Глубокий шрам - Арно Штробель

всего Максу хотелось свернуть разговор и откланяться. И как только мне взбрело в голову шпионить за Дженнифер? Что, чёрт возьми, со мной творится?

— Хорошо. Дженнифер Зоммер. Добавим к поиску ещё какое-нибудь имя? Или ограничим временными рамками?

— Нет, достаточно простого запроса.

Через несколько минут на мониторе появился результат. Макс опешил: всего двадцать две фотографии. По сравнению с тем, что дал поиск по Винкель, — до обидного мало.

— Негусто.

Матушка пожал плечами.

— Зоммер не в цене. К тому же я регулярно чищу архив — удаляю всё, что не нравится мне на сто процентов. С Винкель такого себе не позволял — с того самого дня, как она исчезла. Любой кадр рано или поздно может обернуться живыми деньгами.

— Понимаю, — сказал Макс. — Можем пройтись по ним?

Снимки оказались очень похожи на те, что он уже видел с Винкель: группы людей — то больше, то меньше, — бокалы с шампанским, отработанные улыбки в объектив.

На предпоследнем кадре Макс его остановил:

— Минуту.

На снимке Дженнифер стояла рядом с Пассеком и незнакомой женщиной.

— А, понятно, — протянул Матушка. — Значит, и у неё всплывает связь с Харри Пассеком.

Макс промолчал, и фотограф, по всей видимости, принял это за согласие. Пусть.

Макс вгляделся в кадр: сперва изучил выражение лица Пассека, затем Дженнифер, выискивая хоть какой-нибудь намёк на то, что между ними что-то есть. Ничего. Зато ему бросилось в глаза другое.

— Откройте, пожалуйста, тот снимок, где Винкель с ней ссорится. — Он указал на Дженнифер.

— Разумеется. Все фотографии у меня в облаке. Секунду.

Не прошло и минуты, как оба кадра встали на экране рядом. Матушка уловил то же, что и Макс.

— Они с одного вечера. На Зоммер то же платье, те же украшения. И причёска та же.

— Именно это я и хотел увидеть.

Сомнений не оставалось: снимки сделаны на одном и том же приёме. Выходит, именно её разговор с Пассеком и стал причиной ссоры с Винкель?

— Работа у вас, в полиции, поистине захватывающая. И какой же вывод вы делаете из этих двух кадров?

Макс выдавил улыбку.

— Что обе женщины оказались в один вечер на одном и том же мероприятии.

Матушка на мгновение озадаченно посмотрел на него — и тут же улыбнулся в ответ.

— Ладно, я понял. Это меня не касается.

Макс поблагодарил фотографа и в двадцать минут восьмого снова сел за руль.

Увиденное принесло облегчение — пусть и неполное. Всего одна фотография, на которой Пассек и Дженнифер попали в кадр вместе. Это, конечно, ничего не доказывало, но всё же означало, что рядом они стояли не постоянно.

Он потянулся к ключу зажигания — и замер. Двадцать минут восьмого. А от Дженнифер по-прежнему ни слова. Он взял смартфон и набрал сообщение:

«Наконец-то освободился. Как ты? Как день?»

Не выпуская телефона из рук, он уставился на экран. Две серые галочки подтверждали, что сообщение отправлено, но Дженнифер его ещё не прочла. Он подавил соблазн просто позвонить. Меньше всего мне хотелось бы показаться навязчивым.

Прошло пара минут — ничего не изменилось. Макс завёл мотор и тронулся с места.

Так он давно себя не чувствовал. Сплошные качели. Только что был окрылён и счастлив, что встретил эту женщину, — а уже в следующий миг его снова точили сомнения: стоит ли впускать её в свою жизнь?

Минут через десять рядом тренькнул телефон. Макс тут же свернул к обочине и схватил его.

 

«Привет. День прошёл чудесно. С удовольствием увиделась бы сегодня, но у меня приглашение, отменить которое не могу. Напишу позже. Если позволишь. Хорошего тебе вечера».

 

Снова влившись в поток, Макс решил заглянуть к Кирстен. Визит и так был давно просрочен. К тому же с сестрой можно поговорить о Дженнифер.

Кирстен долго не выпускала его из объятий — прижимала к себе с такой силой, что он невольно удивился.

— Я уже решила, ты вовсе перестал ко мне заглядывать.

— Прости. У нас сейчас очень непростое дело.

Она кивнула.

— Да знаю я. Газеты только об этом и пишут. Кошмарная история.

Провести ещё и вечер в разговорах о работе — этого Максу хотелось меньше всего. Он легонько ткнул сестру кулаком в плечо.

— Ты ведь тоже могла бы иногда позвонить.

Она скрестила руки на груди.

— Вот ещё. Не стану я бегать за тобой, когда ты обо мне так преступно забываешь.

Оба рассмеялись. Макс с облегчением отметил, что сегодня сестра в хорошей форме. Он обошёл её кресло и покатил его перед собой к кухне.

— В этой квартире вообще найдётся хоть что-нибудь выпить?

Чуть позже они уже сидели в гостиной. Один бокал вина Макс себе позволил, а дальше собирался перейти на воду.

— Рассказывай. Как ты? Сильно давит это дело?

— Можно и так сказать. Мы пока блуждаем в потёмках. Но сейчас мне не хочется о нём говорить. Есть кое-что другое…

Кирстен склонила голову набок и какое-то время молча смотрела на брата. Потом по её лицу скользнула улыбка.

— Женщина? Ну-ка, признавайся. Дело в женщине.

— Да, так и есть.

— Ха! Наконец-то! Как её зовут? Где познакомились? Сколько ей лет? Чем занимается? Выкладывай всё, немедленно!

Макс с улыбкой поднял руку.

— Тише, тише. Расскажу всё, что хочешь. А потом мне понадобится твой совет.

Кирстен торопливо закивала.

— Чего же ты ждёшь? Начинай.

Макс отпил вина, на мгновение задумался и принялся рассказывать: как познакомился с Дженнифер, как она выглядит, что она актриса. Он не упустил ни одной мелочи, держался одних только фактов и закончил тем, что на сегодня у неё назначена встреча.

Кирстен какое-то время выжидающе смотрела на него, а затем произнесла:

— Всё это звучало примерно как отчёт потребительской экспертизы. Когда начнётся часть про чувства?

— Прямо сейчас. И она непростая.

— Ты что, всерьёз в неё влюбился?

— Да. Похоже на то.

Преуменьшение века, — мысленно добавил Макс.

— А с её стороны?

— Если бы я знал. В том-то и дело.

— Она пригласила тебя к себе и приготовила ужин.

— Да — потому что я ей помог.

— А приглашение на завтрак? А сообщения — днём, вечером?

— И всё же я не уверен, что для неё это серьёзно. Не хочу накручивать себя, чтобы потом остаться у разбитого