Другие миры кроме этого - Стивен Кинг

высматривая что-то в лесу. Это напоминало его обычное вращение волчком. Джек мысленно понадеялся, что тот не подстрелит кого-нибудь случайно. На близком расстоянии звуковой разряд мог натворить страшных дел. — Ты единственный, кто может! Переместись туда и достань для него лекарства!

— Не сработает, Ларри. Меня сцапают копы, едва я объявлюсь в Хемингфорд-Хоум или Тейлор-Сити. Да даже в Линкольне или Омахе. И к тому же у меня нет с собой американских денег.

И это еще не все. Ему казалось, что каждый раз, когда он прыгает между мирами, он пролетает сквозь тот самый хаос, который они видели сквозь выбитую Дверь в саду Янгблада. Через пространство тодэш. И в эти несколько секунд становится уязвим для притяжения Прорвы. В Дези риск был невелик. Но так близко к цели опасность могла оказаться вполне реальной, пусть даже до нее оставалось еще добрых триста миль.

— Все равно уже поздно, — тихо промолвила Элис. — Нам всем становится лучше. Ему — нет. Это чиаффа.

Джек никогда раньше не слышал этого слова, но догадался, что она имеет в виду аллергию. Вот только это никакая не аллергия. Это ка-шуме.

Единственный выкатившийся глаз Джорджа по очереди обвел их лица и остановился на Джеке.

— Закончи то, что начал, — прохрипел он. — То, что ты начал давным-давно, когда был еще совсем мелким. Осталось уже немного.

Джек не стал спрашивать, что именно осталось. Он опустился на одно колено и взял Джорджа за распухшую руку.

— Мы все закончим, Джордж. На этот счет даже не сомневайся. Ты только думай о том, как поправиться.

— Дайте… мои очки. Я хочу вас всех видеть.

Рай протянул их Джеку, и тот водрузил очки Джорджу на переносицу. Голова его к тому моменту раздулась настолько, что дужки треснули в петлях и отвалились, отчего очки стали похожи скорее на лорнет. Впрочем, это уже мало что меняло. Его выпученный глаз буквально касался треснувшей линзы, но он их видел. Видел их очень хорошо.

— Простите… что оставляю вас, — произнес Джордж.

Мэри опустилась перед ним на колени.

— Нет! Ты не уйдешь! Я… я запрещаю тебе!

Джордж протянул руку к Ричарду, сидящему подле Мэри. Он ухитрился один раз ласково погладить путаника по голове, а затем рука его безжизненно упала.

Ларри продолжал крутиться на месте.

— За нами следят. Они там, чувак. Точно там. Я прямо печенкой чувствую.

— Да, — согласилась Элис. — Я тоже. — Футляр с тарелками свисал у нее с плеча. Она дернула за кожаный шнурок и запустила руку внутрь.

Джордж прошептал:

— Вы должны идти дальше.

— Мы — ка-тет, — твердо произнес Джек.

Рай кивнул:

— Единое целое, собранное из многих.

Мэри наклонилась и поцеловала Джорджа в распухшую, пышущую жаром щеку.

— Если тебе пора уходить, Джордж из Нью-Йорка, иди с миром. Найди тропу к той пустоши.

— Так, — отозвался Ларри. Он все еще крутился, сканируя взглядом лесные дебри.

Джордж сделал один последний вздох. Повернул лицо к огню. Очки, державшиеся теперь только на кончике его носа, соскользнули на одеяло.

— Он все? — спросила Мэри.

— Так, — ответила Элис. — Ушел в вечные чащи.

— Они до сих пор там, — не унимался Ларри. — Я их не вижу, но чувствую. — Он сорвался на крик. — А ну вылезайте! Покажитесь, суки!

В ответ не раздалось ничего, кроме шуршания капель вчерашнего дождя, падавших с деревьев.

Элис произнесла:

— Он сказал, что ему холодно. Пусть хотя бы эту ночь он поспит у костра.

«Вот нас и стало на двоих меньше, — подумал Джек. — Джори и Джордж. Сколько еще уйдет? Несколько? Или вообще все?»

Он пытался убедить себя, что будущее не предопределено заранее, что они еще смогут выполнить свою миссию и вернуться в Дези, пусть и потеряв двоих, но в остальном целыми и невредимыми; что все еще может закончиться благополучно. Но в глубине души он в это не верил. Хорошее предчувствие испарилось. Его место заняло ка-шуме.

2

Утром они похоронили Джорджа у обочины дороги, по очереди копая могилу. Джек и Райал опустили его вниз, завернутого в два одеяла, которые связали на груди и у лодыжек, смастерив подобие савана. Тем временем день начал разгуливаться. Утренний ветерок шелестел в листве деревьев, и золотые пятачки солнечного света плясали на свежей земле. Джек рассудил, что место вечного отдыха выбрано неплохо. Они завалили могилу камнями, чтобы уберечь ее от диких зверей.

Рай отыскал моток изоленты, доставленный с американской стороны вместе с остальным скарбом, и скрепил ею две ветки, соорудив крест. Еще одним куском ленты он примотал к нему очки Джорджа Элгина.

— Наверное, долго они тут не провисят, какая-нибудь сорока расклюет ленту и утащит их, но разве не принято говорить, что главное — это внимание?

Джек повернулся к Элис:

— Скажешь нам напутственное слово, сэй?

Леди не стала говорить речей, а запела над могилой — голос ее звучал чисто и ободряюще, почти радостно. Джек смог разобрать лишь несколько слов, поскольку пелось на старинном диалекте местного наречия; он уловил только: «Ты встретишь меня там, так встречай же с миром». Прекрасный голос улетал в чащу деревьев и после двух куплетов затих.

— Покойся с миром, Джордж, — произнесла Мэри.

Остальные повторили за ней, и когда закончили, тонкий скрипучий голосок возле колен Мэри отчетливо произнес: — С миром.

Мэри нагнулась и погладила Ричарда по голове.

Поредевший ка-тет двинулись дальше.

3

Бейверская дорога углубилась в густой лес, подступающий к самом колеям. Развернуть солнечные панели не было никакой возможности. К полудню они уже ехали с включенными фарами, поскольку солнце полностью скрылось за плотным навесом листвы над головой. Деревья представляли собой причудливые гибриды, похожие на помесь каппа-каппы и баньянов. Они простирали свои костлявые лапы над дорогой и переплетались ветвями. Элис, оказавшаяся способной ученицей, вела головной грузовик, а Ларри сидел наверху, снова повязав рубаху вокруг головы, и караулил у главного пятидесятого калибра. Ручной пулемет тоже был под рукой, а у ног лежала пусковая установка «Драконьего огня».

«Вышли как на медведя, — подумал Джек, — да и любого, кто таится в этой чащобе».

Когда они остановились на короткий обед из попкинов со свининой и холодной фасоли, Ларри обратился к Джеку:

— Ты ведь зовешь свой грузовик «Колдуном», да?

— Именно так.

— А грузовик Мэри — «Лазаро»?

— Да.

— А я назову свой старый добрый броневик «Голди». Потому что был по уши влюблен в Голди Хоун. Видел ее в фильме «Шампунь» с Уорреном Битти. Сначала подумывал назвать машину «Шампунем», но решил, что звучит глупо.

— А почему бы не назвать его «Глупцом»? — хмыкнул Рай. —