Октаверум. Сборник хоррор рассказов - Настя Полос

лихорадочно обежал непроглядное пространство вокруг. Ничего знакомого. Ничего светлого. Все та же темнота. Словно вспомнив, зачем она здесь, она продолжила: – Я, видно, чересчур поверила в свои силы.

Девушка закрыла глаза и напряженно попыталась ощутить свое тело, кожу, мышцы, дыхание.

Звенящая пустота.

Ничего.

Где успокаивающий звук дождя, мелодичный перезвон тибетских чаш и куда исчез пьянящий аромат свечей? Когда она перестала их слышать?

Астри попыталась сосредоточиться на своем теле вновь. Но лишь тишина давила на ее уши. Она чувствовала, как сознание и реальность все дальше и дальше уплывали от нее. Все растворялось, не успев появиться.

Медленно, боясь увидеть то, что уже видела, Астри приподняла веки. Ее глаза, полуприкрытые ресницами, жадно впитывали окружающую картину.

Все осталось неизменным – неподвижность, всепоглощающая глушь, гнетущие безмолвие и Тень.

Холодный пот выступил на лбу.

Осознание накрыло с головой. Реальность исказилась. Пространство давило со всех сторон, тисками сжимая все существо, как в клетке. Тело сковало невидимыми оковами.

Фигура приближалась, наслаждаясь накатывающим ужасом в глазах Астри. Она копировала каждое движение девушки, однако больше не походила на ее отражение.

– Я не твоя Тень, – прошептало одними порванными кровавыми губами существо.

Очертания задрожали и исказились. Силуэт окутал жидкий мрак.

Некогда прекрасное лицо вновь расплавило свои идеальные черты. Перекошенный подбородок, нос-щепка, впавшие щеки и трупный цвет кожи.

Руки удлинились и стали доставать до колен, пальцы были похожи больше на костлявые отростки с огромными острыми когтями. Фигура стала напоминать обтянутый полупрозрачной кожей скелет – еще чуть-чуть и появились бы кровавые надрывы.

– Не бойся.

Глаза Тени наполнились тьмой. Чернота из зрачков стала окрашивать белок. Как завороженная, Астри продолжала вглядываться во что-то похожее на лицо существа. Вместо глаз расположились дыры и потекли к щекам.

– Я принимаю тебя. – безнадежно шепотом произнесла Астри.

Слова снова соскочили с ее губ. Страх охватил все ее нутро и сковал леденящим ужасом.

Захотелось закричать, но из горла не вырвалось ни звука.

Паника захлестывала разум, застилая темной пеленой.

– Я тебя прекрасно слышу, – сладко произнесла Тень, протянув неестественно продолговатый палец с длинным когтем к лицу девушки. – Астри.

Имя вырвалось с кровавых уст за секунду, оставив в воздухе металлический привкус.

– Мортемос, – вновь заговорила Тень, приблизив свой лоб к лицу девушки.

– Что?

Шаг назад.

Существо потянулось с характерным щелчком в спине. Казалось, что оно активировало свои резервы роста в позвоночнике и мгновенно вытянулось еще на десяток сантиметров. Кожа с противным треском натянулась, а выпирающие кости прорвали ее в нескольких местах, обнажив кости.

Мортемос стоял близко с растянутой жуткой кровавой ухмылкой. Он хранил молчание, не говорил – этого не требовалось. Голос рикошетил по стенкам сознания и без движения его губ.

Рука мертвенно-белого цвета с прорванными костяшками на кисти потянулась к лицу, как если бы существо захотело смущенно засмеяться.

– Как иронично, что в этот умный век люди настолько тупы.

Астри схватила мел и, не теряя ни секунды, принялась старательно вырисовывать мелом белый круг вокруг себя, проклиная себя же за незнание молитв. Пальцы дрожали и соскакивали с куска мела, ногти царапались о темноту.

В мыслях обрывались неполноценные обращения:

«Во имя отца, сына, духа… Черт!»

Паника подступала к горлу и становилась почти физически осязаемой.

«Боже, спаси, сохрани и обереги мою душу смертную».

Брови Мортемоса почти сошлись на переносице, еще больше исказив нечто отдаленно похожее на лицо.

– Ты правда думаешь, что это может как-то помочь? – голос вновь прозвучал в голове, царапая сознание.

– Это защита! – истошно вскрикнула та. – Ты не пройдешь!

Существо неторопливо огляделось вокруг себя, с исследовательским интересом наклоняя голову из стороны в сторону, рассматривая пустоту и темень. Черные глазницы впивались в каждый угол безмолвной мглы. Что за нелепая иллюзия давала надежду этой девчонке?

– Забавно, что ты все еще думаешь, что находишься в своей голове и все контролируешь, – прошептал губами Мортемос, а после – исказил их в подобии человеческой улыбки. – Самонадеянно.

Астри продолжала на грани истерии растирать мел о темный пол, продолжая молиться.

– Ты уже дала мне свое разрешение.

Каждое слово существо произносило с явным удовлетворением и, выставив костлявую руку с растопыренными всеми пальцами, добавило:

– Даже несколько раз. Ты бы знала, каково это – чувствовать приглашение.

Мортемос передернул плечами, погрузившись в сладостные воспоминания недавних прошедших минут.

– Приятные мурашки, волна блаженной теплоты и неописуемое предвкушение чего-то жи-во-го. Полный доступ к тебе.

Сердце отбивало бешеный рваный ритм. Дышать по-прежнему не получалось. Попытки сделать вдох заканчивались хватанием ртом пустого воздуха. Темнота липкой смолой обволакивала горло.

«Нужно задышать!» – поняла девушка. – «Чтобы проснуться – нужно задышать!»

Длинный костлявый палец существа скользнул по оголенному предплечью Астри. Кожу мгновенно пронзила адская боль. Крик так и застрял в горле комом от нарастающего отчаяния.

На лице Мортемоса показалась довольная демоническая улыбка. Казалось, что девушка бьется в настоящей болевой агонии, доставляя самое сладостное удовольствие ее палачу.

Существо отступило. Девушка в этот же миг опустила взгляд на свою руку. Черная паутина оплетала ее кожу, проникая все глубже и глубже, словно живая, но гниющая татуировка.

– Что ты…

– Спасибо за столь любезное приглашение. Дружеский совет: не сопротивляйся.

Тень вновь потянулась к ней, но Астри, собрав остатки сил, рванула с места.

Каждый шаг давался с невероятным трудом. Невидимыми цепями ее тянуло назад. Отчаяние обращалось в решимость и силу.

Бег давался тяжело.

Но она бежала.

На полу возникали круги при каждом движении. Казалось, что под ногами была бездна в виде зыбучего черного песка или затягивающих вод. Что-то невидимое и неосязаемое постоянно тормозило ход. Само пространство противилось ее свободе.

Тени вокруг сгущались, но Астри бежала. Бежала. Бежала. Бежала, не останавливаясь. Любая заминка – роковая ошибка.

«Это не может быть правдой. Я в своей голове. Я в своей голове!»

Отсутствие необходимости дышать играло на руку – дыхание не спирало от активности. Сколько Астри бежала – она не знала.

«Вот бы тут было чуточку светлее…» – подумала она, и мысль тут же ударилась о клетку разума. Глаза слезились от напряжения. Попытка сбежать казалась бессмысленной. В голове пронеслась отчаянная мольба. – «Может, тут есть где-то дверь?»

Сердце билось гулко. За спиной то и дело слышался зловещий шорох длинных платьев Тени. Она не спешила. Это ее дом. Ее царство. Куда бы Астри ни попыталась сбежать – Тень уже знала, где она.

Девушка ощущала ее присутствие отовсюду. Казалось, что ее демонические черные дыры вместо глаз вот-вот предстанут прямо перед лицом. Каждая клеточка противилась этому, вызывая рвотные позывы от одной только мысли.

«Откуда свет?» – проскользнула паническая мысль в голове. – «Вокруг темень, но я вижу, точно вижу темноту, как если бы где-то вдалеке пробивалась луна…»

Тень продолжала неторопливо плыть за беглянкой. Играючи. Растягивая удовольствие. Она плелась где-то позади, растворяя свой облик в темноте, позволяя Астри следовать по еле различимым контурам пространства. В бездну. В пустоту.

Шорох. Шорох. Шорох.

Россыпь мурашек заставила девушку поежиться от внезапного озноба. Пронизывающий холод проник в самую глубину, сковав мышцы, заставляя зубы стучать.

В оцепеневшем сознании всплывал вопрос:

«Откуда мороз?»

Из редких просветов, прорастая сквозь проклятые невидимые стены мрака, возникли длинные пальцы трупного цвета. Астри не успела увернуться, как ледяная рука сомкнулась на ее предплечье. Острая боль пронзила кожу, словно концентрированная кислота, прожигающая до самых костей.

Не в силах стерпеть, она завопила, уставившись на свою руку. Ничего прожженного она не увидела. Только мгновенно появившийся темный синяк, повторяющий очертания оставленной ладони с неестественно длинными пальцами.

Глаза в отчаянии тщетно пытались разглядеть хоть что-то под непроглядной завесой ночи, метаясь из стороны в сторону.

«Господи, пожалуйста, пусть тут где-то будет дверь!» – билось моление в голове, отдавая дробью в висках.

Перед ней начала проступать