Кейта: Дочь Леса. Книга 3 - Мария Эмви

class="p1">— Настоящий талисман, — Алтан преспокойно надел на себя талисман, пряча его под плотной рубахой, — здесь, со мной. Сын Степи, твой брат, окрыленный мнимым триумфом, теперь думает, что у него в руках ключ к вызову богини. Он будет ждать знака от Эрлика. А Владыка Нижнего мира будет уверен, что его план работает. Они оба думают, что контролируют ситуацию. И оба ошибаются.

— Но зачем все это? — в непонимании сводя брови к переносице, спросил Инсин. — Весь этот спектакль.

— Ты плохо знаешь Эрлика, дитя, — слабо улыбнувшись, ответил вождь племени. — С ним иначе и нельзя. Теперь, когда они будут пытаться «вызвать» Великую Мать, используя фальшивый ключ, мы будем готовы нанести Эрлику, уже в его ослабленной, бестелесной форме, очередной удар.

Алтан взял со стола две чаши и неспешно налил в них отвар.

— А теперь, — сказал он, протягивая одну из чаш Инсину, — давай выпьем. Иногда, самая важная часть битвы, это терпение и умение позволить своему врагу самому зайти в ловушку, которую он так старательно строил для тебя.

Пока верховный шаман и степной воин вели свою ночную беседу, продвигая фигуры на воображаемой шахматной доске, Кейта в своем балагане вела отчаянную битву с самой собой. Девушка лежала, укрывшись теплыми шкурами, и отчаянно пыталась уснуть. Усталость, накопившаяся за эти безумные дни, свинцом давила на тело, но стоило удаганке только закрыть глаза, как перед внутренним взором тут же вспыхивали кошмары. Кейта снова видела, как Дерево Скорби рассыпается в прах, унося с собой в небытие тысячи душ, слышала их безмолвный крик, видела уродливо пульсирующие сердца в основании трона Эрлика. Она чувствовала ледяное прикосновение его пальцев и слышала его ядовитый голос, нашептывающий о ее бессилии.

Кейта резко распахнула глаза, ее сердце бешено колотилось, а лоб покрывала холодная испарина. Она боялась снова уснуть и вернуться в этот ад. Девушке абсолютно не хотелось сейчас оставаться одной, в этой тишине тени казались гуще, а страхи обретали форму. Ее мысли, словно ища спасения, сами собой вернулись к тому единственному, украденному у судьбы, идеальному утру. Кейта вспомнила это чувство абсолютной безопасности в чужих объятиях, сонное, безмятежное лицо Инсина, его тихий смех. И тот поцелуй, который, казалось, смог излечить все ее раны, как физические, так и душевные. «Как бы я хотела… — пронеслось в голове девушки. — Остаться в том моменте навсегда. Где не было ни прошлого, ни будущего. Только мы». Отчаянное желание тепла и близости оказалось сильнее и страха, и гордости, и всех правил приличия. Наплевав на все, Кейта подскочила со своей постели. Спешно нацепив подвернувшуюся под руки меховую накидку, удаганка выскользнула из своего балагана.

Она пойдет к нему. А что дальше? Об этом Кейта сейчас особо не думала. Возможно, просто постоит у его двери его балагана, чтобы знать, что Инсин рядом, что она не одна. Но, сделав всего несколько шагов по спящему айылу, взгляд девушки зацепился за одинокую фигуру у центрального, уже почти догоревшего костра. Человек сидел на бревне, спиной к ней, и мерными движениями точил нож-батас о брусок. Саян? Кейта замерла в тени. Что он здесь делает в такой час? Охраняет айыл? Или его тоже мучают кошмары? Широкая спина юноши излучала такое спокойствие и уверенность, что ее безумный порыв показался вдруг Кейте детским и глупым. Не может же такая важная особа, как предводительница племени, бежать к мужчине посреди ночи только потому, что ей внезапно стало страшно! Удаганка уже хотела было так же тихо вернуться обратно в свой балаган, но в этот момент Саян, словно почувствовав ее присутствие, перестал точить нож и, не оборачиваясь, бросил в темноту:

— Не спится, балым?

— Тот же вопрос к тебе, — ответила Кейта, расслаблено опуская плечи. Девушка вышла из тени и присела на бревно рядом с ним, протягивая озябшие руки к теплу последних углей. Саян сделал еще несколько медленных, выверенных движений бруском по лезвию, словно завершая какой-то известный лишь ему ритуал. Затем он отложил нож и брусок и посмотрел на подругу.

— Сны дурные мучают? — спросил шаман просто, без лишних расспросов, и Кейта молча кивнула. Что-то неуловимо изменилось в Саяне за время их короткого, но такого насыщенного путешествия. Вроде и никуда не подевалась его мальчишеская бесшабашность, вечная готовность пошутить и посмеяться. Но он словно стал намного спокойнее. Взрослее. Во взгляде шамана теперь была не только дружеская преданность, но и глубокая, какая-то не по годам мудрая печаль. Сердце Кейты сжалось от внезапного приступа заботы и сострадания к нему. И зачем на их плечи, которые еще совсем недавно должны были носить лишь корзины с ягодами да грибами, упала вся эта тяжесть?

— И меня вот, — после непродолжительного молчания, продолжил Саян. — Снится северный холод и завывание ветра. И то, как я держу нить, она то и дело вибрирует и мерцает, а я боюсь, что она вот-вот оборвется.

Юноша горько усмехнулся, поджав одну ногу под себя.

— Все-таки, жизнь интересная штука. Раньше я больше всего боялся, что пропущу ужин и все сожрут без меня. А теперь боюсь, что из-за меня могут погибнуть мои друзья. Уровень ответственности, скажем так… вырос.

— И все же, тогда ты справился, Саян, — тихо сказала Кейта. — И был в этом великолепен.

— Да ладно, я тогда просто лишь сидел и трясся от страха, как заяц в припадке, — негромко рассмеялся шаман. — И рассказывал северянке истории про наших горе-грибников, чтобы не заснуть. Так себе подвиг.

— Ну, знаешь ли. Иногда, не дать себе расслабиться и заснуть в важный момент, это тоже немалый подвиг, — возразила девушка. Они некоторое время помолчали, глядя, как последние угольки превращаются в седой пепел.

— А он… — спросил Саян, не называя имени, но оба поняли, о ком речь. — Как вообще?

— Держится, — выдохнула Кейта. — Инсин очень сильный. Хоть и раньше я была о нем другого мнения.

— Тут сложно поспорить, — кивнул шаман. — Он словно стал… как бы так объяснить, не грубее, а тверже. Как будто степной песок в его душе спрессовался в камень.

Юноша покосился на удаганку. Его глаза тревожно забегали, словно он тщательно подбирал слова, или вообще не до конца был уверен, нужно ли задавать вопрос, который так и вертелся на языке. Но в итоге Саян сдался.

— А ты… как с ним?

Кейта нахмурилась. Даже не глядя в сторону шамана, она понимала, что он спрашивает не о планах и не о стратегии. Но разве у нее есть секреты от лучшего друга?

— Я не знаю, Саян, — девушка вздохнула, нервно заправив прядь волос за ухо. —