Ещё не совсем мертва - Холли Джексон

— А это значит, что тебе пришлось самому оплачивать счета из больницы: все операции, лечение, пребывание в палате. Могу представить, какой это был неприятный сюрприз. Огромные деньги. И, возможно, только тогда ты понял, как сильно Люк Мейсон тебя подставил. Это любого разозлит, Генри. Настолько, что захочется отомстить. Ты всё еще меня не прерываешь.

Генри покачал головой, отказываясь смотреть на нее. — Нет, я не понимаю, о чем ты...

— Полагаю, ты хочешь, чтобы твой брат сгнил в тюрьме, Генри?

Голос Джет стал еще ниже. Каждое слово теперь резало, как бритва.

— А я-то думала, вы с ним лучшие друзья. Это жестоко.

Генри покосился на шкаф справа от себя, затем снова уставился на свои колени, так сильно сжав собственные ладони, что это, должно быть, было больно. Его взгляд метался от Джет к потолку. Грудь тяжело вздымалась, плечи поднимались всё выше — воздуха явно не хватало. Он разом обмяк. Руки расслабились. Он тяжело выдохнул.

— Люк говорил, что это временно, — тихо произнес он. — Мол, пока он улаживает какие-то дела в компании. Генри вытер нос рукавом. — Он сказал, что всё законно. Я и не понимал, что это на самом деле значит... пока не стало слишком поздно.

Сердце Джет подпрыгнуло, возвращаясь в груди на свое законное место.

— Значит, я во всем права?

— Да, — прохрипел Генри. — Это случилось в том доме, на Норт-стрит. Люк сам отвез меня в больницу сразу после этого.

— Почему ты никому не рассказал, Генри?

— Потому что Люк этого не хотел. — Он снова бросил быстрый взгляд на шкаф. — Он обещал платить мне. Сказал, что покроет все расходы на лечение, если я буду молчать. Он каждый месяц переводил мне деньги, чтобы я мог выплачивать долг больнице, но этого мало. Всегда было мало. Я говорил ему, что мне нужно больше. Намного больше.

Джет сглотнула, чувствуя, как пересохло в горле.

— Джей-Джей знал об этом?

— Нет. Нет. — Генри сделал тяжелое ударение на втором «нет». — Люк не шутил, когда запретил мне проболтаться. Джей-Джей до сих пор верит в историю про падение со стены «по пьяни». Но он знает, что мне нужно отдавать деньги больнице. Он помогал мне расплачиваться. Не знаю, что бы я делал без него. Он брал новых клиентов, работал в спортзале сверхурочно — вкалывал всё чертово время. Ради меня. Взгляд Генри снова опустился на колени, на пустые ладони. — Он занимал деньги до тех пор, пока ему не перестали давать в долг, потому что мы не могли их возвращать. Всё уходило больнице, и этого всё равно не хватало.

— Джет. — Голос Билли, сидевшего рядом, завибрировал сквозь спинку дивана. Он повернулся к ней. — Тот кредит, который Джей-Джей взял на твое имя. Вот ради чего он это сделал.

— Что? — Генри шмыгнул носом.

— Ты не знал об этом? — спросила Джет. — Это часть улик, которые полиция собрала против него. Он взял тридцать тысяч на мое имя. И просрочил первый же ежемесячный платеж. Полиция считает, что это мотив для моего убийства.

Глаза Генри расширились.

— Я не знал, — едва слышно прошептал он. — Прости, Джет. Джей-Джей никогда бы... он никогда бы не пошел на такое, если бы не я... Мы просто в отчаянии. После второй операции на глазу стало только хуже. И она не помогла. Нам нужно найти еще одиннадцать тысяч, иначе я ослепну, но нам неоткуда... у нас больше нет вариантов. Слова так и сыпались из него, опережая мечущийся взгляд. — Мы и так в долгах по уши. Не можем платить за аренду. Нас скоро вышвырнут на улицу. А теперь Джей-Джея арестовали, и я ничем не могу ему помочь. Он всю жизнь заботился о нас обоих, а я... у меня нет денег даже на залог, если до этого дойдет. И на адвоката тоже. Всё пошло прахом. Это я во всем виноват.

Он уронил голову на руки, с силой надавив пальцами на глаза.

— Ведь это не так, верно? — осторожно произнесла Джет. Она ступала по тонкому льду. Генри загнал себя на самый край, а ведь у него была пушка. И он знал, где она лежит, в отличие от них. — Это вина Люка. Это он довел тебя до такого состояния, поставил в это положение. Ты получил травму на его объекте. А теперь он платит тебе за молчание.

Генри приподнял голову на пару дюймов. Джет продолжала, не сбавляя темпа:

— Это вина Люка, Генри, не твоя. Это его рук дело.

Генри выпрямился. Он посмотрел ей прямо в глаза, хотя ни один из них уже не видел толком.

— Ты ненавидишь его, Генри? — спросила она. — За то, что он сделал это с тобой? За то, что загнал тебя в такое положение?

Он не ответил.

— Ты хотел что-то предпринять? Наказать его?

Генри шмыгнул носом. — Нет, нет, дело не в этом. Мне просто были нужны деньги. Я не хочу ослепнуть, Джет. Мне страшно. Мне просто были нужны деньги. Вот почему.

В животе у Джет всё скрутило. К горлу подступила желчь. Неужели это признание? Неужели она... справилась? Действительно раскрыла собственное убийство?

— Ты думал, что нападение на меня заставит Люка раскошелиться? — Она подалась вперед. — Ты хотел, чтобы всё зашло так далеко? Ты хотел моей смерти?

— Погоди. — Лицо Генри потемнело. — О чем ты вообще? Это был не я, Джет. Я не трогал тебя, я бы никогда...

— Где ты был на Хэллоуин в 22:46?

Она резко поднялась. Генри тоже встал. Следом поднялся Билли, выпрямившись во весь рост и развернув плечи.