С задержкой - Франк Тилье

шапка с аккуратно закатанным краем. Левый глаз частично выпал из орбиты. Кожа на щеке была изрыта, покрыта россыпью уродливых ямок. Переносица была настолько тонкая, что кость едва не проступала. Профиль напоминал орлиный.

Психиатр чуть не закричала, но сдержалась. Она вздохнула и сосредоточилась на вождении.

— Тебя нет. Тебя нет. Ты всего лишь плод моего воображения.

— Ты уверена?

Голос был настолько четким, настолько посторонним, что Элеонора не могла не обернуться.

Парень наблюдал за ней, обнажив непропорционально большой рот. Его зубы, как у заядлого курильщика, были желтыми. Некоторые, обглоданные до десен, чернели. - Ты знаешь, что говорят: нет ничего опаснее уверенности в своей правоте. Что доказывает, что это не ты галлюцинируешь?

Почему ты существуешь, а я нет? Тебе не кажется, что здесь что-то не так?

Девушка попыталась не обращать внимания на этот глубокий, хриплый голос. Сосредоточиться на скорости, дорожных знаках, окружающей обстановке. Мужчина наклонился над ней и нажал на кнопку. Стекло с ее стороны опустилось с электрическим шипением. В салон ворвался сильный поток воздуха. Элеонора едва успела понять, что происходит, как ее мобильный телефон вылетел наружу. В зеркало заднего вида она увидела, как он разлетелся на тысячу кусочков посреди дороги.

— Что ты об этом думаешь? — спросил он, возвращаясь на свое место и пристегивая ремень безопасности. — Видела, на что способно твое видение?

Психиатр почувствовала, как ее рука, ее собственная рука, вернулась на руль. Это она открыла окно и выбросила телефон.

Ее рука двинулась, не пытаясь удержать телефон, потому что ее внимание было приковано к этому нежелательному человеку. Она наблюдала за этим жестом как зрительница. Ей нужно было остановиться где-нибудь, подождать, пока он уйдет, и...

Наоборот. Я здесь, чтобы предупредить тебя. Ты больше не в безопасности...

Он посмотрел в зеркало заднего вида. Подождал, пока их не обогнала машина, пристально посмотрел на водителя и продолжил:

— Послушай меня. Есть вещи, существа, которые хотят тебе зла и следят за тобой.

Его язык шипел между гнилыми зубами, как в гнезде змей.

— Они любой ценой хотят проникнуть в твой дом, они скребут по дереву у твоей двери, особенно ночью, когда ты спишь. Они звонят по телефону и включают сигнализацию. Ты не слышала в последнее время какие-то странные звуки?

Чувствовала чье-то присутствие? Они коварны. Они могут создать у тебя ощущение, что это люди, хотя это не так.

Он наклонился, чтобы появиться в зеркале заднего вида и поймать ее взгляд.

— Может, ты не веришь мне, но ты должна верить этим тварям. Они представляют реальную угрозу. Они селятся в темных местах, таких как подвалы или чердаки, потому что не любят свет. Но если прислушаться, можно услышать их крошечные шаги. Я знаю, что ты их слышала. Скажи, я ошибаюсь?

— Вы Капитан.

— Капитан? Почему бы и нет? Да, это хорошо, Капитан. Я стою у руля... И мы можем обращаться друг к другу на «ты, - знаешь. Но не меняй тему, потому что время не терпит, и послушай меня. Послушай Капитана.

Он схватил свой блокнот и презрительно потряс им.

— Ты должна бросить всю эту ерунду и думать о своей безопасности. Ничто другое не должно иметь значения, или эти твари в конце концов тебя погубят. Я скоро расскажу тебе о них подробнее. Я опишу их в мельчайших деталях. Ты увидишь, насколько они отвратительны, мерзки и хотят тебе зла.

Но пока что тебе нужно избавиться от этого блокнота. Он тебе вредит.

— Не делай этого!

Элеонора схватила его за руку. Он улыбнулся ей так, что у нее по спине пробежал холод. Затем он кивнул на разделительную полосу, которая быстро приближалась.

— На твоем месте я бы внимательнее смотрел на дорогу...

С криком психиатр нажала на тормоз и резко повернула руль. Фара взорвалась, крыло скрежеща ударилось о сталь, и из него посыпались искры, прежде чем машина отклонилась в сторону, снова ударилась о бордюр и наконец остановилась, слегка перекосившись на правую полосу.

Элеоноре потребовалось около десяти секунд, чтобы выйти из оцепенения, в которое ее погрузил удар. На мгновение она увидела себя умирающей. К счастью, подушки безопасности не сработали, стекла не разбились, автомобиль скользнул по ограждению. Капот был почти целым, за исключением той стороны, которая ударилась.

Теперь пассажирское сиденье было пустым. Она обернулась, чтобы убедиться, что мужчина действительно ушел. Она так сильно дышала, что воздух свистел в легких. В этот момент звук клаксона пронзил ей уши и вернул к реальности. Убедившись, что сзади нет машин, она нажала на педаль газа и тронулась, все еще ошеломленная тем, что только что произошло.

69

Шесть сотрудников криминальной полиции припарковались в двух кварталах от адреса Томера Тении. Шарко и Бригар во главе группы поднимались по мощеной дорожке, которая окаймляла поле и шла вдоль каменной стены участка. С земли поднимался тонкий серый туман, но полицейские, охваченные волнением, не чувствовали холода.

Дойдя до закрытых ворот, они наконец увидели здание, расположенное в десяти метрах от них, в окружении заброшенной растительности. Оно было последним на этой улице, стояло в одиночестве и казалось принадлежащим другому веку. Это было что-то вроде старой фермерской постройки, высокой, но не очень широкой, с красной черепичной крышей, обветшалым фасадом и окнами, похожими на большие открытые глаза. Шарко огляделся в поисках машины. Ни одной не было. Это не означало, что дом был пуст. Территория была обширной.

Он вернулся назад и посоветовался с Антуаном Бригаром. Они решили, что лучше всего будет перелезть через ограду чуть дальше, с помощью складной лестницы, которую принес один из лейтенантов. Затем они подойдут сбоку через сад и ворвутся внутрь. Если Тения прятался в этой хижине, нужно было воспользоваться эффектом неожиданности, чтобы он не взял Элен Урдель в заложницы. Надеясь, что она еще жива...

Когда Франк оказался в саду, у него перехватило дыхание, и пульс резко участился. Обычно стресс его стимулировал, но в этот раз все было по-другому. Он снова увидел себя на полу в комнате Шарбонье, пытающимся отдышаться. Он представил себе убийцу, затаившегося где-то поблизости, и пулю, пронзившую его череп. В его голове звучали слова Люси. Он не был непобедим и мог умереть в любой момент.

Кто-то нажал ему на плечо. Бригар бросил на него взгляд, чтобы убедиться, что все в порядке, и, не медля, обогнал его, держа пистолет в руке. Его люди и