Порно для маленьких - Александр Семёнович Слепаков

Макс показывает пальцем, что вина в бокале достаточно, вежливо кивает в знак благодарности. Спокойный слегка чопорный Макс. Валя сидит напротив Макса, никаких признаков агрессии не проявляет, хотя фотография юноши, которого слушаются летучие мыши, вывела тогда Валю из себя, и поводы для ревности ему давать опасно. А повод может появиться, поскольку Макс именно за внешней чопорностью прячет большую заинтересованность. Не меньшую, чем у Вали. Девушка Люда кожей чувствует, как по комнате плывет к ней их большая заинтересованность.

Стоит наклониться, чтобы налить Максу вина, и ее очень красивая грудь видна во всех подробностях. Девушка Люда не смотрит на Макса, она смотрит на бокал, в который наливает вино. Но куда смотрит Макс, она знает очень хорошо и не ошибается.

Но что странно. Валя не может не видеть, как Макс рассматривает грудь девушки, когда та наклоняется. Но реагирует на это вполне благосклонно, спокойно, даже с одобрением. Что такое? Но может ему нравится мысль, что девушка Люда сексуальная рабыня и должна подчиняться Максу так же, как ему самому? Тогда все нормально. Девушка Люда потому хороший профессионал, что любит свою работу. Это приятно, когда интересный мужчина берет твою грудь в свои ладони. Ей двадцать лет, она отлично понимает, какое действие производит на них обоих. От этого становится интересно жить на свете.

Кому мы передадим колонизированную планету, если не произведем потомства?

Макс смотрит на грудь девушки Люды, от этого мысли приобретают направление, которое Макса не устраивает. Он хочет, чтобы мысли имели другое направление. Но это не сразу получается.

Грудь — такая интересная часть тела, она не прикреплена твердо, как локоть или пятка. Она свободно провисает, колышется, у нее есть степень свободы, какая-то форма самостоятельности, субъектности. Грудь — это символ, правда, Макс не очень хорошо представляет себе, символ чего? Когда женщина прижимает мужчину к своей груди, его сознанию становится доступно пространство, в котором происходят самые важные в космосе события. В категориях, доступных сознанию человека, это появление существа из ничего. То, из чего сформируется существо, так же несопоставимо с самим этим существом, как пространство, заключающее в себе массу вещества перед большим взрывом, несопоставимо с пространством галактики, которая из этого вещества в результате взрыва возникнет. Женское тело и космос — родственные сущности. Когда женщина прижимает тебя к своей груди, это космос прижимает тебя к своей груди. Именно поэтому мужчины приходят в такое отчаяние, когда их лишают любви.

Усилием воли Макс придает своей мысли практическое направление. Конечно, идеальным потомством были бы человеческие существа, воспроизведенные из нашего генетического материала. Технологически возможно создавать их без смешения с генетическим материалом местных людей. Но даже это еще не решение проблемы, хотя, конечно, очень важно.

Ведь даже местной популяции известно, хотя вообще им известно не так уж много, что человеком не становятся благодаря генам. Например, если человека растили волки хотя бы до двух лет, уже нет никаких шансов научить его ходить на двух ногах. Даже выпрямиться он не сможет, не то что говорить или есть ложкой. И тем более, человек с одной планеты не сможет потом переучиться на человека с другой.

Но ведь мы остались здесь не для того, чтобы раствориться в океане земных рас. Неужели Валя не понимает значения этого обстоятельства? Ведь именно отказ от всяких гуманитарных рамок, на который пришлось решиться при колонизации планеты, имел одно и только одно оправдание — сохранение нашей идентичности. Это наша планета, а не их. Они должны стать нами или нашими рабами. А не мы превратиться в полудиких аборигенов, навсегда похоронить мечту о «прямохождении».

И для этого нужна одна вещь, о которой Валя не думает. А именно школа, в которую его будущие дети пойдут учиться. И это будет никакой не Оксфорд. Ни одна из земных школ. Это очень сложный вопрос, есть несколько фундаментальных системных проблем, без которых решение его невозможно. Язык, история, фундаменты мировоззрения. Моя база, думает Макс, не так уж, кстати, далеко от Оксфорда, и у нас тоже есть большие успехи в создании биороботов. И мы научим их просыпаться. Но Валя их создает для войны, а мы надеемся получить будущих учителей. Мы перемелем этот расовый океан, переформатируем сознание целых цивилизаций. Только бы Валя помнил, зачем он остался на этой планете. Только бы Валя не одичал.

Максу не без труда удается отвлечься от девушки Люды, занять сознание важными мыслями, но на долгое время его не хватает. Девушка Люда стоит перед ним, пристально смотрит в глаза, виновато улыбается. Валя тоже улыбается, но не виновато, а скорее, хитровато. Девушка Люда берет Макса за руку, ведет вставшего с кресла, слегка смущенного, в другую комнату, не делать же этого при Вале. Девушка Люда могла бы и при Вале, но неизвестно, как отнесется к такому обороту сам Макс.

Как она похожа на женщин нашей расы, думает Макс. Может быть, их могли бы заменить такие женщины, как она. Если формировать сознание с раннего детства. Девушка Люда целует его в губы, от этого мысли немного путаются.

И вот последнее замечание рациональное по форме проходит через голову Макса. Как странно, думает Макс, каждый раз, когда я приезжаю в эту страну, все кончается тем, что я напиваюсь, и меня трахают проститутки.

Поздно ночью девушка Люда проснулась от того, что из соседней комнаты доносились голоса мужчин. Голоса были слегка повышенные, как будто мужчины ссорились между собой, но ссорились, не переходя на крик, без оскорблений, сдержано. О чем они говорили, девушка Люда не смогла понять, это был какой-то незнакомый язык. Точно не чеченский, она хорошо знала, как звучит чеченский. И не азербайджанский. Да и не похожи они на чеченцев, а тем более на азербайджанцев.

Может исландский, мечтательно подумала девушка Люда из Ростова-на-Дону. Да мало ли языков на свете, при таком занятии не нужно особенно забивать себе голову. Можно нарваться на неприятности. А зачем? Они оба непротивные мужики, только немного странные. Валя знает, чего хочет. А второй, иностранец, с него чопорность быстро слетела, а куда он денется? Но он не такой, как Валя. Отношения с Валей чисто деловые, хорошие партнерские отношения.

А этот вызывает нежность, в нем как будто зреет какой-то нарыв, кажется, что он сейчас заплачет. Его и жалко, и что-то в нем есть странное, от чего я веду себя