Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков

— Витя не ликан, — твердо повторил Константин.

— Хорошо, — едко улыбнулся Антон. — Тогда просто, чтобы ты знал — у той твари осталось буквально часа два-три в запасе. Если не будет введен антидот — все, песенка спета.

— Если он чуть не убил двух девушек, то туда ему и дорога, — еле смог выдавить из себя Константин. Лицо при этом у него по-прежнему оставалось невозмутимым.

— Рад, что ты со мной солидарен, — Антон одним глотком осушил бутылку и, хлопнув брата по плечу, пошел в сторону выхода. — Кстати, братец, ты не знаешь, у Игорька в псарне есть альбиносы?

— Припоминаю одного, — подтвердил Константин. — Но ее уже давно нет в живых.

— Ее? Какая прелесть. А ты уверен в том, что говоришь? — спросил Антон.

— Более чем, — кивнул Константин.

Антона этот ответ устраивает. Он оставляет своих родственников в тишине, а сам, стоит ему только выйти, быстро набирает Женю.

— Да, Антон Геннадьевич? — тут же отвечают ему.

— Значит так — чтоб никого к машине не подпускали, — рычит Антон. — И под «никого» я подразумеваю абсолютно всех! Начиная от бомжа Васи, заканчивая моим никчемным братом!

— Но, Антон Геннадьевич, — мнется Женя. — Как же я могу…

— А вот так! — Антона всего трясет от злости. — Не выполнишь мой приказ — окажешься в той же канаве, где и Шапидо, ты меня понял, мать твою?

— К-конечно, — дрожащим голосом отвечает Женя и поспешно отрубает связь.

Антон нисколько не сомневался в их преданности. Эти двое уже не раз себя показали, как хорошие приспешники с лучшей стороны.

«Что ж, племяш, если ты действительно стал ликаном… Тебе было лучше сдохнуть в его зубах. Потому что иначе такая смерть покажется тебе высшей степенью милосердия».

Свете не часто доводилось принимать гостей, учитывая ее достаточно замкнутый образ жизни. Да и родители особо не приветствовали, в частности — отец. От нынешних гостей у него точно бы случился инфаркт.

Игорь хлопотал над Витиной раной. Над ним возвышался Макс, который просто молча смотрел на работу своего отца. Сережа бегал из комнаты в комнату с выпученными глазами, чем уже изрядно всем надоел.

— Подстраховка, ты достал мельтешить! — не выдержал, наконец, Макс.

— Сереж, действительно, задолбал, — цыкнула Света. — Сходи лучше, лошадей проверь еще раз.

— Я к ним больше не подойду, — вздрогнул Сережа. — И вообще — я переживаю.

— Все переживают, только все стоят молча и не мешаются! — Света бросила на одноклассника такой взгляд, что тот про себя аж пискнул.

Витя боялся смотреть, что Игорь делает с его плечом. Но он не мог не заметить, что ему становилось существенно легче. По крайней мере, его больше не рвало.

— Чувствую твое облегчение, но боюсь тебя расстроить — это временный эффект, — констатировал Игорь. Затем повернулся к остальным собравшимся. — Пока я сделал все, что мог — дал ему чуть больше времени. Но Виктор все еще в опасности, ибо яд я вывести не смог.

— То есть, он… — побледнела Света.

— Я этого не говорил, — успокаивающе произнес Семенов. — Чтобы полностью нейтрализовать действие яда, мне нужны будут компоненты, которые содержатся в пуле. У кого-нибудь имеется оная?

— Витя вчера стащил какую-то пулю из «Газели» своего дяди — я пистолет с ней в лесу потерял, но я приблизительно помню, где, так что, может, стоит поискать? — вспомнил Сережа.

— Это может быть не та пуля, что нам нужна, — пессимистично заметил Макс. — И мы тогда тупо потеряем время. Нужно сразу обыскивать машину его дяди.

— Плохая идея, — подал голос Витя.

— Альтернативы нет, — развел руками Макс.

— Ладно, я пойду тогда, — вызвался Сережа. — В конце концов, это и мой двор тоже, а я Витин лучший друг, соответственно, я буду выглядеть наименее подозрительно, если буду там ошиваться.

— С тобой пойду, — заявил Макс.

— А ты мне, извини, там на кой? — вопросительно посмотрел на него Сережа.

— Буду твоей подстраховкой, — съязвил ликан.

Сережа сердито посмотрел на Макса. Вот только оборотня ему еще не хватало. При том, что он собрался взламывать машину Охотников. А ведь казалось, что хуже быть уже не может.

— Ребят, пожалуйста, давайте быстрее, ладно?

Витина интонация рассеяла все сомнения в груди Сережи. Пофиг, с Максом, так с Максом. Помощь действительно может оказаться не лишней.

Лошадей, привязанных во дворе, уже обступила местная детвора. Они с интересом рассматривали эдакую диковинку для Белоомутска. Мамаши болтали где-то неподалеку.

— Лошадей не кормить! — предупредил Макс детей.

— Не страшно их оставлять-то так? — поинтересовался Сережа.

— Ой, да будто их кто-то угонит, — хмыкнул Макс. — Чай не велосипед, так просто далеко на лошади не уедешь. Ты бы вообще сейчас лучше не о копытных думай, а о том, как достать пулю. Есть гениальные идеи?

— Парочка есть, — кивнул Сережа, машинально полез в карман за сигаретами, коих там не оказалось. — Черт, я же сигареты дома оставил.

— Зачем ты куришь? — спросил Макс. — Я, если что, не осуждаю. Просто спрашиваю.

— Я закурил, когда отец ушел из семьи, — грустно ответил Сережа. — Почему-то думал, что от этого станет легче. Легче не стало. А я приобрел вредную привычку, от которой теперь не могу избавиться.

— Извини, не знал, — смутился Макс.

— Да ладно, не тебе извиняться — я-то хоть знал своего отца, — вздохнул Сережа.

— Не прав ты сейчас, — возразил Макс. — Мой папа сейчас возится с Витьком. Тот, кто считается моим биологическим родственником для меня пустое место.

— Может, закроем тему? — с надеждой предложил Сережа.

— Согласен, не время и не место, — кивнул Макс.

«Газель» Антона стояла там же, где и всегда. Был ли там сейчас кто или нет — неизвестно. Сережа оглянулся по сторонам. И разочарованно уставился на лавочку. Зинаида Михайловна так некстати решила вернуться на свой извечный пост.

— Блин! — ругнулся он.

— Что-то не так? — напрягся Макс.

— Да, как сказать, — промямлил юноша. — Видишь, бабулька сидит у лавочки? Ее нужно отвлечь. Не хватало еще, чтобы она подумала, будто я автоугонщик какой-то.

— Тебя сейчас это заботит? — возмущенно спросил ликан.

— Макс, много времени это не займет. А мне тут еще жить, между прочим. Тем более, у меня есть план. Следуй за мной и, пожалуйста, не издавай ни звука.

Макс подозрительно покосился на подростка, но все же решил пока придерживаться его плана. Сережа же, натянув улыбку на лицо, решительно направился к стражу подъезда.

— Доброе утро, Зинаида Михайловна! — весело помахал он рукой.

— Доброе, Сереж, — приветливо улыбнулась бабушка. — А кто это с тобой? И где Витенька?

— Витек на пробежке. А это Максим, он… троюродный брат сестры… маминого дяди, — ляпнул