Другие миры кроме этого - Стивен Кинг

Джек удивлен глубиной злости Мэри.

— Эти люди все равно бы погибли, — говорит он ей. — У красноголовых из Дези был фактор внезапности. А у остальных имелось работающее оружие.

— Джори все равно испортил засаду, — возражает Мэри. — А двое самых опасных ушли, чтобы сеять хаос на американской стороне. Они ушли из-за него. — Она тычет пальцем в сторону удаляющегося Джори.

— Откуда ты это знаешь, Мэри?

Она раскрывает ладони.

— Знаю.

6

Шестерка возвращается в Роузвуд-Холл ближе к середине дня. После возни с телами каждому хочется отмыться. Позже, безо всякого предварительного сговора, они один за другим стекаются на кухню западного крыла. Там допивают остатки кофе, практически не обращая внимания на попкины, которые выставили га стол Мэри и Рай. Устали все, но Элис измотана сильнее других; ее глаза то и дело закрываются, голова опускается, а затем резко вскидывается вверх. Рана на голове снова сочится кровью, и Джек беспокоится, как бы не началось заражение. К тому же она испытывает сильную боль. И Джек, и Рай просят ее пойти отдохнуть, но она отказывается. Она хочет знать о ночном госте Джека.

— Это был Хестин.

— И где, кстати, носит эту лысую жердину? — спрашивает Ларри, оглядываясь по сторонам. — Не видел его с тех самых пор, как вся эта херня завертелась.

— Полагаю, он где-то поблизости. Ждет, пока я введу вас в курс дела относительно того, что он мне рассказал. И показал. Так что я все изложу, но не сегодня. Мне нужно сделать кое-что еще.

Элис позволяет Раю увести ее обратно в дом, где она проспит следующие четырнадцать часов. Джордж предлагает ему, Мэри и Ларри, пока еще светло, спуститься в Средний и Нижний город, чтобы посмотреть, кто остался в живых и можно ли спасти хоть что-то ценное. Он просит Джека пойти с ними. Джек отказывается, но отводит Джорджа в сторону, прежде чем троица успевает уйти. Он задает вопрос касательно разнообразных коллекционных вещей Янгблада. Ответ Джорджа оказывается полезным и проливающим свет на ситуацию.

7

Кабинет Большого Кахуны находится в дальнем конце западного крыла. Там пахнет гарью, но пожар его пощадил. Дверь заперта, но у Джорджа есть ключ на связке, прицепленной к ремню.

— Не думаю, что ты захочешь объяснить, зачем тебе все это барахло? — спрашивает Джордж.

— Нет.

— Это Хестин велел тебе забрать его?

— Да.

— Ты возвращаешься на американскую сторону?

— Да.

— Жаль, что я не могу пойти с тобой.

— Это не решит проблему, что стоит перед нами здесь.

— Не думаю, что ты захочешь рассказать, в чем заключается эта проблема?

— Захочу. Скоро.

Кабинет Янгблада — самая большая комната на первом этаже; больше только хозяйская спальня наверху. Он забит всякой дребеденью, привезенной Джеком из магазина «Новинки и безделушки Педро» — от целого ряда лавовых ламп до робота R2-D2 из того самого фильма, который Лили Кавано называла «куском научно-фантастического дерьма». Эти вещи пересекли границу миров без изменений. По какой-то причине Янгблад был очарован Николасом Кейджем. Здесь висит забавная фотография актера, которая меняется с улыбающегося Ника на безумного Ника в зависимости от того, под каким углом ты стоишь и смотришь на нее. На стенах висят винтажные киноафиши классических нуар-фильмов, таких как «Двойная страховка» и «Бульвар Сансет».

В детстве Янгблад любил собирать яйца, окаменелости и различные монеты Прежних Людей, которые копатели находили в шахтах Меджиса и Малого Меджиса. Став взрослым и получив доступ — в основном через Джека — к другому миру, он превратил свое хобби в нечто близкое к мании. Книжные полки уставлены детективами, покетбуками и книгами в твердом переплете, многие с автографами авторов, купленными большей частью в книжной лавке Торена в Линкольне, штат Небраска. На каминной полке также красуется коллекция карточек «Малышей из помойки»[30] и ряд кукол из «Улицы Сезам», включая жемчужину этой веселой компании — «Элмо-пощекочи-меня».

Джека не волнует ничто из этого, как не волнуют и бухгалтерские книги, сложенные на столе Джорджа в углу, который гораздо меньше и скромнее стола его покойного дина. Письменный стол Янгблада гигантский, его поверхность фанатично отполирована Баззи-с-Тряпкой до зеркального совершенства, но на нем нет никаких бумаг. Вдоль переднего края столешницы выстроились фигурки «Фанко ПОП», ставшие его последней (и финальной) страстью. Здесь есть абсолютно все, от Арьи Старк до Радужной Брайт[31].

— То, что тебе нужно, ты найдешь в самом нижнем ящике, — говорит Джордж Джеку. — Не знаю, какое отношение к этому имеет Хестин, но ты прав — он настоял, чтобы я убедил Губернатора в том, что валюту с американской стороны стоит коллекционировать. Янгблад поначалу не проявил особого интереса, когда увидел, что на купюрах изображены одни и те же лица, но затем я указал ему на то, что официальные подписи и серийные номера различаются. Это мне подсказал Хестин. Я был всего лишь его слепым орудием. Джек, Хестин ведь знал, что тебе понадобится это барахло? Знал, верно?

— Он знал, что оно мне пригодится. — Хестин также знал, что мало какое (если вообще хоть какое-то) оружие из затопленного подземного хранилища окажется исправным, но все равно привез его Янгбладу. Тету Джека знать об этом необязательно, по крайней мере, пока.

Из нижнего ящика Джек достает винтажный ланчбокс, на котором Человек-паук раскачивается на паутине с Мэри Джейн на руках. Он до отказа забит двадцати— и пятидесятидолларовыми купюрами.

От запаха застоявшегося дыма в кабинете Джека начинает подташнивать. Он выходит на эспланаду Роузвуд-Холла и глубоко вдыхает. Воздух все еще пахнет гарью, но ощущается гораздо более свежим, чем раньше. Мэри, Джорджа и Волчка не видно, зато он замечает Джори Филдса, поднимающегося по наклонному полотну Парада. Тот сидит в повозке, запряженной четверкой мулов. Кузов повозки накрыт брезентом, но Джек прекрасно знает, что там уложено. Для Дези Джори стал теперь Хароном, и Парад — его река Стикс. Сегодня и весь завтрашний день — возможно, и послезавтра тоже — он будет грузить покойников Дези. И это станет лишь началом его искупления. Для человека, который выстрелил раньше времени, а затем удрал, у Джека припасена более опасная задача.

Солнце прокладывает по воде длинную золотистую дорожку. Глядя на нее, Джек понимает, насколько сильно он успел полюбить это место.

Он закрывает глаза.

Концентрируется.

Колеблется.

Исчезает.

8

В семь часов того же вечера друг покойного Дейла Гилбертсона, Дэймон Корнелл, сидит со своей женой в гостиной, просматривая часовой репортаж на CNN о разрушении центра Хемингфорд-Хоума.

— Смерть Роя Киннестона и Тары Линн Спекхоффер окутана тайной, — говорит Вольф