Октаверум. Сборник хоррор рассказов - Настя Полос

плотнее затянуло свинцовыми тучами, затемнив его на несколько тонов. Земля содрогнулась. Молния рассекла небосвод, на секунды осветив ярким светом всю улицу за окном.

Внезапная резкая боль пронзила виски, будто их проткнули острыми спицами. Колени подогнулись, и Астри рухнула на пол. Мышцы свело судорогой, пальцы скрючились, рот перекосило, а спина выгнулась дугой, ударяясь о жесткие доски. Такая теплая и уютная комната закружилась перед глазами и превратилась в одно смешанное пятно. Все звуки исказились, как на старой пластинке. Из горла вырвался стон, переходящий в вой. Каждая клеточка вопила, в ушах стоял звон.

Постепенно судороги ослабели, оставляя после себя истощение. Ее покрывала испарина, а в голове поселилась тупая боль. Несколько долгих минут она лежала неподвижно, пытаясь собрать себя по кусочкам, и не заметила, как уснула прямо на полу.

Астри открыла глаза.

В полумраке комнаты, освещенной лишь догорающими свечами, бесшумно притаился кот. Его пушистая шерсть угольного цвета растворялась в темноте. Если бы не его яркие глаза-фары, то он мог показаться невидимым.

Морти вжался в самый дальний угол. Не дрожал, не мяукал, но шерсть встала дыбом. Спина округлилась. Уши плотно прижались к голове. Когти впились в пол.

Астри осторожно переступила порог ванной, боясь оступиться. Яркий свет, ударивший в глаза, заставил зажмуриться.

Медленно протянув руку перед собой, девушка увидела на коже темные синяки, а на левом предплечье красовался отпечаток от удлиненной нечеловеческой ладони, словно по коже прошлись обожженным железом.

Астри подошла к зеркалу в ванной. Сердце заколотилось от почти осязаемого предвкушения.

Отражение зарябило и исказилось, как водная гладь, нарушенная броском камня. Человеческий облик тут же стал растекаться в зеркальной поверхности. Глазницы превратились в безжизненную пустошь и впали, лишившись даже намека на жизнь, а губы расплылись в неестественной улыбке, обливающейся кровью.

Девушка с нескрываемым удовольствием шевелила губами, пробуя на вкус свой голос и издаваемые ею же слова:

– Вот ты какая, – довольно прошептала она и добавила: – Сладкая человеческая плоть.

И начнется пир. Кровожадный и жестокий, где главным блюдом становится человеческая душа.

Врата в иные измерения намного тоньше, чем вы думаете. Беспечность, праздное любопытство и легкомыслие – главные враги в таких путешествиях и легко могут претендовать на главную и последнюю роковую ошибку в вашей жизни.

Будьте осторожны, погружаясь в очередную медитацию и во снах.

Древние существа с давних времен питаются человеческими душами, проникая в тела через самую тонкую прослойку нашего разума – подсознание. Мортемос – один из них. Он напитывается новой душой, наслаждается благами человеческого тела, теплом и энергией до последней капли, истощает его до смерти и возвращается в свое логово – царство небытия.

Мортемос жив. Мортемос ждет вашей ошибки. Знакомство с ним может стоить вам не только жизни – души.

Проклятый холст

Катарина Арс

«Даже самые прекрасные мазки в палитре могут стать твоим последним кошмаром…»

Родовое поместье моих бабушки и дедушки никогда не вызывало во мне восторга. Оно было унылым, устрашающим, заставляющим прислушиваться к каждому шороху. Вечерами в полной темноте пугали всплывающие тени, противный скрежет дверных петель вынуждал вздрагивать, а скрип старых потертых половиц на чердаке и вовсе вгонял в ужас. Но это не страшило так, как то, что в других комнатах, где находились дедушка и бабушка, всегда было спокойно и для них все это выглядело как мои детские сказки. Сколько раз я просила бабушку не уходить, когда посреди ночи со стула падал пиджак, сколько раз я просила дедушку не оставлять меня одну в страшном старом зале, когда в очередной раз с полок попадали все куклы, но мне никто не верил. Проще простого не верить правде, списав все на детское воображение.

Но всему настает конец.

Время шло, я взрослела. Став подростком, поступила в университет и съехала от бабушки с дедушкой. Но мрак, который я видела в одном из зеркал в детстве, глаза, что на долгое время поселили во мне страх, до сих пор заставляли вздрагивать. Иногда я невыносимо скучала по родным и порывалась вернуться, но подростковое сердце требовало бунта и загоняло все эти мысли под замок. Но, к сожалению, жизнь никого не щадит. Сначала ушла бабушка, а вслед за ней и дед. Скоропостижно. Странно. Никто до сих пор не понимает, почему судьба забрала жизнь двух совершенно здоровых людей так скоро. На мои плечи взвалили наследство в виде ненавистного мной особняка, которое я не хотела принимать, и оставили перед сложным выбором. Жаль, что рядом со мной не было родителей. Автокатастрофа мгновенно унесла их жизни.

Раздался телефонный звонок, прервавший бурные мысли. Выудив смартфон из кармана, я обреченно вздохнула, уставившись в упор на экран, после чего нехотя приняла звонок.

– Эмили? – ответила я подруге и перевела взгляд на окно, в которое с новыми силами забарабанил проливной дождь.

– Ты уверена, что должна это сделать? Может, просто подпишешь документы и продашь к чертям этот старый дом? – звонкий голос подруги оглушил меня.

– Я должна туда поехать. Я должна попрощаться с прошлым. С ними… Понимаешь?

Устало выдохнув, я сжала пальцами переносицу. Напряжение нарастало и сдавливало виски до боли.

– Ты же всегда бежала от этого!

– Пора взять себя в руки, Эм. Слишком долго я убегала. И вероятно, они были правы, во мне всегда играло бурное детское воображение. – Я поникла на мгновение, присев на край кровати. – Они единственные родные, они моя семья. Были…

– Прости.

– Не нужно, все в порядке.

– Уверена, что готова отправиться одна? Вдруг тебя там съест какой-нибудь монстр-р-р-р? – она захихикала, прорычав последнее слово. И я больше чем уверена, она в этот момент попыталась состроить страшную гримасу.

– Если ты сейчас же не заткнешься, я отправлю тебя туда вместо себя. – усмехнулась я, наигранно страша подругу.

– Я с огромным удовольствием отправлюсь с тобой хоть на край света, но ты же прекрасно понимаешь, что за пару часов я не пересеку полстраны.

В ее голосе послышалась печальная улыбка, и я, сдержав порыв пустить одинокую слезу, тихо выдохнула.

– Знаю, Эм. Знаю. – Отвернувшись, я уставилась на зеркало, разглядывая свое унылое отражение. – Мне пора. Надо как можно скорее закончить дела и забыть обо всем как страшный сон.

Эмили сначала несколько мгновений молчала, вероятно, обдумывая, какими уловками меня отговорить от этой поездки, хотя бы на то время, пока она не вернется домой, но, видимо, передумала.

– Будь на связи. Люблю тебя.

– Люблю.

По ту сторону телефонной линии повисли короткие гудки, вторящие моему сердцу. Проверив заряд на смартфоне и убедившись, что он полный, убрала телефон в карман джинсов. Тяжело вздохнув, провела руками по волосам и, подхватив последние вещи, забросила их в чемодан. Я замерла, огляделась вокруг и с горечью на сердце решила, что пора идти. Чем быстрее я с этим расправлюсь, тем скорее станет легче. Скользнув взглядом по зеркалу, глаза выхватили темнеющий силуэт. Но стоило мне моргнуть, как все стало как прежде. Бросив последний взгляд проверить, ничего ли не забыла, взгляд зацепился за зеркало в пол, и кровь мгновенно застыла в жилах. Все внутри свело резким спазмом, дыхание участилось. Вместо своего отражения передо мной стояла тень. Она прошлась рябью и будто навалилась на зеркало, желая его опрокинуть. Сердце отбивало ритм, разнося по телу адреналин. Я не верила своим глазам.

– Поместье уже начало на меня действовать, – пробормотала я в пустоту.

Стоило сесть в машину, где-то глубоко внутри закралось странное предчувствие. Вставив ключ, провернула его, и мотор пришел в действие. Пристегнулась и потянулась к зеркалу заднего вида, но моя рука в этот момент остановилась. В отражении прямо на моих глазах выросли две тени. Они заполнили собой задние сидения и замерли.

Я резко обернулась. Ничего. Руки сжались на кожаном руле до скрипа так, что костяшки на них побелели. Голова загудела, и я начала панически задыхаться. Вновь посмотрела в зеркало.

– Черт! Возьми себя в руки!

Сделав