Коллекция темных историй. Поддайся искушению - Мэри Влад

Наверное, потому я так легко ему поверила.

– Вы грешны, пастор Ллойд, – выдыхаю я, перекатывая его церковный сан на языке. Ему идет. – И должны держать себя в руках. Вам не стыдно?

– Считай, малыш, сам Господь велел мне выбить из тебя всю дурь, – горячо шепчет он и с легкостью разворачивает меня лицом к стенке. Давит на затылок, заставляя упереться в деревянную поверхность щекой и заводит мои руки за спину.

Накажи меня так, как умеешь только ты. Правильно. Жарко. Страстно. Ноги предательски дрожат, подкашиваются колени, но я держусь. Позади раздается едва уловимый звон, и я чувствую, как запястья обхватывает холодная тонкая цепь. Вот так ты чтишь обеты? До чего же ты поехавший. Притворяешься праведником, будучи жестоким киллером; оскверняешь святое место, фиксируя мои руки цепочкой от креста. Ты и правда дьявол.

Сумасшедший, яркий и соблазнительный.

Кажется, нижнее белье после этой исповеди можно будет выбросить.

– Помнишь, о чем я тебя просил, малыш? – хрипит Деймон, расстегивая пуговицу и молнию на моих джинсах. Спускает их вниз и с силой шлепает меня по ягодице, да так, что с губ срывается приглушенный крик. – Слушаться. Думать. Не возникать по пустякам. Ты нарушила все мои правила разом. До чего же плохая девочка. И только посмотри, ты рада, что я нагнул тебя прямо в исповедальной кабинке.

Он скользит пальцами по насквозь мокрому белью, задевает набухший клитор и надавливает на него. Дразнит меня, издевается, но не заходит дальше. Наказание есть наказание, так ведь? И словно прочитав мои мысли, Деймон болезненно зажимает клитор пальцами прямо сквозь белье.

– Искупить такой грех будет непросто, – шепчет он мне на ухо, прижимаясь своими бедрами к моим. – Но ты всегда была способной, малышка Бернадетт.

Краем глаза замечаю, как мелькает горящая на одной из стенок кабинки свеча, а спустя мгновение на ее месте красуется лишь витиеватый подсвечник. Нет, даже не думай! Но я уже чувствую капли горячего воска на обнаженной спине и бедрах. Господи. Шумно выдыхаю и сильнее прогибаюсь, выставляя себя напоказ. Чего он там не видел, в конце концов?

Удовольствие граничит с болью, и я не знаю, чего мне хочется больше: чтобы Деймон перестал со мной играть и наконец трахнул или чтобы достал откуда-нибудь нож и оставил на мне пару новых шрамов. Пожалуйста, не останавливайся, подари мне хотя бы пару ожогов. Я до крови прикусываю нижнюю губу, чтобы немного успокоиться, но солоноватый привкус крови лишь раззадоривает. Господи, кто бы знал, как я скучала. Кажется, я и сама не догадывалась.

Но теперь понимаю: мне никогда не сбежать от Деймона. Он такая же неотъемлемая часть меня, как легкие или сердце. Без него я просто умру.

– Пожалуйста, – со стоном выдыхаю я.

– Как мы заговорили. – Несложно представить, как издевательски он ухмыляется в этот момент. Стягивает мои тонкие трусики и прижимается членом к изнывающей от желания киске. – И на что ты готова, чтобы я тебя трахнул, малыш?

Какая же сволочь. Очень жаль, что сейчас у меня нет сил ни болтать, ни сопротивляться. Шире расставляя ноги и сильнее прогибаясь в спине, чувствуя застывший на коже воск, я просто поддаюсь. Моя жизнь принадлежит ему, так ведь? И так будет всегда.

– На все, пастор Ллойд. – От шпильки удержаться сложно, и Деймон реагирует на нее мгновенно: снова опускает ладонь мне на задницу, сильнее ударяя по и без того наверняка красной ягодице. Боль отзывается в теле приятной волной возбуждения.

– Господь прощает тебя, дитя, – произносит он непривычно мягким голосом, но я все равно слышу, как сквозь него прорываются нетерпение пополам с желанием. Он тоже скучал, и ничуть не меньше моего.

И когда он наконец толкается в меня, тянет на себя за обмотанную вокруг запястий цепочку, мир перед глазами меркнет. Господи, не иначе как его член отправил меня прямиком на небеса. Сомкнув веки от удовольствия, я активно подмахиваю Деймону бедрами и с трудом сдерживаю стоны. Церковь была открыта, когда я пришла, кто знает, есть ли там кто-нибудь сейчас.

Но еще пара мгновений, и мне станет совершенно наплевать на других. Свободной рукой Деймон касается моей груди, зажимает пальцами правый сосок, медленно и со вкусом его выкручивая. Больно. Хорошо. Правильно. Воск на коже уже подостыл, но боль от легких ожогов никуда не делась, а мне все мало.

Пожалуйста, Деймон, еще немного.

– Кому ты принадлежишь, малыш? – хрипло и сбивчиво спрашивает он, двигаясь во мне нарочито медленно, и натягивает цепочку еще сильнее. Теперь от боли ноют и запястья, и плечи. Да. Да. Да.

– Господу Богу, – с трудом выдыхаю я между стонами, лишь бы позлить его еще немного.

На этот раз мне на задницу опускается не только ладонь: кожей я чувствую мелкие и жесткие бусины, и они делают шлепок максимально болезненным, но таким приятным. Деймон знает, на какие точки стоит надавить. И чувствует, когда стоит остановиться.

Например, сейчас. Он замирает и сильнее сжимает мне сосок:

– Неправильный ответ. Попробуй еще раз, но не вздумай снова ошибиться.

Член во мне пульсирует от возбуждения, и я не представляю, как Деймон вообще держится. Сама я сорвалась бы уже десять раз, но только и могу, что жалобно поскуливать и смаковать легкий привкус крови на губах. Втягивать запах свечного воска и ладана, смешанный с мускусным ароматом Деймона и чистым запахом секса.

Я точно попаду в ад.

– Тебе, – произношу я хрипло и подаюсь бедрами назад, лишь бы почувствовать хоть что-нибудь. – Тебе, Деймон, черт побери, только прекрати меня мучить.

– Умница, Бернадетт.

Когда он выходит из меня полностью и резко толкается обратно внутрь, проникая на полную длину, мое дыхание окончательно сбивается. Я захлебываюсь короткими и бесстыдными стонами, напрочь позабыв, где мы находимся, и жалею, что не могу посмотреть на Деймона. Наверняка он выглядит потрясающе: длинные рыжие волосы растрепались и кое-где пристали к вспотевшему лбу, зеленые глаза блестят от желания, а скромная черная сутана скомкана и задрана. И все это только для того, чтобы меня проучить.

Чтобы меня трахнуть. И мы оба этого хотели.

Несколько размашистых движений, и меня окончательно накрывает: все тело сотрясает крупная дрожь, перед глазами вспыхивают и гаснут звезды, а низ живота сводит от удовольствия. Если и существует рай, то я только что его познала. Я ведь не врала, когда говорила, что Деймон всегда дарил мне просто сногсшибательные оргазмы. Божественные.

Не знаю, сколько проходит времени, пока он снова и снова двигается во мне – пара минут или целый час, – но мне до жути хочется сползти по стене на