Сироты Страны Чудес - Грег Ф. Гифьюн

— Толковая девчонка, — пробормотал он.

Взгляд Джоэла остановился на Лонни. Никто из них — Лонни меньше всего — понятия не имел, что ждёт их там, в большом мире. Он задумался, посчитал. Им всем было по девятнадцать на этой фотографии — значит, когда её делали, у Лонни оставалось тридцать один год жизни. Звучит как много, но на самом деле нет. Большая часть прошла как одно мгновение.

Ушло. Столько лет просто... ушло.

Ну и что теперь?  — любимая присказка Лонни; он почти слышал, как тот говорит это сквозь все эти годы.

Ты умрёшь на улице, вот что.

Джоэл закрыл фотографию, развернул кресло и заставил себя встать — хотелось, нужно было убраться отсюда подальше. Эмоции брали верх, накатило воспоминание о разговоре с Лонни — за несколько месяцев до того, как была сделана та фотография. Школьная подруга и первая любовь Джоэла бросила его, и Лонни — даже больше, чем другие ребята, — тут же оказался рядом, чтобы дать ему понять: всё будет хорошо.

Ну и что теперь? Да пошла она, братан, баб полно. Встретишь кого-нибудь другого, лучше, и не успеешь оглянуться — не вспомнишь даже, как эту стерву звали.

Они и не подозревали, что ещё более короткий промежуток времени спустя их жизни разойдутся, и они уже не будут играть в жизни друг друга тех ключевых ролей, в которых были так уверены. Всё вот-вот должно было измениться, и ничто уже не будет прежним.

Время шло по их следу. Жизнь шла по их следу.

А Смерть ехала с ней попутчиком.

Глава пятая

Ужин закончился, обеденный стол опустел — лишь остатки вкусной и очень приятной трапезы. Пока Билли ещё не пришёл, Джоэл ввёл Тейлор в курс дела — кто такая Кейтлин Бёрроуз и чего та хочет. Это породило некоторую напряжённость за ужином, но оба сумели её сдержать. Ещё до прихода Билли Джоэл позвонил ему и коротко обрисовал ситуацию — в надежде, что тот промолчит и не даст разговору выйти на эту тему. Вечер прошёл в лёгкой беседе, но Джоэл знал, что будет дальше.

Из динамиков лилась старая мелодия REM, и когда Тейлор, извинившись, ушла на кухню наводить порядок, Джоэл и Билли вышли на патио с видом на гостиную — Билли покурить.

Вечер был холодный и ясный, звёзд на небе не было. Джоэл поплотнее запахнул куртку, засунул руки в карманы и переминался с ноги на ногу, пока Билли — который, казалось, не замечал холода совершенно — поджигал сигарету. — Слишком прохладно для тебя? — спросил он, выпуская облако дыма, смешавшееся с клубами их дыхания.

— Да, морозит. А тебе что, не холодно?

— Сколько времени у тебя есть? — Билли усмехнулся. — Как думаешь, Тейлор понравилось вино?

— На будущее: если оно в пакете — не бери.

— Ладно, только консервные банки с этих пор. — Невысокий, полноватый, лысеющий мужчина чуть за пятьдесят, Билли Гилл питал слабость к недорогим полиэстеровым брюкам, мешковатым спортивным пиджакам и удобным ботинкам. Галстук он носил почти всегда — и сегодня не было исключения, — однако вечно болтался небрежно и кое-как на шее, под стать вечно мятой и слегка испачканной одежде. Не женатый никогда, Билли жил один в небольшом кондоминиуме неподалёку от Бангора — с двумя котами по имени Вудворд и Бернстайн. Встречался он редко, и когда всё же случалось — дела не клеились. В итоге он вёл довольно одинокую жизнь, и небольшая газета, которой он руководил, стала для него смыслом существования. Там он работал с самого колледжа и несколько лет назад дослужился до главного редактора. Раз в неделю они с Джоэлом и несколькими другими ребятами собирались на покерный вечер, но в остальном вечера Билли Гилла были тихими и одинокими, так что Джоэл с Тейлор старались приглашать его на ужин хотя бы несколько раз в месяц. Хотя он всякий раз мялся и делал вид, что никак не может втиснуть ужин в свой насыщенный светский календарь, возможность всегда находилась. — Но вино — последнее, о чём тебе сегодня стоит беспокоиться, приятель.

Джоэл кивнул. — Особо поговорить не удалось, но, в двух словах, Тейлор недовольна.

— Можно ли её за это винить?

— Нет, конечно. Но...

Билли сделал ещё одну затяжку. — Ты уверен, что хочешь этим заниматься?

— Если бы дело было в желании, я бы не ехал. Мне надо это сделать. Я обязан Лонни хотя бы настолько.

Билли воткнул сигарету в губы для верности и так и оставил свисать. Элегантности это не добавляло. Наверное, это вообще было невозможно. — Ты никому ничего не должен.

— Мы когда-то были близки, многое пережили вместе. Это важно.

Билли вдруг стал серьёзнее, чем обычно. — Да, — тихо согласился он. — Важно.

— Просто не хочу, чтобы это создало серьёзных проблем.

— Как ты думаешь, что за этим всем стоит?