Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков

Пес ответил лишь тяжелым вздохом, прорываясь носом в сторону подушки. Поглаживая его теплую шерсть, Сережа уже было сам приготовился подремать хоть немного, когда его телефон резко загудел. Матернувшись, Сережа недовольно глянул на определитель. Звонила Света Ларионова.

«Она там совсем двинулась?» — подумал Сережа, принимая вызов.

— Свет, я не знаю, что тебе могло понадобиться в такую рань, но я уверен, что все разговоры можно отложить хотя бы…

— Сереж, Витю застрелили, — раздался из трубки бешеный голос.

— ЧЕГО? — Сережа тут же вскочил на ноги, невольно спихнув Дерека с кровати. В горле мгновенно пересохло. Сердце ушло куда-то в пятки.

— Тьфу, блин, подстрелили его, не важно, — продолжила она. — Он сейчас у меня. Пока держится. Но нужно срочно звать Макса. Так что собирайся и дуй быстро за ним в общину!

Сережа едва сдержался, чтобы не покрыть Ларионову отборнейшим матом. Оговорилась она! А он чуть душу Богу не отдал. Аж спина вся взмокла за секунду.

— Каким, блин, Макаром его занесло? — Сереже стоило больших трудов сформулировать хоть какой-то вопрос.

— Вот у него потом и спросишь, — ответила Света. — Давай, Тихонов, не тяни кота за одно место! Витя может не дожить до вечера. Давай, бегом!

Как только Света отключилась, Сережа тут же кинулся к шкафу напяливать первые попавшиеся под руку самые теплые вещи. Дело дрянь.

«Чем дальше в лес, тем больше дров, — думал он. — Черт, будь прокляты эти выходные! Витек, Витек, Витек! Как же ты умудрился, идиот? Так, Серега, возьми себя в руки! Сейчас главное особо не думать. Просто собраться и бежать. Блин, куда я сигареты дел? А, хрен с ними! Витек, только держись!»

Дерек с интересом наблюдал за происходящим, слегка повиливая хвостом. Для него все это было лишь забавной игрой. Хотя он чувствовал напряжение хозяина, но не мог догадаться, чем оно вызвано. Поэтому псу оставалось лишь надеяться, что его общество поможет хозяину расслабиться.

— Так, дружище, береги маму, — назидательным тоном приказал ему Сережа. — А я пошел спасать своего друга.

Дерек будто в знак согласия чихнул. Сережу этот ответ полностью удовлетворил.

Холодом повеяло уже в подъезде. Может, отключили отопление. В Белоомутске такое вполне могло произойти. Сережа не обратил внимания, было ли так же холодно, когда они с Витьком вернулись домой. Черт, они же ведь попрощались, он ясно видел, как его друг скрылся за дверью своей квартиры. Вот как он умудрился вляпаться в такое дерьмо? Сереже хотелось бы порассуждать об этом про себя, но он боялся, что даже наиболее фантасмагорическая версия и близко не будет отражать действительность.

Опять нужно было привыкать к темноте. Хорошо, что хоть снег не падал, а то и так Черт ногу может сломать в таких условиях. Небо было абсолютно чистым. Сейчас бы еще только сориентироваться, как добираться до общины и желательно поскорее.

— Парень!

От резкого возгласа Сережа автоматически затормозил, так что дважды повторять не пришлось. Юноша с опаской повернул голову — над ним возвышался Витин дядя. Взгляд злобный, на лбу ссадины, а некогда стильная дубленка кое где висела лоскутами.

— Ты же ведь друг моего племянника, верно? По соседству живешь, я правильно помню? — Антон говорил жестко, отчеканивая каждую букву.

— Ага, — пискнул Сережа. Вопросы о том, кто мог подстрелить Витю, отпали.

— Как дела? — голос Антона стал неожиданно дружелюбным. Не к добру это было. Сережа мало что знал о дяде своего друга, но исходя из его рассказов он был крайне жестоким и беспринципным человеком. — Прости, не помню твоего имени.

— Сережа, — напрягся подросток.

— Да, точно! Антон. Можно без формальностей, — продолжал наигранно улыбаться Охотник. — Скажи, а ты не знаешь, где сейчас Витя?

«Он знает!» — промелькнула в голове ужасающая мысль.

— Был у меня, минут двадцать назад ушел на пробежку, — Сережа старался говорить как можно более уверенным голосом. — Он же в этом году в футболисты заделался. А во вторник матч с Косицино. Готовится, первая его игра в основе.

— В такую рань? — взгляд Антона был пронизывающим буквально до костей. Честное слово, им можно было пытать похлеще условного испанского сапога.

— У спортсменов свои причуды, — пожал плечами Сережа. — Я вот тоже решил начать бегать. Ваш племянник меня вдохновил.

— Похвально, — Антон выпрямил спину, отчего стал казаться еще массивнее. — Слушай, а ты не замечал за ним никаких странностей в последнее время? За последние месяца так два-полтора?

«Черт, черт, черт!»

— Нет, а должен был? — пожал плечами Сережа, силясь не отвести глаз в сторону.

Сережа хотя бы убедился в том, что Антон до конца не уверен в Витиной ликантропии. Иначе разговор плыл бы совершенно в другое русло. Значит, можно без зазрений совести вешать Охотнику лапшу на уши.

— Хотя, знаете, замечал, — сделал загадочный вид Сережа.

— Например, периодические вспышки необъяснимой агрессии и частые исчезновения? — тут же поинтересовался Антон с огоньком в глазах.

— Что? А, да не, — отмахнулся Сережа. — Ему старый Паук начал нравиться больше нового! Он тут недавно заявил, что Тоби Магуайр лучше Тома Холланда! Да за такое убить мало!

Антон побагровел. Глупая улыбка Сережи в этот момент выбесила его даже больше, чем разочарование от услышанного.

— Черт, парень, я с тобой тут не в шутки играю! — прорычал он.

— Между прочим, для меня это серьезно, — выпятил грудь Сережа.

— Скройся с глаз долой! — рявкнул Антон и, силясь с желанием пнуть Сережу, все еще полыхая от злости, исчез в подъезде.

Убедившись, что Охотник больше не в поле видимости, Сережа бегом припустил в сторону леса. Он потерял много времени на болтовню. Эти пара минут могут аукнуться так, что Сережа будет жалеть до конца своих дней, что просто не послал Охотника к чертям собачьим. Он старался не обращать внимания на сбившуюся дыхалку. Бежать, тем более укутанным в сто одежек, было тем еще мучением. Но Сережа четко осознавал, что может произойти, если он остановится. И эта мысль гнала вперед.

Но он все же остановился. Один раз, когда на глаза ему попался уже запорошенный «Ниссан» Чертковых. Нутро юноши похолодело. Он рассеянно уставился на автомобиль, целиком поглощенный странными ощущениями. В ушах снова встал скрежет двери, сминаемой черепом ликана. А по животу будто прошелся раскаленный шар. Сережа автоматически за него схватился. Больше он не мог сделать ни шагу. Ноги словно перестали слушаться. Его тело будто стало одним клубком нервов. Как говорится, все бывает в первый раз.