Малум - Юлия Макс

– В архивах ордена хранится вся информация, – расстроенным голосом ответил Петр.

– Ты ведь оставил себе копию того дела, – не вопросительно, а уверенно уточнил он.

Отец промолчал, но Якуб слышал в трубке взволнованное дыхание. Якуб ощутил, что на глаза навернулись слезы, и поспешил их вытереть.

– Пап, я свыкнусь с этим, просто не сейчас. Я все равно тебя люблю, слышишь? Пришли мне, пожалуйста, документы на мейл или хотя бы фото.

– Сделаю, – дрогнувшим голосом заверил отец. – Когда вернешься в Прагу, позвони, хорошо?

Не дождавшись ответа, Петр завершил звонок, оставив Якуба осмысливать то, что он только что услышал. Он – потомок касты языческих жрецов. И дела его новой работы все касаются языческих энсиа. О чем это говорит? Всего лишь о том, что ни Эву, ни Якуба не пригласили в дом Фауста случайным образом. Остался главный вопрос: почему именно они? Знал ли Баал все то, о чем сказал ему сейчас отец? И если да, то сколько еще он будет водить их за нос?

Пытаясь успокоить злость, сидя на скамье одного из дворов Ждяр-над-Сазавоу, он смотрел, как мимо ездят машины, спешат по своим делам обычные люди, не зная и даже не подозревая, что мир совсем не такой, каким они его считают.

Якуб понял, что не хотел бы существовать в этом блаженном неведении. Служба в полиции научила его не бояться трудностей, а быть готовым к встрече с ними.

Он ненадолго разблокировал телефон, нашел нужный адрес на карте города и направился туда, еще не зная, что встреча с семьей жертвы ровным счетом ничего не даст.

* * *

– Если тебя это успокоит, то и мы ничего не выяснили, – пыталась ободрить его Эва, когда они все встретились в местной пиццерии. – Жертвы работали недалеко от кладбища и возвращались домой пешком с наступлением сумерек. Ничего необычного, никаких незнакомцев в маленьком городе, кроме нас, конечно, они не замечали.

– Это упыри, – повторил Баал и отпил эспрессо из миниатюрной чашки. – Я вообще не пойму, зачем мы столько ходили по этим людям.

– Так эти люди, то бишь мы, расследуют дела, – съязвила Эва.

– Видно, поэтому вы не особо и преуспели, – насмешливо отбил Баал и откинулся на спинку сиденья. – Лучше бы над этим работал кто-то из ордена.

Якубу пришел мейл с делом язычников, которое он как раз просматривал, но, услышав тон демона, непроизвольно сжал кулаки.

– Значит, говоришь, ты не знаешь ничего обо мне?

Баал издевательски вздернул левую бровь, не ответив, чем еще больше разозлил Ягра.

– Ты знаешь, кем были мои биологические родители? Отвечай!

Эва поморщилась и накрыла его руку своей.

– Якуб, говори тише. Не нужно привлекать внимание.

– Нет, не знаю, – спокойно ответил Баал и внимательно посмотрел Якубу в глаза. – Но не отрицаю, что знает Фауст. Я не спросил, когда у меня была такая возможность, только лишь потому, что мне было плевать.

– А сейчас, значит, ты нами проникся? – Ягр и не пытался скрыть ехидства в голосе. – Как мило.

Баал резко подался вперед, положил свою ладонь на свободную руку Якуба и вогнал в нее когти. Ягр сцепил зубы, но не проронил ни звука. Глаза Баала затопила чернота, а голос, даже тихий, вызывал ужас:

– Не забывай, что демоны не люди. Я не уверен даже, что для вас хуже: то, что вы с Эвой мне были безразличны, – он убрал свою ладонь, и на сжатой в кулак руке Якуба в местах порезов выступили капли крови, – или то, что я взялся вас опекать.

Ягр перевел взгляд на Эву, которая потрясенно глядела на его кулак, а затем посмотрел на улицу. Пасмурная погода и ранние сумерки предвещали скорый закат.

Эва тем временем раскрыла свою сумочку и, порывшись там, выудила, словно фокусник, пачку лейкопластырей. Одарив Баала нечитаемым взглядом, она быстро обклеила сжатую руку Якуба и едва закончила, как им принесли заказ. Только вот пиццу «капричиоза» никто из них уже не хотел.

– Ешьте, я подожду снаружи, – понимающе ухмыльнулся Баал и допил свой кофе.

Когда демон вышел, они молча разделили одну большую пиццу на двоих, но Эва, видимо, не собиралась давать Ягру возможности спокойно насытиться ранним ужином.

– Ты звонил отцу, да?

– Да.

– Расскажешь?

Якуб разблокировал телефон, на котором уже виднелось уведомление о входящем сообщении на электронную почту от отца, и пододвинул его Эве. Так они и ели: она жевала пиццу и читала, а Якуб, откусывая кусок за куском, наблюдал в окно, как Баал на улице рассматривает прохожих.

– Мне очень жаль, – сказала Эва и вернула ему телефон. – А почему Петр тебя усыновил в двенадцать, а не раньше?

– Сказал, что они с мамой много лет пытались завести детей, и только когда прекратили попытки, поняли, что готовы на усыновление. – Якуб встал и направился к стойке, чтобы оплатить счет.

– Несмотря на все это, твой отец тебя любит. Я это видела, Якуб, – шепнула ему Эва, когда они покидали пиццерию.

– Я знаю.

На улице все дружно сделали вид, что забыли сцену с когтями. Небо быстро темнело, и даже просвет между тучами выглядел кроваво из-за заплывшего за горизонт солнечного диска.

– У меня с собой пистолет. – Якуб похлопал себя по кобуре.

– У меня только крестик. – Эва подцепила цепочку на шее и показала им. – А кладбищенские боятся всего того же, что и обычные упыри?

Баал скривился.

– Нужны колья, молоток, чтобы их вбить в грудь, и святая вода, – сказал Якуб, вспомнив прочитанное.

– Я за кольями и молотком, – тут же отозвался демон. – Видел строительный супермаркет за углом, а вы наберите святой воды в костеле. Уверен, в чашах она найдется. Встретимся у ограды.

И Баал ушел.

– Когда это он стал главным боссом? – сквозь зубы спросила Эва.

– Наверное, когда вогнал когти в мою руку, – отозвался Якуб. – Пойдем.

В костеле не было ни души, поэтому Якуб нагло слил всю воду из чаш в пол-литровую пластиковую бутылку.

– Мне кажется, этого слишком мало, – с сомнением заметила Эва, выходя на улицу.

– У нас будут колья и Баал, который умеет создавать огонь.

Якуб кивнул в сторону ограды, где их ждал демон с огромным бумажным пакетом в руке.

– Сомневаюсь, что он воспользуется им, ведь тогда нас заметят люди, а этого нельзя допустить, – шепнула Эва.

– Ну что, идем? – Якубу не терпелось попасть за ограду и наконец узнать, кем же стала Мила, сестра Зузаны.

– Подождите! – Последняя как раз пересекла дорогу