За гранью безумия. - Александр Науменко

Старик поднялся с лавки, крестясь, направляясь в одну из комнат. Он бросил внучке, чтобы та не убирала со стола, а оставила это на утро.

— Да здесь прибраться минут десять. Ничего страшного.

— Я помогу, — тут же вызвался гость.

— Ну как хотите, — донеслось бурчание старика уже из другой части дома.

Станислав ухватил тарелки, складывая одну на другую, несколько мисок. Но Диана покачала головой, показывая подбородком на лавку, чтобы тот сидел и не путался под ногами.

— Я всё сделаю сама. Мне так проще.

— Как хочешь, — не стал спорить парень, усаживаясь обратно, наблюдая за порхающей по комнате внучкой Егора Васильевича.

Он наблюдал за ней, и вспоминал Машу. Между бывшей супругой и этой девушкой оказалась огромная пропасть. Абсолютно две разные личности. Одна, совершенно избалованная вниманием и городской жизнью, другая, очень скромная, приятная в общении.

«Именно такую жену тебе и надо, сынок, — услышал он у себя в голове давно позабытый материнский голос. — Она станет за тобой ухаживать, так как ты это не способен делать самостоятельно».

— Что-то не так? — поинтересовалась Диана, поглядывая на молодого человека краем глаза, замечая его внимание к собственной персоне. Она успела унести всю посуду и теперь протирала влажной тряпкой клеёнку, смахивая крошки к себе в ладонь.

— Тебе здесь не бывает скучно?

Девушка тряхнула головой.

— Скучать времени нет. С утра как пойдёшь, и до самого вечера. Дел по хозяйству хватает. За скотиной следует ухаживать, и огород тоже… А вечером усаживаешься и не чувствуешь собственных ног.

— Хм. А у нас в городе всё по-другому.

— Знаю. Бывали.

Убрав полностью со стола, девушка уселась напротив, сложив руки перед собой в замок, глядя на молодого человека из-под пушистых ресниц. На щеках пылал румянец, будто она стеснялась с ним разговаривать. Но с другой стороны, возможно дело в непривычности. Ведь гости здесь редки, и поэтому внучка Егора Васильевича не часто общалась с чужаками, а тем более с молодыми людьми.

— Так ты, значит, бывала в городе?

— Доводилось. Ездила с дедом, когда скуплялась по хозяйству.

Она слегка улыбнулась, блеснув глазами.

— Не дикари же мы. Бывали и в городе, и даже на море… Правда, давно это всё было, ещё при жизни родителей.

Парень помолчал, вертя в руке зажигалку, после спросил:

— У вас разве ходят автобусы?

— Нет. Но если выйти на трассу… Но для этого следует встать рано, а после пройти пешком около двух часов, и тогда уже…

Она откашлялась, засмущавшись ещё больше.

— Сам понимаешь. Место у нас сейчас довольно глухое… Но раньше всё было совсем не так. Был люд, и много. Но старики померли, а молодые подались прочь отсюда.

— А ты не хочешь перебраться в город? Там много возможностей. Есть, где зарабатывать деньги.

— Деда на кого я оставлю? Да и хозяйство… Не могу я так, не по-людски это. А ещё…

Она умолкла не договорив. А Стас слушал, ожидая продолжения, но его не последовало. Поэтому в комнате повисла звенящая тишина.

— Мог бы помочь в городе.

— Спасибо, но не стоит.

Она демонстративно поглядела на часы, потягиваясь стройным телом. Станислав только сейчас поймал себя на том, что глядит на неё во все глаза, не желая отводить взора. Определённо она ему нравилась, и даже больше того…

«В ней есть нечто странное, чего я не могу объяснить. Некая невидимая сила что ли, или просто естественная красота?»

В конце концов, Диане пришлось поставить чайник на плиту, а после они пили кипяток, тихо переговариваясь. Стасу не хотелось отчего-то отпускать от себя эту девушку. В её обществе ему было хорошо, как-то даже спокойно на душе. Он рассказывал о себе, о неудавшемся браке и работе, одновременно понимая, какой мелочной до сего момента была его жизнь. Никому ненужные напрочь надуманные проблемы, друзья, что на самом деле совсем и не друзья, одноразовые встречи с девушками…

«А ведь можно жить совершенно спокойно, просто, как делают многие другие, без пафоса. Следует только наслаждаться тем, что у меня есть».

Станислав тряхнул головой, касаясь слегка кончиками пальцев правого виска. У него никогда не возникало таких мыслей. Возможно всему виной чистый деревенский воздух, или же общение с Дианой. Скорее всего, именно девушка влияла на него таким образом.

— Я думаю, нам пора укладываться, — протянула внучка Егора Васильевича.

Молодой человек сонно кивнул, сдерживая зевоту.

— Да, наверное.

Оба поднялись, не глядя друг на друга. Затем одновременно двинулись прочь от стола, столкнувшись, засмущавшись ещё больше.

— Извини.

— Нет, это ты извини.

Не зная куда деть руки, девушка завела их за спину, отворачиваясь. После указала на тёмный проём комнаты с высоким порогом.

— Постель уже готова, так что можешь укладываться.

Стас кивнул, чувствуя себя малолетним мальчишкой, который в первый раз заговорил с девушкой, и которая ему вдруг понравилась.

— Хм, спасибо.

Потоптавшись пару секунд, молодой человек направился прочь, а когда обернулся, то Дианы уже не было. Комната оказалась пуста. Девушка исчезла настолько бесшумно, что не было слышно её шагов по довольно скрипучему полу.

«Ну чтож, спать, значит».

* *

Стас проснулся от того, что ему надо было сходить по нужде. Зря он перед сном выпил столько чаю. Хотя иначе было нельзя. Больно уж тот был хорош. Да и старик всё подливал и подливал. Как-то даже неудобно было отказываться.

Поднявшись с кровати, на которую его уложили, Стас, натянув джинсы и рубашку, двинулся с осторожностью из комнаты, не желая разбудить хозяев дома. Он потоптался, пытаясь понять, где находится туалет, но потом решил, что тот на улице. Все-таки здесь никаких условий не было, а о канализации можно забыть.

«Так, погоди! Старикан ведь говорил, чтобы я не выходил наружу «.

Но давление в мочевом вновь напомнило о себе, и парень поспешил дальше, отбросив все сомнения.

«Пускай сам ходит в своё ведро».

Прокравшись мимо спящего Егора Васильевича, Стас вошёл в сени, поднимая засов и отпирая дверь. На улице