ушах и блокнотом под рукой, Элеонора пристально смотрела на экран компьютера. Она внимательно наблюдала за записью своего первого разговора с пациентом, страдающим психозом. Это было через три дня после его поступления в психиатрическое отделение. Несмотря на то, что он был привязан и находился на лечении, он все еще был очень возбужден, и его слова было трудно разобрать. Психиатр включила звук почти на полную громкость, чтобы уловить каждое слово, которое вырывалось из его уст. Когда она начала разговор, он ответил: - Не имею права... Капитан... - Элеонор несколько раз пересмотрела эту запись, пристально вглядываясь в испуганное лицо незнакомца. У нее не осталось ни малейшего сомнения: он действительно произнес «капитан.

Были и другие слова, которые она не поняла, затерянные в беспорядочном потоке речи. Одно слово или выражение он повторил несколько раз. По звучанию оно напоминало «крабе. - Может, он хотел сказать