В тихом городе - Ида

его семиклассники. После разговора с директором взгляд его сам собой обратился к её дочери. На щеке девочки красовалась широкая ссадина, распухшая до толщины указательного пальца. Наградив Фёдорову неодобрительным, строгим взглядом, отчего та потупилась, Артём подошёл к доске; в ту же минуту прозвенел звонок.

— Итак, — заговорил он. — Тема сегодняшнего урока: «Числовые и алгебраические выражения»…

Когда урок закончился, Артём дал задание на дом и подумал о том, чтобы задержать Арину на пару слов, но та выскочила из класса столь быстро, что он и слова сказать не успел. Зато теперь он точно знал, что девочка врет отцу, обманывает его и все его наставления она вместе с двумя друзьями — он не сомневался, что они были вместе — пропустила мимо ушей.

Ведь невиновный не станет сбегать.

Покачав головой, он взял журнал и пошёл в учительскую. Проходя мимо медицинского кабинета, Артём заметил, что белая дверь слегка приоткрыта, и это его очень обрадовало, поэтому он ускорил шаг и меньше чем через минуту постучал в дверь к фельдшеру.

— Анастасия Дмитриевна, — позвал он, заглянув внутрь.

Мама Серёжи стояла возле небольшого стеклянного шкафчика, располагавшегося между столом, стоявшим рядом с окном, и узкой кушеткой. Артём вдохнул запах лекарств и невольно вспомнил, как в школьные годы любил, когда проходили плановые осмотры или прививки, потому что урок, считай, был прогулян, особенно если после выхода из кабинета удавалось задержаться в коридоре.

Женщина обернулась.

— Здравствуйте, Артём Андреевич, — сказала она, закрыв шкафчик и подходя к классному руководителю сына.

— Здравствуйте, — улыбнулся Артём. — Рад с вами познакомиться. — Он посмотрел в глаза Анастасии Дмитриевны цвета горького шоколада и не мог не отметить красивые тонкие черты высокой стройной женщины в белом халате.

— Взаимно, Артём Андреевич. Вы что-то хотели? — спросила она, заправив прядь тёмных волос за ухо. — Как там мой Серёжа?

— Как раз о нём я и хотел поговорить, — ответил Артём Андреевич. — Я понял, что у Серёжи проблемы с алгеброй, поэтому назначил ему дополнительные занятия. Он не говорил вам?

— Говорил, — вздохнула Анастасия Дмитриевна. — Мне неловко спрашивать, но всё же: сколько стоят дополнительные уроки? О цене Серёжа ничего не говорил.

— Господь с вами, Анастасия Дмитриевна! — с удивлением воскликнул Артём. — О какой цене вы говорите? Я помогу мальчику закрыть пробелы в знаниях просто потому, что я люблю свою профессию.

Анастасия Дмитриевна чуть склонила голову набок, внимательно на него взглянув, и Артём мог поклясться, что от столь пристального пронизывающего взгляда его щёки слегка покраснели, что не случалось с ним со времён его первых свиданий…

— Спасибо вам, Артём Андреевич, — наконец произнесла женщина. — Я буду вам очень благодарна за помощь Серёже.

— А я буду рад ему помочь, — ответил Артём. — Что ж, я пойду… — Он направился к двери. — Собственно, это всё, что я хотел сказать. У меня сейчас урок. Ещё увидимся, Анастасия Дмитриевна.

— Конечно, — фельдшер мило улыбнулась, и Артём вышел за дверь, ощущая себя школьником и совсем не понимая, почему он вдруг разволновался до учащенного сердцебиения…

К концу первой учебной недели погода улучшилась, и, выглянув в субботу утром в окно, Артём увидел ярко-синее безоблачное небо; светило ласковое солнце, освещая зелёную лужайку, которая так и манила провести на ней день. Так что к трём часам дня во дворе учителя математики потрескивал огонь в принесённом Александром Владимировичем мангале, а на маленьком столике лежали приготовленные шампуры с мясом и нарезанные овощи с зеленью; сами мужчины сидели на стульях и смотрели на огонь.

— Как же вы хорошо придумали, Артём Андреевич, — вздохнул директор. — Я не помню, когда в последний раз вот так сидел возле огня. В молодости, наверно.

— Просто Артём. Мы же не в школе.

— Саша.

— В молодости? — удивился Артём. — Давненько. Что же ты с дочерью не выбирался на природу? Учитывая, в какой живописной местности находится этот город.

— Только с классами походы пару раз устраивали, — ответил Александр Владимирович. — Но недалеко. Примерно на три километра в сторону соседнего города на лыжах уходили, устраивали привал, жарили мясо и возвращались. Но, знаешь, это совсем другое. С детьми не отдыхаешь: за ними постоянно нужен глаз да глаз.

— Это точно.

— Что возвращает меня к теме наших искателей приключений. Прямо не знаю: хоть колючей проволокой огораживай лес.

— Они и через неё найдут способ пролезть, — заметил Артём, вороша длинной палкой горячие угли.

— И что ты предлагаешь с этим делать?

— Может быть, нам по очереди прогуливаться к этим развалинам? — предложил Артём Андреевич. — Ловить на горячем, так сказать. Посмотреть, чем они там занимаются… А вообще, их бы чем-нибудь занять, чтобы времени на всякие глупости не оставалось…

— Хм… — Александр Владимирович задумчиво посмотрел на огонь. — И чем же их занять?

Артём долго молчал, глядя, как искры взлетают в вечернее небо и гаснут, не долетая до веток деревьев. Его лицо в отсветах костра вдруг стало жёстким, а в глазах промелькнуло что-то тяжёлое, почти болезненное.

— У меня был сын, — тихо заговорил он, не глядя на директора. — Серёжа. Ему исполнилось всего пять, когда… когда всё случилось…

Александр Владимирович замер, не зная, что следует ответить на подобное откровение. Он лишь чуть подался вперёд, чувствуя, как неловкость момента сменяется чем-то более глубоким и личным.

— Он был редкостный непоседа, — Артём слабо улыбнулся, и в этом выражении отразилось столько светлой горечи, что у директора сжалось сердце. — Вечно искал приключения на свою светленькую головку. Но я знал один секрет: его нельзя было просто «занять». Его нужно было увлечь тайной. Я придумывал для него целые квесты. Мы искали «клады» по самодельным картам, строили шалаши, которые называли штабами разведчиков, изучали следы зверей. Он верил, что мы — исследователи неизведанных земель. И тогда он забывал про все опасные игры и заборы. Он был занят делом, понимаешь?

Артём снова пошевелил угли, и пламя на мгновение вспыхнуло ярче.

— Дети лезут туда, где им интересно, — продолжил он уже тверже. — Если мы просто запретим им ходить к развалинам, они пойдут туда из чистого упрямства. А если мы дадим им альтернативу? Что-то, что потребует азарта, смекалки, командной работы?

Директор задумчиво потер подбородок.

— Ты хочешь сказать… организовать что-то вроде кружка? Или секции?

— Нет, секция — это скучно, и это опять школа, — покачал головой Артём. — Нужно что-то вроде клуба юных «Следопытов». С настоящими походами, с обучением выживанию, с ориентированием на местности. Чтобы они не просто бегали по лесу, а учились читать карту, ставить палатку, разводить костер — как мы сейчас. Дать им почувствовать себя взрослыми, ответственными.

— А ведь это прекрасная