В тихом городе - Ида

Проклятый город. Почему ему кажется, что он забыл что-то очень важное? Серый туман, головная боль… Почему город кажется подделкой?..

По квартире разнёсся телефонный звонок, вернув подростка в не слишком весёлую реальность. Дима вышел из комнаты и подошёл к комоду с зеркалом, стоявшему в коридоре. Звонок повторился, и он поднял трубку.

— Слушаю, — сказал он.

— Привет, — раздался тихий голос Серёжи. — Извини, я не смогу сегодня вечером пойти гулять, — сообщил он. — Идите с Аринкой без меня. Ладно?

— Это из-за двойки? — Диме показалось, что его друг говорил напряжённо и как-то растерянно; что-то в его голосе настораживало…

— Да…

— Отец ругался?

— Потом поговорим, ладно? Мне пора. До завтра.

— Пока. — Дима положил трубку, и в тот же момент с тихим щелчком открылась входная дверь и вошла мама.

— Привет, мам.

— Здравствуй, Дим. — Вера Валентиновна была женщиной невысокого роста, однако настолько стройной, что со спины казалась совсем юной девушкой, особенно если распускала чёрные волосы, а не собирала их в строгий пучок, когда уходила на работу. И только заглянув в её тёмно-серые глаза, можно было понять, что женщине давно за тридцать, а боль от утраты дочери отчётливо виднелась в появившихся совсем недавно мелких морщинках возле глаз и тяжёлой складке между бровями. — Разбери, пожалуйста, продукты. — Она передала сыну авоську и стала разуваться. — Как прошёл первый день в школе?

— Нормально, — пожал плечами Дима, засунув бутылку молока в холодильник.

— Как новый классный руководитель?

— Устроил самостоятельную в первый же день.

— Написал? — Вера Валентиновна прошла на кухню и сама убрала оставшиеся в авоське буханку хлеба и пачку с макаронами на полку.

— Думаю, да, — ответил мальчик, переводя взгляд на короткие голубые занавески на окне. — На тройку… Но я исправлю. Ты же знаешь, у меня всегда четвёрка.

Вера Валентиновна кивнула, налила в чайник воды из-под крана и поставила его на плиту.

— Ты обедал? — спросила женщина, сев за стол.

Прежде чем ответить, Дима пробежался глазами по двум пустым белым табуреткам, стоявшим вокруг квадратного светлого стола, с недавних пор приставленного к самой стене напротив маленького серого гарнитура, с целью скрыть под столом четвертую табуретку и заодно сделать небольшую кухоньку на полметра свободнее.

— Да. И отец тоже, — зачем-то добавил подросток.

— Он дома?

— Он в кресле…

После последних слов что-то изменилось в утончённых чертах женщины. Слегка полноватые губы поджались, тонкие брови чуть опустились, а взгляд стал более холодным и отчуждённым. Вера Валентиновна больше ничего не спрашивала; она молча выключила засвистевший чайник и заварила чай. Дима понял, что на этом его разговор с матерью закончен. Он почувствовал острое желание поскорее выйти из кухни, а ещё лучше — из квартиры; поэтому, несмотря на то что до встречи с Ариной оставалось около часа, он решил выйти из дома немедленно.

Дима выбежал во двор и по утоптанной дорожке чуть ли не бегом покинул их территорию. Они жили в доме, похожем на дом Артёма Андреевича, только с тремя комнатами и с соседями с другой стороны, у которых была точно такая же планировка. Они жили в одном доме, разделённом на две равные части.

Едва подросток вышел на улицу и приблизился к школе, как двери учебного заведения открылись, и во двор вышел их классный руководитель. Дима не хотел, чтобы Артём Андреевич его заметил, поэтому он быстренько отбежал в сторону и нырнул за пожелтевший куст шиповника. Сердце учащённо забилось. Если учитель его увидит, то наверняка что-нибудь спросит, а он не желал вызывать лишних подозрений. Достаточно и того, что уже несколько месяцев он обманывает мать, которой дал слово не ходить в лес ни под каким предлогом, тем более к развалинам храма, где погибла Маша. Но мальчик часто утешал себя тем, что говорит ложь во благо. Он не верил, что сестра сорвалась с развалин случайно; его продолжал мучить вопрос, как она вообще смогла залезть на высокую стену, так что их тайное расследование продолжалось, несмотря на все запреты и угрозы взрослых.

Артём Андреевич его не заметил, и как только мужчина скрылся из виду, зайдя на свою территорию, Дима вышел из убежища и пошёл к лесу.

Вторая дорога к реке и развалинам храма проходила мимо кладбища, располагавшегося примерно в пятистах метрах от заднего школьного двора, огороженного забором. Обойти школьный двор было необходимо с правой стороны по узкой тропинке, граничившей с забором жилых домов и находившейся под тенью плодовых деревьев, склонившихся над дорожкой из-за забора. По этой тропинке мало кто ходил, и мало кто знал, что в заборе из серых бетонных плит, отделявшем кладбище от частного сектора и школьного двора, имелась небольшая дыра, через которую спокойно могла пролезть крупная собака или не слишком толстый подросток. Минус этого пути заключался в том, что идти нужно было мимо кладбища. По этой причине до недавнего времени трое подростков предпочитали первый путь — через помойку.

Дима свернул на тропинку и скрылся под ветвями деревьев. Они договорились встретиться именно здесь, так что он сел на корточки, облокотившись спиной на забор, и, чтобы убить время, принялся наблюдать, как по дорожке ползают муравьи.

Неожиданно, когда один из муравьёв тащил на себе слишком большую палочку, со стороны кладбища раздался резкий треск, заставивший мальчика подскочить на месте.

— Кто там? — спросил он, но ответом ему стал прохладный ветер, играющий с осенней листвой и его волосами. На его плечо опустилась рука; Дима отскочил и чуть не врезался в забор. — Господи! Как же ты меня напугала!

Арина приподняла брови.

— Ты чего?

— Ничего, — буркнул Дима.

— Серёжа не смог прийти?

— Нет. Позвонил, сказал, что из-за двойки не пойдёт сегодня гулять.

— Понятно, — Арина нахмурилась и застегнула коричневую ветровку до самого подбородка.

— Ты надела кеды? — заметил Дима.

— Да. Попробую в них залезть на стену. Пошли. У нас не очень много времени. Скоро начнёт темнеть, а я пообещала отцу быть дома к девяти.

Друзья пролезли через забор, и в тот момент, когда они быстро ступали по самому краю кладбища, стараясь пройти мимо могил как можно скорее и выйти на лесную тропу, у входа на их «потайную тропинку», скрытую в тени деревьев, появился старик.

— Начинается… — прохрипел он. — Наш господин уже избрал новую душу…

Дорога мимо кладбища показалась друзьям бесконечно долгой. Арина постоянно оглядывалась по сторонам, словно ожидала увидеть в кустах не что иное, как привидение. Она останавливалась и