Другие миры кроме этого - Стивен Кинг

Кое-какие орисы улетели к деревьям и в подлесок, но таких немного. Большинство лежит на дороге, потому что они попали в свои цели. Джек думает, что красноголовым, удравшим на своих грузовиках, «Бинни» и прочей бронетехнике, чертовски повезло, потому что глазомер у этих женщин был смертоносно точен.

— Сэй Стайнс! — кричит Ларри. — Кажется, я нашел вашу тарелку! — Он отступает назад.

Элис подходит к нему и наклоняется.

— Да. Моя.

Ларри говорит:

— Я узнал ее по знаку ка. Ну и по этому, само собой. — Он приподнимает свою заживающую руку.

— Спасибо, сэй, — Элис поднимает свою тарелку с убийственно острым краем, аккуратно опускает ее в подбитую мягким материалом сумку для переноски и затягивает шнурки.

— Пожалуйста, — Ларри преклоняет колено и прижимает кулак ко лбу.

Рай подходит к Джеку.

— Они уложили сорок шесть этих ублюдков, а потеряли всего шестнадцать человек. Чертовски хороший счет.

— Сколько женщин? — Джек понижает голос.

Райал тяжело вздыхает.

— Тринадцать. Все, кроме Элис. Слава Богу, теперь у нас полно оружия, если они вернутся.

— Не вернутся.

— Откуда ты знаешь?

— Я скажу тебе, когда придет время, — отвечает Джек.

5

Наступает полдень, но обедать никто не хочет. Тяжелый запах на месте побоища, разлитая кровь и обезглавленные тела налетчиков, которые едва вышли из детского возраста не способствуют хорошему аппетиту. А погрузка шестнадцати их собственных мертвецов, тринадцать из которых женщины, в армейские грузовики — тем более. Джек ведет один, Рай — другой. Мэри сидит рядом с Джеком, а Ричард дремлет у нее на коленях. Она вычесывает колтуны засохшей крови из его шерсти. Они медленно продвигаются по дороге к Долгому Ветру (эта дорога все еще ухожена). Кладбище находится на Редуте и возвышается над городом. Отсюда открывается красивый вид. Или открывался, пока город внизу не разнесли в пух и прах.

Простых жителей Дези хоронят на скромных участках, отмеченных надгробными камнями из сланца. У богатых есть мавзолеи. Тот, на розовом камне фасада которого выбито «СТАЙНС», — один из самых больших, но когда Рай спрашивает Элис, хочет ли она, чтобы Хаффе поместили туда, она качает головой.

— Он сражался вместе со всеми и погиб вместе со всеми. Пусть они покоятся рядом.

Поэтому тела укладывают бок о бок в склепе Долгого Ветра, а когда с этим покончено, Ларри Магрудер просит Элис сказать прощальное слово. Без лишних просьб они собираются в круг и берутся за руки. Ричард сидит в центре, его янтарные глаза устремлены, как обычно, на Мэри.

Элис произносит:

— Ган, великий хранитель Лучей, присмотри за теми, кто отдал все, что мог.

Джек думает: «А может, Ган — если предположить, что ты вообще там есть и тебе не все равно, — присмотришь и за теми пацанами, которых смело силой, что они не могли ни понять, ни остановить».

Они открывают глаза. Сзади раздается дрожащий голос:

— Прошу прощения, я виноват.

Они оборачиваются и видят Джори Филдса. Он стоит за стеной из бутового камня, окружающей кладбище.

— Ты! — рычит Рай и выхватывает звуковой разрядник, подобранный на месте боя.

Джори — тощий парень с копной криво подстриженных серо-каштановых волос — разводит руки в стороны, подставляясь под выстрел. Прежде чем Рай успевает дать ему то, чего тот так страстно желает, Джек пригибает руку Рая вниз.

— Что за херня? — ревет Райал. — Какого, блядь, хера? Ты из ума выжил? Это же он испортил засаду, выстрелив раньше времени! А потом сбежал!

— Казнить его, — говорит Джордж.

Мэри кивает:

— Казнить его.

Ларри Магрудер, не крутясь на месте, но крепко-крепко-крепко обхватив себя за плечи, говорит то же самое.

Из центра их маленького круга — ан-тет и ка-тета — тихий голосок произносит:

— Мило.

Джори продолжает стоять с распростертыми руками. Слезы прочертили чистые дорожки на его грязном лице.

— Давайте, делайте это. Я заслужил.

Элис спрашивает:

— Джек?

— Я думаю, ему еще предстоит сыграть свою роль. Ан-тет, если не ка-тет.

— Ты так решил?

Человек, когда-то державший Талисман в руках, и на котором Талисман оставил свой глубокий след (глубокий шрам, как временами думает он), отвечает:

— Да, я так решил, но окончательный выбор за тобой, Элис.

Дама смотрит вниз всего несколько секунд, делая свой выбор, но кажется, что проходит гораздо больше времени. Никто не шевелится. Ветерок доносит смешанный запах соленой воды и обгоревших зданий. Джори стоит с разведенными руками и закрытыми глазами. Наконец Элис поднимает голову.

— Смертей уже достаточно.

— И никакой расплаты? — спрашивает Рай. — Он уйдет живым и свободным?

На лице Джори застыло ошеломленное выражение человека, который не может поверить, что все еще находится в мире живых. Джек подходит к нему и встает лицом к лицу по другую сторону невысокой кладбищенской ограды.

— Ты чувствуешь себя свободным, ка-мей?

— Нет, — отзывается Джори едва слышным голосом. — Не думаю, что я когда-нибудь снова почувствую себя свободным.

Джек обхватывает лицо несчастного своими раскрытыми ладонями, ощущая пот и щетину живого человека.

— Может, почувствуешь, а может, и нет. Судьба покажет. — Слово «судьба» он произносит по-английски.

Джори качает головой:

— Я не понимаю, сэй.

Джордж бросает:

— Он имеет в виду ка, трус ты эдакий. Благодаря сэй Элис тебе сохранили жизнь. Это больше, чем ты заслуживаешь.

Джек спрашивает:

— Ты умеешь водить букку, Джори?

— Да, конечно.

— Найди одну такую в городе. Ты начнешь свое искупление со сбора мертвых. Езди на букке по Параду и собирай тела. Начни с Рыбачьего уголка. Если увидишь красноголовых — подростков, — оставь их птицам и крысам. Их там будет немного, я полагаю. Сюда вези только жителей города.

— Куда мы их денем, Джек? — спрашивает Ларри. — Склеп полон.

— Понятия, блядь, не имею, — отвечает Джек.

Из-за Хестина он прошлую ночь почти не спал и теперь был вконец измотан. Джек надеялся, что как только вернется в Дези, покончит со своими обязанностями перед Янгбладом и городом. Покончит со своими обязанностями перед всем этим миром. Называйте его хоть Долинами, хоть Срединным Миром, хоть третьей, блядь, кучей камней от солнца — как вам угодно. Теперь он понимает, насколько глупой была эта надежда. Все, что сказал ему Эйден Хестин, продолжает крутиться и крутиться в его голове, и все возвращается к ка.

К этому проклятому колесу.

— Убирайся отсюда, — говорит Рай Джори. — Проваливай, пока я не пошел против воли леди и не пристрелил тебя как собаку, какой ты и являешься.

Мэри выражается лаконичнее:

— Уебывай, говнюк. — Она произносит это по-английски, но Джори понимает. Он бредет прочь, чтобы приступить к своей новой