Шлюха - Мэтт Шоу

Он остановился.

- Я для тебя, только...? Клиент?

Я не знала, что ответить. Неужели он решил, что раз я позволила ему остаться еще немного, значит, он больше, чем просто клиент? Выходит, все именно так, как я думала раньше?

Он старался выглядеть тем, кем не являлся, чтобы сблизиться со мной и попытаться "завоевать меня"? Стать моим парнем?

Синдром красивой женщины без желания засунуть член в мое влагалище? Невероятно, но вполне возможно. Просто как правило, мужчины предпочитают сначала протестировать "товар".

Я скорректировала свои слова.

- Извини. Я хотела сказать - в последний раз, когда я приглашала кого-нибудь на кухню.

-Что такое сплошинг?

Он задал свой вопрос в течение доли секунды после того, как я объяснила, что я имею в виду - как будто сам ответ для него не так уж и важен.

- Бросание друг в друга едой, запихивание заварного крема и тому подобного в нижнее белье и облизывание...

- Звучит странно.

Я рассмеялась.

- Сексуально для одних, странно для других. Должна признаться, мне не понравилось.

- Разве ты иногда не думала, что достойна большего, чем просто быть шлюхой?

Его вопрос застал меня врасплох - причем не в первый раз.

В его тоне сквозило предположение, что мои поступки низменны. Наверное, так оно и есть. Я, конечно, чувствовала себя нечистой, когда впервые трахнулась с клиентом.

Во всяком случае, я чувствовала себя грязной то того, как обрадовалась, что заработала деньги. Радость длилась примерно столько же, сколько потребовалось, чтобы потратить деньги - а учитывая мои долги - совсем недолго.

- Извини, я не хотел, чтобы прозвучало именно так. Просто... - он замолчал, и я не стала его подталкивать к продолжению.

Некоторые слова лучше не произносить.

Я сменила тему.

- Я не знаю, что у меня есть в шкафчиках. У меня точно есть ветчина и сыр. Нравится?

- Звучит замечательно.

Я открыла холодильник и достала ветчину и сыр.

Я протянула ему, и он положил сыр и ветчину на стол. Я достала масло, подошла с ним к хлебнице и достала тостерный хлеб. Я извлекла несколько ломтиков хлеба и положила их на стол.

Затем сняла крышка от масла, и достала нож из ящика со столовыми приборами.

- Ты хотела, чтобы я намазал? - предложил Джон.

Я покачала головой.

- Я намажу намного быстрее.

Я достала из ящика со столовыми приборами второй нож и протянула ему. Впервые в жизни я предложила клиенту острый предмет. Обычно я стараюсь держать их подальше - на всякий случай, вдруг у них не все в порядке с головой.

Джон взял у меня нож и на мгновение замешкался - как и я.

Не совершила ли я ошибку?

- Я слышал, ты сказала "нет".

- Что?

- Намазывать хлеб маслом. Ты вроде бы сказала, что у тебя не займет много времени? То есть все нормально, но... Я немного запутался.

- Ох. Извини. Нет. То есть, да. Я могу намазать хлеб. А ты - сыр. Будь добр, нарежь тонкими ломтиками. Так будет быстрее.

- Конечно.

Я наблюдала, как Джон начал резать ножом сыр.

- Не слишком толстыми кусками, - сказала я.

Он скорректировал свою технику, и в результате получились более тонкие ломтики. Я снова повернулась к хлебу. Не выпуская ножа из рук, я начала намазывать масло на хлеб.

* * *

Я закричала от досады и отчаяния.

Ебучий нож. Он с легкостью разрезал кожу клиента, немного сопротивлялся мышцам и не оставлял ни единой царапины на его костях.

Я швырнула окровавленный нож через всю комнату. Нож с грохотом упал на пол и заскользил в угол ванной, отделанной кафелем.

На глаза навернулись слезы, когда я осознала тяжесть содеянного.

Он пришел сюда живым, а теперь он мертв. Он мертв из-за меня. Причины, по которым я его убила, больше не имели значения. Я думала только о том, что он когда-то был человеком... своенравным человеком.

А теперь он всего лишь гниющий труп, который последние пару дней воняет в моей ванной.

Я выбежала из комнаты и захлопнула дверь. С глаз долой - из сердца вон.

Но он не исчез. Он все еще рядом. Я не могу оставить его здесь. Мне нужно увеличить количество заказов по вызову, но я не могу приводить к себе клиентов, пока у меня в доме находится гниющий зловонный труп. Я поспешила вниз по лестнице - не бегом, но и не медленно - и вошла в гараж.

В помещении находилось несколько инструментов. Не знаю точно, принадлежали ли они предыдущему жильцу или владелец дома оставил их для удобства заселяющихся. Молоток, гаечный ключ, несколько вороненых отверток и ржавая пила.

Я взяла пилу с полки, столкнув отвертки на бетонный пол, и потрогала лезвие. Пила не очень острая, но, надеюсь, я смогу ней распилить труп.

С пилой в руке я снова поднялась по лестнице наверх.

Когда я открыла дверь, труп по-прежнему лежал в ванне, смотря на меня своим пустым взглядом. Я почти слышала его смех. Иди на хуй! Держа пилу в руке, я подошла к ванне и наклонилась. Я начала с его руки.

От сочетания зловонного запаха и звука скрежета зубьев пилы по кости я почувствовала рвотный рефлекс. Секунду спустя я блеванула на клиента. А ведь кто-то заплатил бы за такое хорошие деньги.

Я выплюнула остатки блевотины изо рта и продолжила пилить, прилагая все большие усилия. Мои усилия - несмотря на тупую пилу - принесли желаемый результат. Я хотела побыстрее закончить с разделкой трупа, а уже потом думать о том, как поступить с отрезанными кусками.

Я не могла отделаться от мысли, что мне следовало как следует все обдумать, прежде чем душить его. Обдумать все как следует? Я не думала, что мне придется избавляться от трупа. Глупо.

Чтобы хоть немного облегчить себе процесс расчленения, я все время мысленно возвращалась к причине, по которой убила его. Я убила ради его жены. Я убила ради той женщины, которая не знала, что ее муж - мудак и мерзкий изменник.

Она решит, что он просто сбежал. Машину найдут, но не тело. Конечно, она будет тосковать по нему, но, по крайней мере, он умер, когда она его любила. Со временем она смирится с утратой. Намного сложнее жить, зная, что твой муж постоянно изменяет тебе со всякими шлюхами.

Чувство отвергнутой.