За гранью безумия. - Александр Науменко

— Не важно. Он питается не только людскими, но и животными душами.

— А мертвецы? Ну, эти ходячие зомби?

Только при одном воспоминании кадавров по телу Станислава пробежала волна страха. В нос на секунду ударило жуткое зловоние, а уши смогли уловить замогильные хрипы десяток мёртвых глоток. Хор усопших, которыми дирижировало существо с акульими глазами.

— Это его армия. Те несчастные, кто остался без души. Теперь их участь вечно служить ему. Как и мухи… Эти насекомые, плоть его.

— Я так понимаю, что это как-то связанно со взглядом?

— Да, — кивнула Диана, по-прежнему глядя в окно покрасневшими от слёз глазами. — Нельзя в них смотреть. Не то быть беде. Тебе повезло, что я подоспела. Иначе ты бы стал таким же, как те призраки. Несчастные навсегда потеряны для света.

— А танец? — не отставал Стас.

— Да, танец, — глухо повторила девушка. — Единственное, как его можно остановить, это танцевать. Если ты выдохнешься раньше, то всё пропало. Он заберёт твою душу. Нам повезло, что наступил рассвет, и я смогла это сделать, дотянув до конца. Единственное уязвимое его место, это танец. Но танцевать тоже нужно уметь. Если демону не понравится твой танец, он возьмёт твою душу. Следует правильно воспроизводить магические движения. Ошибка может слишком дорого стоить.

Она помолчала, но спустя секунду добавила:

— Боларик, в отличие от первой демонесы Ноктес. Подвержен правилам. Он не нарушает их. В этом его слабость.

От всей этой информации у молодого человека кругом шла голова. Какой-то ещё второй демон, но оказывалось, что существовал ещё один, более сильный, чем этот Боларик. К счастью, существо здесь было одно. А не два сразу…

— И теперь значит, он придёт только через год?

— Да, ночь тумана бывает только один раз в год.

— Но почему вы отсюда не уехали?

— Это наша жизнь. Она такая, какая есть. Старикам уже недолго осталось, и они доживают свои деньки на родной земле, желая здесь быть и похороненными. Потом деревня опустеет.

— И что будет дальше?

Диана пожала плечами, отворачиваясь от созерцания двора, и глядя теперь на своего собеседника.

— Бензин у тебя сейчас есть, и ты можешь уезжать. Путь открыт.

— Я не об этом.

— А о чём?

— Что произойдёт, если не будет танца. Ведь кто-то должен был быть до тебя, и после… Ну, ты понимаешь меня.

Диана призадумалась, слегка качнув головой.

— Не знаю. В мире всегда есть равновесие. До меня рождались люди, которые совершали магический танец, рождаясь в этой деревни, и всегда, наверное, будут и после. Сей дар передаётся по наследству, от моей матери и бабки, и дальше вглубь времён. Поэтому женщины из нашего рода всегда защищали мир от демона. Ведь стоит лишь однажды уступить, и существо сможет шагнуть дальше, за границы дозволенного. И оно тогда не ограничиться этой деревушкой, а сможет войти в города, где предостаточно беззащитных душ.

Но в её голосе слышалась неуверенность. Девушка словно сомневалась в собственных словах, не зная, какое будущее ждёт дальше.

— Но, а если в этом месте останешься только ты? Откуда тогда взяться продолжению рода?

— Я не могу ответить на этот вопрос. Знаю лишь точно, что жизнь моя должна быть здесь. Это моё призвание, если можно так сказать. Конечно, я его не выбирала, но теперь с этим уже ничего не поделать. Кто-то ведь должен делать эту работу… От судьбы не уйдёшь. И я верю в то, что не останусь одна. Равновесие. Оно непоколебимо.

* *

Сидя в салоне своего автомобиля, Стас смотрел в пустоту, всё ещё переживая о ночи, в которой ему чудом удалось остаться в живых. Нет, это было не чудо, а Диана. Именно девушка спасла его, начав свой танец с демоном. Если бы не она, то он бы не сидел сейчас в машине, собираясь покинуть эти негостеприимные места навсегда.

«Наконец я вновь окажусь в городе, в знакомой обстановке. Скоро смогу увидеть родной офис, друзей, приятных во всех планах подруг… И жизнь войдёт в своё русло. Смогу зарабатывать деньги, и тратить их».

Но отчего-то Молодой человек ощущал себя свиньёй. Егор Васильевич погиб именно по его вине. И да, пускай они ему ничего не рассказали. Он бы вряд ли им поверил, решив, что эта семейка сумасшедших. Его даже не убедило то, что довелось увидеть сквозь дверную щель, за танцем демона на пустой дороге.

«Но разве моё существование не было до этого момента совершенно пустым, как и у многих остальных? Я только и занимался тем, что пытался набить свой карман, проживая день за днём однообразную совершенно непримечательную жизнь. Теперь же появился шанс что-то исправить, принести настоящую пользу».

И вот сейчас, когда всё осталось позади, он просто так уедет, чтобы навсегда забыть об этом кошмаре? Нет, поступить так Стас не мог.

Повернувшись к дому, он сквозь стекло увидел Диану. Девушка стояла на крыльце. На лице была усталость, а в глазах читалась тоска.

— Танцующая в тумане, — тихо проговорил он, покачав головой. — Бывает же такое…

Потом медленно открыв дверь, Стас покинул салон, увидев, что во взгляде девушки вспыхнула надежда и радость, которую она попыталась безуспешно скрыть. Да, он сделал свой выбор, и не оставит её в одиночестве.

— От судьбы не уйдёшь…

Он остался с Дианой, чему был несказанно рад. А в тот день они никуда не ходили и ужинали одни, сидя друг против друга за широким столом у окна. Оба молчали, им было очень хорошо и уютно вдвоем. На улице было темно, холодно и сыро, из сада пахло цветами, а здесь у них в комнате было тепло и тихо, и на столе горела лампа под желтым абажуром. За окном шуршал по листьям дождик, и ветер то свистел, то рычал. И несмотря на всё пережитое, в душе царила идиллия.

Час нетопыря.

Час нетопыря.

Она сидела в полнейшей темноте, прислушиваясь к звенящей тишине. Набухшие веки полуприкрыты, а длинные пальцы сжимают ткань халата. За окном свистел ветер, залетая в дом через невидимые