Лаки - Марисса Стэпли

— Но почему? Почему вы мне помогаете?

— Мои видения всегда для меня — призыв что-то сделать. Я буду тебя поддерживать. Убеждусь, что, отказавшись от ребёнка, ты не пожертвовала собственной жизнью. Что ты действительно кем-то станешь.

На мгновение Валери прищурила эти яркие зелёные глаза. Сестра Маргарет Джин подумала, что та может начать сомневаться в её мотивах, но нет. Она просто кивнула и вернулась к завтраку.

— Кем бы тебе больше всего хотелось стать? — наконец спросила Сестра Маргарет Джин у Валери.

— Я всегда хотела быть юристом, — ответила Валери, всё ещё глядя в тарелку. — Может, даже судьёй, или окружным прокурором, или, не знаю. Чем-то значимым.

— Не отпускай эту мечту, — сказала Сестра Маргарет Джин. — Займись квартирой. Будем встречаться здесь первого числа каждого месяца. Договорились?

Валери кивнула.

— Да, — сказала она.

Так всё и началось.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Кто-то светил ярким светом в лицо Лаки. Она с трудом открыла глаза. Голова была такой, будто по ней ударили молотком. Яркий свет, поняла она, был солнцем. Она заснула в одном из шезлонгов на террасе Глории. Посмотрела вниз и увидела, что уронила кошелёк. Всё высыпалось по всей террасе. Она подняла визитку Рейес, пятёрки от кассирши из магазина, несколько своих удостоверений. Потом опустилась на четвереньки, вдруг охваченная паникой, и начала торопливо всё перебирать. Её лотерейный билет. Его не было.

— Глория? — крикнула она, встав. Она проверила внутри лифчика, вывернула карманы, но билета не было.

— Есть кто-нибудь? — Она постучала в дверь Глории, но ответа не последовало. Попробовала ручку; дверь была не заперта. Внутри было тускло и тихо. Пахло персиковым освежителем воздуха. Кровать Глории была неубрана и пуста. В раковине стояла грязная посуда и бокалы из-под вина. На столешнице стояла бутылка ликёра с надписью «100 proof» на этикетке.

Лаки побежала к офисному трейлеру, но он тоже был пуст. Она взяла трубку и попробовала позвонить на мобильный Глории, но сразу сработал автоответчик.

Дрожащей рукой она набрала номер Рейес.

— Алло?

— Это я.

— Эй, я пыталась дозвониться до тебя в лагерь! Я несколько раз говорила с Глорией, но она всегда говорила, что ты занята. Она передавала тебе какие-нибудь мои сообщения?

— Нет. Не передавала.

— Как у вас дела?

— Не очень, — с трудом выговорила Лаки. Комната кружилась, и она думала, что её может стошнить. Она вцепилась в столешницу.

— Слушай, вообще-то я всего в двух часах отсюда. И со мной твой отец. Его выпустили! Скоро всё объясню. Увидимся через немного.

Лай Бетти известил Лаки об их прибытии. Она встала и вышла из офисного трейлера, теперь чуть увереннее держась на ногах после того, как выпила половину содержимого кулера в офисе Глории.

Рейес вышла из внедорожника, а следом выпрыгнула Бетти, радостно поскакав вперёд. Лаки наклонилась поприветствовать её, на мгновение почувствовав облегчение. Но оно длилось недолго.

— Твой отец заснул. Мы уже несколько дней в дороге. Он измотан. Давай дадим ему отдохнуть. Расскажешь мне, как тут дела.

— Тогда заходи. Я сварю кофе.

Бетти оставалась рядом с ней. Внутри Лаки нашла банку Folgers, насыпала кофе в фильтр, включила кофемашину, занимала себя в углу офиса, пытаясь придумать, что сказать Рейес. Когда кофе был готов, она разлила по двум чашкам.

— У нас нет молока или даже сахара. Чёрный подойдёт?

— Конечно.

Они вышли и сели в шаткие садовые кресла, брошенные перед офисом. Бетти свернулась у ног Лаки.

— Так, расскажи, как всё прошло с Глорией.

— Ты сначала расскажи, что случилось с Джоном?

— Всё было так быстро, — сказала Рейес. — Мне позвонили сразу, как только я тебя высадила. Судебное заседание было назначено на следующий день. — Лаки бросила взгляд на внедорожник Рейес, где её отец — нет, не отец, где Джон Армстронг — спал на переднем сиденье, голова склонена набок, рот приоткрыт. Он выглядел как очень старый человек. Как чужой. Кем он для неё теперь и был. — Быстро определили, что он уже отбыл срок за свои настоящие преступления, а положение о «третьем страйке» отменили. Так что вот он.

— Замечательно, — сказала Лаки.

— Ты не звучишь такой уж счастливой. У тебя всё в порядке?

— Я узнала, что он не мой отец, — сказала она.

— Что?

Дверь внедорожника открылась. Бетти залаяла. Джон проснулся и вышел из машины. Он озирался, растерянный. Рейес встала. Тихим голосом сказала Лаки:

— Не знаю, о чём ты говоришь, но лучше пока не говорить ему то, что ты только что сказала мне. Он правда сдаёт, часто путается. Ему нужно к врачу, но он сначала хотел увидеть тебя.

Рейес развернулась и побежала к машине.