За гранью безумия. - Александр Науменко

Муж, который объелся груш, — поморщилась Тихорецкая. — Нас никогда ничего не связывало, кроме одного… Мы дополняли популярность друг друга. Он работает при правительстве, а я его украшение… Очень дорогое украшение.

— Ну раз так, — кивнул Артемьев. — Тогда давай уходить отсюда. Вначале следует выбраться, а уж после станем думать, что и куда.

Роман бесцеремонно ухватил под локоть певичку, и потащил к выходу. Они оба вышли в открытую дверь, и двинулись по коридору.

— Ты была здесь раньше?

— С чего это вдруг. Никогда не любила вот такие места.

— Просто подумал, быть может ты знаешь, что да как.

Они продолжили идти, пока не достигли конца коридора, где выход перекрывала всё та же стальная дверь. И по-прежнему закрытая.

— Что ты ищешь?

Артемьев рылся в карманах, пытаясь отыскать что-либо полезное, но такого не имелось.

— Да думал чем-нибудь открыть этот замок.

— А ты разве спец по замкам?

— Хм… Ни разу не пробовал, но в кино показывают это как-то с лёгкостью.

— Кино, тоже мне пример, — фыркнула девушка с пренебрежением.

Роман поковырял ногтем щель замка, осознавая всю тщетность. Ему подумалось, не выстрелить ли, но грохот привлечёт ненужное внимание. А ещё неизвестно, сколько этих вампиров здесь находилось. Хорошо, если один, тот щегол в дорогом костюме, а если больше одного? Их не так просто убить. Но с другой стороны, с помощью огнестрельного оружия, ещё неизвестно…

— И что теперь делать? — поинтересовалась Тихорецкая, переминаясь с ноги на ногу, стоя рядом.

Она совсем не была похожа на ту покойницу, часом раньше. Вполне живая и цветущая молодая девушка, какой и была до этого, на экранах телевизоров.

Рома поглядел через плечо девушки, и увидел того самого типа, который покинул ту самую комнату и не заметил стоявшего за дверью Артемьева.

— Вот чёрт!

Тот находился в нескольких метрах от них, широко ухмыляясь, показывая острые клыки.

— Значит у нас незваный гость? — поинтересовался он, особо ни к кому не обращаясь. — Ужин сам пришёл сюда.

— Да хрена с два, — ответил Рома, показывая фигу. — И хватит этого киношного клише. Слишком дешево выглядит твоя постановка. Клыки, небось, пластиковые? Как и те гробы, в бытовке.

Вампир ошеломлённо заморгал, явно не ожидавший такого поведения от жертвы.

— А кровь, наверное, будет бутафорская? Чё там, томатный сок? Сироп? Или обычная краска?

Роман с силой оттолкнул в сторону певичку, а потом подпрыгнул. Ухватился руками за ржавую трубу, что шла под потолком, надеясь огреть этого вампира подошвой в лицо, но… Всё получилось как всегда через задницу. Труба, не выдержав его веса, жалобно заскрипела и рухнула вместе с ним обратно. Из неё полился кипяток, который устремился прямо в физиономию ухмыляющегося вампира.

— Ааааа!

Тот дико завизжал и закрыл глаза ладонью, но его к этому времени уже хорошенько ошпарило с ног до головы. Сам же Рома откатился в сторону и поднялся на ноги. В его руке уже был пистолет, в другой, обломок трубы.

— Пошла прочь! — рявкнул он Тихорецкой, которая тоже попала под кипяток, и теперь громко постанывала, хныкая над своей покрасневшей кожей.

Девушка послушно отпрыгнула к стене, не удержавшись на каблуках, плюхнувшись на задницу. А Артемьев бросился на вампира. Тот ещё боровшийся с потоком воды, не ожидал быстрого нападения и поэтому стал лёгкой мишенью. Острый обломок трубы вонзился прямо в сердце, уходя на несколько сантиметров, проламывая кость, сминая грудную клетку, затем, не мешкая, вытащил своё оружие, вновь нанося удар, но на этот раз уже с размаху и по голове. Послышался характерный звук, и волосы упыря окрасились кровью.

— Ты… — прошипел он злобно, часто моргая, пытаясь сосредоточить взгляд.

Артемьев выставил перед собой пистолет, начиная стрелять, раз, другой, третий. Пули разъярёнными пчёлами вонзались в тело, оставляя после себя кровавые точки, глубокие отверстия. Вампира отбрасывало назад, всё дальше и дальше, но падать тот не собирался, по-прежнему удерживаясь на ногах.

— Да будь ты проклят, тварь! — заорал Роман, отбрасывая ненужное оружие без патронов. — Когда уже наконец подохнешь!

Вампир широко ухмыльнулся, оскалившись кровавым ртом, правда, пошатываясь от всех нанесённых увечий. Тем не менее, он медленно двинулся вперёд, постепенно набирая скорость. И за короткое расстояние, упырь сократил дистанцию до минимума, поднимаясь в последнем своём прыжке.

Сделав шаг назад, Артемьев поднял окровавленную трубу, выставляя перед собой. И вампир напоролся прямо на острие, насаживая себя всё глубже и глубже. Одна часть прорвала живот, изгибаясь, проходя сквозь тело, выходя в районе лопаток сгустком крови и рваных мышц, повреждая внутренние органы. А другой конец трубы пронзил самого Романа, который не удержал своё оружие в руках под тяжестью такого веса. Оба противника стояли какое-то время друг напротив друга, пришпиленные, а после, словно в каком-то кино, рухнули на залитый водой и кровью пол, медленно, но совсем не изящно.

— Это пи**ец, — харкнул кровью Артемьев. — Всё, хана.

Ему хотелось подняться на ноги, но сил отчего-то не было. Даже не верилось во всё происходящее. Кто бы сказал ещё сегодня утром, что с ним такое произойдёт, никогда бы не поверил. Просто покрутил бы пальцем у виска, а после направился по своим делам. Но вот же жизнь…

Боль пульсировала во всём теле, но несмотря на это, парню все-таки неимоверным усилием удалось вытащить из себя трубу, хотя и прекрасно осознавал, что делать это не стоило. Но с другой стороны, Роман понимал и то, что он больше не жилец. Рана слишком глубокая, а врачей поблизости не имелось.

— Срань, — булькнул он кровью, закашлявшись.

Перед глазами всё поплыло, закрутилось, а после мир погас, словно чья-то невидимая рука выключила свет. Так просто, клац, и всё.

*

Рома открыл глаза и увидел залитый светом потолок. Потом скосил взгляд в сторону. Вокруг вроде бы никого. Боли почему-то больше не было.

«Что произошло? Ах, да, это…»

Он пошевелил руками и ногами, те послушно работали. Приподнялся и сел, и на удивление это ему удалось даже с лёгкостью. Никаких усилий, никаких болей.

«Где я?»

Он находился в комнате с диваном и столом, что