Порно для маленьких - Александр Семёнович Слепаков

Точно так же, как реакция горения выделяет тепло, положительное решение по делу выделяет денежные средства. Выделенные денежные средства распределяются по структуре, большинство их уходит наверх, как и тепло при горении. Как в реакции горения источником энергии является соединение горящего вещества с кислородом, так же и в процессе принятия положительного решения источником денежных средств является предмет производства, то есть подозреваемый и потом обвиняемый. Соединение его с органами внутренних дел порождает реакцию, выделяющую положительное решение и денежные средства.

Далее следует удивительное — любое решение по делу является положительным. Всегда могло быть принято решение более строгое в отношении обвиняемого. Или статья могла бы быть переквалифицирована на более тяжелую. Но этого не произошло, следовательно денежные средства и так должны быть выделены.

В деле Бориса есть несколько обстоятельств, обеспечивающих интенсивное горение. Подозреваемый не принадлежит к среде, из которой нормально приходят предметы производства. Он к этой среде исключительно не приспособлен. Очень молод, не имеет опыта общения с контингентом. Ему нечего противопоставить естественной агрессивности среды. Эти факторы многократно усиливают опасность для него.

Семья поэтому испытывает сильный страх за свое беззащитное чадо. Кроме того, сам факт следствия и обвинения чувствительно бьет по семье, для которой репутация является очень важным жизненным обстоятельством. И подозреваемый и его семья чувствуют себя в этой ситуации совершенно иначе, чем шпана, которая поставила на уши ларек, а также семья этой шпаны.

Горят более интенсивно и денежные средства должны при горении выделяться в большем объеме.

Именно в этом ключе адвокат и рассматривает перевод своего клиента в общую камеру. Кстати, нахождение подозреваемого в одиночной камере все это время с момента ареста адвокат относил исключительно к своему влиянию и всю заслугу приписывал себе.

И вчера, проинформированный следователем, он немедленно передал компетентному лицу сумму денег, гарантирующую клиенту неприкосновенность в новых обстоятельствах. Он сделал это на свой страх и риск, не сомневаясь, что семья подследственного вернет деньги и еще будет, конечно, благодарна. Вечером он встретится с отцом подследственного и обо всем его проинформирует.

— Здравствуйте, Борис. Как дела на новом месте?

— Петр Андреевич, вы можете мне гарантировать, что мама не узнает?

— Я просто обязан честно все передать твоим родителям.

— Тогда скажите им, что все отлично, не то ответственность целиком ляжет на вас.

— То есть все далеко не отлично, как я понимаю?

— Вы мой защитник, а не мамин. Я в первую очередь решаю, что надо делать. Я, а не мама и папа. И не вы.

— Это очень плохо. Борис, что вы так говорите. Вам только восемнадцать лет. Вы многого не понимаете. Вы даже не представляете себе, как много вы не понимаете. Вы не сделали того, о чем я вас просил. Помните экспертизу?

— Я не хочу с вами спорить. Но вам ничего не расскажу, пока вы мне не дадите слово, что мама не узнает.

— Ну… Борис, вы меня ставите в неловкое положение.

— Я вас ставлю? Вы сколько заплатили, чтобы меня тут не трогали?

— Откуда вы знаете?

— Вы хоть понимаете, в какое неловкое положение сами попали? Если серьезные люди так держат слово, которое вам дали?

— Но кто вам сказал?

— Михаил Георгиевич… ну… знаю, и все. Неважно, откуда. Давайте договоримся. Я сегодня спасу вашу репутацию. Я обещаю, что деньги вернут и извинятся. А вы должны мне обещать, что мама ничего не узнает.

Борис, к огромному удивлению Михаила Георгиевича, оказался прав. Деньги действительно вернули, но в коэффициенте 0,75 %. Остальное уже ушло туда, откуда получить обратно ничего нельзя.

Борис вернулся в камеру. На столе его ждал ужин. Миска с кашей, кружка с чаем, накрытая кромкой хлеба. Когда он сел за стол, никого, кроме него за столом не было. Только Рыжик, огромный кот, пришел по лавке к ноге Бориса, сел рядом и замурлыкал.

Официальная версия того, что произошло наступившей после этого ночью звучала впоследствии так: возгорание электропроводки, паника среди заключенных, многочисленные травмы в виде глубоких царапин, следствие паники.

Администрация и сама догадалась удалить из камеры заключенного Гущина, но это обстоятельство в рапорт не попало. Гущина перевели в одиночку. При этом заключенного из этой одиночки пришлось перевести в общую камеру.

Этой же ночью заключенный Гущин пытался совершить самоубийство. Сплел веревку из порванной им на полосы простыни. И хотел на этой веревке повеситься. Но в последний момент отказался от этого намерения, а двоих заключенных пришлось госпитализировать с тяжелым психическим расстройством неизвестной этиологии. Они кричали: мы не виноваты, нам менты сказали! В тюремном лазарете оба уснули после уколов. Но утром не проснулись, оказалось, что оба впали в кому, и, когда они проснутся, не знает никто.

Пострадавшими из общей камеры никто особенно не заинтересовался. Дежурный принес ваты и два мотка пластыря. Царапин, скорее, порезов было много, были они иногда довольно глубокие и очень похожие друг на друга. Как будто в результате паники заключенные выстроились в очередь и один за другим царапались очень глубоко об один и тот же предмет. Причем точно не нож. И царапались об него охотнее всего лицом.

Глава 42

Валя, Макс и девушка Люда

Орден состоит из одних мужчин. Его негласный устав не содержит запрета женщинам состоять в ордене. Дело совершенно не в этом, а в том, что в орден вообще никого не принимали. Составляющих его людей, а их около двух сотен, объединяет признак антропологический по своей природе, но не содержащий никаких ограничений, обусловленных полом.

Признак состоит в особенности даже не рождения, а можно так сказать, появления этих людей. С точки зрения планетарной, они не родились, а появились. Жителей планеты объединяет факт рождения, другие жители планеты произвели их на свет. Члены ордена не рождены на планете, а упали с неба.

По расовой принадлежности они почти совершенно идентичны северным европейцам, но это относится только к мужчинам. Женщины же очень сильно отличаются от местных. Это сразу бросается в глаза, такое сильное отличие стало бы причиной пристального внимания, гонений, конфликтов. Поэтому, женщины расы, к которой принадлежали Валя, Макс, Веня, Вадик, не появились здесь. Люди, состоявшие в ордене, сближались с местными женщинами, но никогда не забывали о своем отличии, такие отношения не создавали сильных эмоциональных связей, которые сочлись бы членами ордена за симптом одичания.

Девушка Люда наклоняется к столу, чтобы налить Максу вина в бокал. По случаю лета, тепла, яркого солнца, радости от избытка жизненных сил, по