Водяной 6 - Константин Паули

Мертвецы никуда не ушли: они чуяли, что в доме прячутся живые. А уж двоедушники для них — добыча куда более лакомая, чем обычные люди. И это была хорошая новость. Плохая же заключалась в том, что зомби натурально ходили вокруг дома, непрерывно кружа вдоль стен, подчистую вытоптав все насаждения, клумбы, кусты и траву.

Они слепо тыкались в фасады, постукивали по кирпичной кладке и даже разбили часть стёкол. К счастью для Ядвиги, она так и не удосужилась спилить с окон казённые, выкрашенные в мутно-голубой цвет решётки. Оставшиеся ещё с советских времен, они задумывались как защита от мародёров и местных хулиганов, а в итоге спасли хозяйку от угрозы куда страшнее.

И хотя мертвяки нанесли дому немалый ущерб, изрядно перепачкав стены, прорваться внутрь им так и не удалось. Обычное старое железо оказалось для них непреодолимой преградой.

— Вадим, тут и правда нужен пулемёт! Давай уедем, а? — взмолился Руслан, однако я на это только похлопал его по плечу, разворачивая кнут.

— Нет у нас пулемёта, но ты не дрейфь, прорвёмся.

Теперь, когда рядом с мертвецами оказались мы (обитатели дома по-прежнему оставались недоступны), они отвлеклись от бесконечного брожения вокруг дома и попёрли в нашу сторону.

Я выдвинулся чуть вперёд.

— Сможет кнут их заморозить всех одновременно? — нервно спросила Василиса.

— Не думаю, я боюсь навредить нам. Но по одному я их выщелкаю.

Я был уверен: кнут повалит нежить, и она не встанет. Ведь зомби не умирают — они и так мёртвые. Значит, достаточно их уложить.

Впрочем, получилось не совсем так.

Я замахнулся и наотмашь ударил ближайшего закладного покойника — даже попал по лицу. Он дёрнулся и упал. Но, чёрт возьми, не развоплотился, не замер, а просто повалился на землю и стал размахивать конечностями, как перевёрнутый жук.

Я выругался и стал махать кнутом снова и снова, укладывая мертвецов на обе лопатки. Только они снова вставали. Блин!

— Дай нам туман, упаси предки кто-то увидит, как мы тут машемся, — крикнула Василиса и стала атаковать тех мертвяков, что пробовали обойти нас с боков.

Пришлось поднапрячься. Я смог поднять из земли плотный туман, что придало ситуации киношного драматизма. Ну теперь хоть обстановка будет под стать происходящему.

Со стороны дома послышались голоса. Ядвига и Леший, наконец, заметили нас. Кто-то выругался, что-то грохнуло.

— Держитесь, ребятушки! — донёсся приглушённый голос ведьмы. — Сейчас мы придём на подмогу!

Я взмок, но продолжал работать кнутом. Удары ложились чаще и злее. Мертвецы падали, вяло дёргались. Но, к сожалению, ненадолго. Через сорок секунд (я уже знал) они снова встанут и попрут.

И нежить вставала. Но пока я успевал. Каждый новый взмах отбрасывал ближайшего, давая нам ещё минуту.

Туман сгущался. Я не мог их убить. Но я мог не пускать их вперёд. И этого пока хватало.

Василиса не мешкала. Её магия выглядела иначе — холоднее, острее. Из её рук один за другим вылетали заряды, похожие на светящиеся снежинки с неестественно ломанными, угловатыми гранями. Они со свистом вращались в воздухе, словно диски циркулярной пилы, и при попадании в цель взрывались с коротким хлопком. В отличие от моих попыток, её удары уничтожали тварей насовсем. Они больше не шевелились. Не тянули к нам руки. Не вставали.

И всё же мы пятились, отходя всё дальше от дома, теряя метр за метром.

— Я иду к вам! — откуда-то со спины раздался голос Руслана.

В правой руке у него была лопата, лезвие которой немного поблёскивало в свете магических разрядов Василисы. Топор он заткнул за пояс, и тот болтался при каждом шаге, постукивая его по бедру. Он выглядел, как заправский разбойник из исторического сериала.

Руслан зашёл сбоку, туда, где несколько мертвецов отбились от основной группы. Первый удар лопатой пришёлся в плечо: тварь пошатнулась, но не упала, только развернулась всем корпусом. Второй удар — плашмя по грудной клетке. Мертвяк рухнул на землю, но тут же попытался встать. Руслан не стал ждать. Он наступил ногой на грудь поверженного, выдернул из-за пояса топор и одним движением проломил череп.

Тело дёрнулось и замерло. Насовсем.

Руслан выпрямился, перехватил лопату поудобнее и радостно крикнул:

— Работает.

Он не смотрел на нас. Он уже выбирал следующую цель.

Я опустил кнут.

«Соберись, — мысленно одёрнул я себя. — Так мы все здесь ляжем. Василиса уже устала и не сможет швырять заклинания бесконечно, Руслан один, врукопашную, не вытянет, а от кнута с таким применением больше шума, чем пользы».

Нужно больше силы… Мегалит!

Я мысленно потянулся к нему, вытягивая магическую энергию, и тут же перенаправил этот поток прямо в рукоять кнута. Как правильно им управлять, я понятия не имел. Василиск был абсолютно прав насчёт тренировок, но времени на это сейчас нет — придётся действовать по наитию и учиться прямо в бою.

Я представил себе, как весь мой гнев и ненависть, которые накопились за столетия моей жизни к этим тварям, перетекают в кнут, как в пустой сосуд, требующий наполнения. И взмахнул рукой.

Я промахнулся. Щелчок ушёл мимо лица очередного мертвеца, но пространство в той точке, куда пришёлся удар, разразилось раскатистым взрывом. Ближайшей твари оторвало голову. Следом прошла ударная волна: десяток мертвецов, стоявших вокруг, повалились на землю, будто их скосило невидимой косой.

Но вместе с тем я заметил, как дёрнулись от боли Василиса и Руслан. Оба пригнулись, стиснув зубы.

— Ничего! — крикнула Василиса. — Давай ещё!

Но в этот раз я действовал тоньше. Сначала я представил, как мысленно накрываю Василису и Руслана защитными куполами — плотными, как перевёрнутые чаши, невидимыми, но надёжными. И только после этого зачерпнул из Мегалита сил больше, чем в первый раз.

Удар.

Кнут щёлкнул — и от него разошлась магическая волна, белая, как парное молоко. Мертвецы повалились на землю всё сразу, будто их одновременно шарахнуло. А мои союзники даже не шелохнулись.

— Руслан, кинь топор! Нет, стой! Просто подай.

Руслан, перепачканный землёй, на лбу крупные капли пота, глаза шальные, а в руках лопата — картина, достойная кисти Репина, отвлёкся от того, что проламывал очередному мертвяку череп и протянул мне пожарный топор.

Двери дома с грохотом распахнулись, и оттуда выбежала, громко посвистывая, точь-в-точь как кавалерия при конной атаке — Ядвига. Ощущение усиливало то, что при этом она размахивала казачьей шашкой. За ней по пятам следовал мрачный и в то