Первый свет - Линда Нагата

— Кендрик! Откуда, нахрен, это взялось? В планах боя этого не было.

Я думал, он приказал надеть маски для защиты от вражеской атаки; я и не подозревал, что это мы нарушим международное право.

Джейни протискивается мимо меня плечом. Кендрик говорит:

— Это закрытая информация, лейтенант.

Химическая пушка срабатывает со звуком, похожим на хлопанье попкорна, когда Джейни выпускает веер цилиндров в задымленный коридор.

— Секретность необходима.

Статус Уэйд на моем визоре обновляется: пульс — ноль; функции мозга — прямая линия.

— Вперед! — командует Кендрик.

Я разворачиваюсь и бросаюсь в коридор.

Воздух застилает дым. Я смотрю направо, налево, снова направо. Никто не шевелится. Никто не стреляет. Пол залит кровью, сочащейся из тел в форме «Uther-Fen». Никто не кричит. Никто не стонет. Неужели они все мертвы? Что за дрянной газ был у Джейни в тех цилиндрах?

— Таттл! — гремит Кендрик по общему каналу. — Ты, Февелла и Флинн! Спускайтесь на Уровень 3. — Он расстреливает две камеры-«кнопки» под потолком.

Среди павших я не вижу гражданских, но на обоих концах коридора стальные двери. Я размышляю о том, сколько потребуется взрывчатки, чтобы снести дверь ЦТУ с петель и при этом не обрушить потолок, когда сверху падает большая серая крыса, с хлюпаньем приземляясь в кровь. Я смотрю вверх и вижу аккуратные короба вентиляции и трубы, подвешенные к бетону. Затем подталкиваю крысу носком подножки. На ее узком лбу прилеплена камера-«кнопка». Из затылка торчит гибкая антенна, прижатая к позвоночнику. Загадка того, откуда разведка знала всё, что здесь происходит, решена.

Рэнсом наклоняется посмотреть.

— Твою ж мать, — говорит он голосом, приглушенным маской. — Это что, робокрыса?

Кендрик мельком смотрит на нее, проходя мимо, чтобы осмотреть павших наемников.

— Эта тварь снаряжена в точности как Шелли. Черепная сеть, камера, передатчик. Мы с вами, считай, безнадежно устарели. — Он указывает на тело с простреленным горлом. — Этого! Мун, Рэнсом, оттащите эту тушу в конец коридора.

Они хватают тело за плечи и тащат к двери ЦТУ, оставляя кровавые полосы и кровавые отпечатки ног. Это зрелище не хуже того побоища, что я видел по пути вниз, не хуже изуродованных тел, разбросанных у моих ног, но вид этих кровавых следов пронимает меня, и я замираю, охваченный чувством, что всё это не по-настоящему.

Кто-то толкает меня в руку.

— Лейтенант, — говорит Джейни. — Вы еще с нами? Лучше попейте чего-нибудь, пока не свалились.

Она трусит за Кендриком. Я хватаю трубку с водой, просовываю ее под кислородную маску и всасываю глоток. Таттл, Февелла и Флинн вылетают с лестницы один за другим с оружием в руках, водя головами в поисках цели. Я указываю на ЦТУ.

— Вперед. За сержантом.

Следом выходит Накаока. Она тоже вооружена и готова.

— Я ничего не могла сделать, лейтенант.

— Я знаю.

Делаю еще глоток витаминизированной воды, затем убираю трубку под броню. Голова идет кругом, почти тошнит. Может, маска подтекает. Может, это церебральное истощение. Такое бывает. В клетках мозга заканчиваются ресурсы, накапливаются продукты распада, мысли путаются, и черепная сеть не может это исправить. Только время, а времени у нас нет. Собравшись с мыслями, я машу пальцем Накаоке, и мы бежим в конец коридора.

Девять человек сгрудились у двери ЦТУ. Джейни организует их, расставляя в шеренги, чтобы мы не врезались друг в друга при штурме. Я пробираюсь вперед, чувствуя, как тикают секунды. Кендрик держит ДНК-сканер, привязанный шнуром к стене. Корпус сканера пластиковый: плоский, белый, в форме капли, с микрозондом на узком конце.

— Попробуй под челюстью, — говорит Мун, приподнимая труп, который выбрал Кендрик. — Там могла скопиться кровь.

Кендрик так и делает, затем бросает взгляд на дисплей.

— Дельный совет.

Мун и Рэнсом оттаскивают тело с дороги, а Кендрик поворачивается к клавиатуре.

— Готовь бойцов, Шелли, — говорит он, набирая код.

Мой мозг всё еще тормозит. Секунды две я понятия не имею, что мы должны делать по ту сторону двери.

— Блядь, — шепчу я.

Кендрик поворачивает визор в мою сторону, занеся руку над клавишей ввода.

— Блу Паркер! — рявкаю я. — Взять живым. Коды на флешке у него на шее. Оборудование не уничтожать! Оно нам тоже нужно. Стрелять на поражение по необходимости. Целиться аккуратно!

Кендрик нажимает Enter.

Дверь отпирается с громким щелчком и открывается внутрь. Мун толкает ее на пару дюймов, затем ныряет назад, когда изнутри вылетает пуля. Джейни просовывает из-за угла свою широкоствольную пушку, вставляет дуло в проем и стреляет.

Я смотрю на вентиляцию. Она проходит прямо сквозь бетонную стену. Газ от нашей первой атаки должен был всосаться в комнату. Если внутри кто-то еще не спит, то только потому, что у них есть маски.

И у нас нет времени.

Я вышибаю дверь ногой и бросаюсь вправо, туда, где должен быть стрелок.

Комната большая. Я уже знаю, как она выглядит, по отчету разведки. Задняя половина заставлена ящиками и контейнерами: еда, электроника, оружие. Офисные перегородки отделяют эту часть от передней. С одной стороны — два небольших кабинета со стеклянными стенами. В центре оставшегося пространства — серверная стойка с двумя консолями по бокам, хотя используется только одна; вторая — резервная. Над консолями нависают большие яркие мониторы. Напротив кабинетов — крошечная кухонька с холодильником и микроволновкой, столом, диваном и еще несколькими мониторами, настроенными на «говорящие головы» медиа-идиотов из новостных каналов.

Лампы дневного света заливают пространство чистым белым светом, который отчетливо высвечивает стрелка. Это молодая девушка, блондинка, с натянутым на голову старомодным противогазом. Я узнаю ее по досье. Ее зовут Эллисон, ей четырнадцать лет, и она целится в меня из здоровенного пистолета с убийственной яростью в глазах.

Мы оба нажимаем на спуск одновременно. Ее пуля бьет мне в грудь, как кулак. Меня отбрасывает к стене, а она падает навзничь с красным цветком, расцветающим на горле.

Я не могу дышать.

При этом я абсолютно спокоен — и на этот раз сам по себе. Иконка черепной сети даже не горит. Мой мозг истощен; эмоции тоже.

Я обвожу комнату взглядом, отмечая разбросанные по полу тела. Не так много, как я ожидал. Защитники, должно быть, прячутся в проходах между штабелями припасов. У скольких из них есть противогазы и пушки?

Таттл хватает меня за руку.

— Вы в порядке, лейтенант?

Грудь сводит судорогой, и я с хрипом втягиваю воздух. Пуля — тусклая серебристая монета, расплющенная моей броней.

— Найдите Блу Паркера, — говорю я Таттлу. А затем ору по общему каналу: — Найти Блу Паркера.